Главная страница > Категория Энциклопедический словарь Железнова, страница 164

Энциклопедический словарь Железнова, страница 164

Всего 30623 статей:

Горными работами

Горными работами, т. е. способами добычи ископаемого, по роду применяемых при этом орудий являются: лопатная, кайловая, кирковая, огневая, гидравлическая, порохострельная и машинная. Лопатная работа ведется при непосредственной добыче рыхлых, сыпучих и мягких пород и при нагрузке добытых уже кусков всякой породы. Инструментами для нея служат лопаты (заступы) и гребки— грабли для собирания добытого. Кайловая работа ведется при добыче мягких, но вязких горных пород и разрыхлении слежавшихся кусков: в забое проделывают „кайлой“ узкие углубления — врубы (горизонтальный вруб называется „подбоемъ“), которые облегчают отделение кусков породы. Кайла (рисунок 6) есть остроконечный длинный (длиной 200—300 миллиметров.) стальной клин (лопасть), насаженный под прямым углом (ушком) на деревянную рукоятку. При очень мягких, но слоистых породах лопасть вместо острия заканчивается широким лезвием. При работе по твердому каменному углю острия кайл скоро тупятся, а поэтому делают их переменными (рисунок 7), т. е. острие вставное (на слабый конус) во впадину, делаемую в конце укороченной лопасти кайлы, и держится в нем только трением. При поверхностных работах, где размах кайлы не встречает себе препятствий в тесноте выработки, устраивают двойные кайлы, т. е. имеющия две лопасти—по обе стороны рукояти, что дает выгоду в равномерности распределения веса и в наличности всегда тут же запасного лезвия.

Кирка есть четырехгранный клин, обыкновенно насаженный на рукоять, который загоняют в породу ударами молотка; тело последнего кривое по дуге круга, центр которого должен приходиться у локтя рабочого, бьющого молотком, что обеспечивает наиболее верный удар. Кирковаяработа состоит в выбивании ударами по кирке, поставляемой наклонно к забою, засечек или бороздок, а затем в сбивании гребней между ними. Работа эта очень кропотлива, требует большого навыкаи искусства, а потому применяется теперь только тогда, когда необходима точная отделка поверхностей при установках машин, специальной крепи и так далее В старину эта работа была единственной, дававшей возможность проходить по твердым вязким породам. Выработки кирковой работой шли десятками лет (наследственные штольни Саксонии), что прекратилось только с введением порохострельной работы. К числу старинных способов работы следует отнести также „огневую“ работу, состоявшую в разведении на забое сильного огня, а затем поливании его холодной водой—порода трескалась и добывание ея становилось легче. В вечномерзлой почве Сибири и на золотых промыслах Аляски сохранился и теперь несколько схожий способ работы—мерзлый забой оттаивают костром (или древесным углем), а в последнее время—паром. Последний способ, получивший широкое распространение на Аляске, состоит в проведении струй пара непосредственно на забой или в предварительно выбуренные в нем буровия скважины (Аляска). Расход топлива при оттаивании паром гораздо меньше, чем при костровой работе, нет дыма и копоти и так далее, а потому работа паром гораздо дешевле (по опытам в Забайкалье—вдвое) примитивной костровой. Гидравлическая работа состоит или в выщелачивании пород (добыча соли из камер—„зинкверковъ“), или в разрушении пород ударом сильной струи воды. Последнее применяют обыкновенно только при открытых работах— для смыва поверхностного слоя—турфов или для смыва и связанной с ним промывки золотоносных песков.

Работа взрывчатыми материалами есть основная работа современного Г. д. В настоящее время на ряду с ручным бурением шпуров распространяется бурение перфораторами, ручными или механическими, причем излюбленными являются перфораторы воздушные,отработавшийвоздух которых помогает целям вентиляции. Кроме обыкновенных взрывчатых веществ существуют специальные, т. н. безопасные взрывчатия вещества, кот. одни могут применяться в рудниках срудничным газом. Их сравнительная безопасность основана на настолько низкой температуре получающихся при взрыве их газов, что рудничный воздух с известным содержанием газа (при большом содержании нельзя, вообще, производить работу взрывчатыми веществами) не дает взрыва. Таких веществ (содержащих обыкновенно азотисто-кислый аммоний) изобретено и изобретается очень много под различными названиями (нобе-лит, гезелит и так далее). Употребление их в России разрешается особой комиссией по производстве испытаний, о чем распубликовывается. Разрешение на употребление взрывчатых веществ, приобретение, хранение их и так далее необходимо испрашивать через местного окружного (горнаго) инженера.

Относительно организации работ можно сказать, что в угольных копях ручная порохострельная работа (т. е. бурение ударное ручное и ручными перфораторами) все же пока несколько дешевле, чем работа механич. перфоратор. В рудниках же при твердых породах часто работа механическими перфораторами дешевле ручного бурения; громадным же преимуществом перфораторной работы является быстрота ея, позволяющая ускорять всю разработку рудника, а потому скорее целиком использовать всю мощность оборудования его, погашать на пуд меньшей цифрой, сберегать на ремонтах и так далее Компрессора теперь стоят сравнительно дешево, устройство их просто, уход удобен. Раз заведен компрессор, надо вполне утилизировать его. Особый толчок развитью механического ударного бурения дало введение ручных пневматических перфораторов на подобие клепальных аппаратов, очень легко переносимых, простых в обращении и сравнительно очень быстро работающих.

Забивкой в шпуре клина (предварительно заведя две боковых подкладки, чтобы избежать раздавливания породы) можно отвалить кусок породы, аналогично отрыву ея взрывчатым веществом. Подобная работа применяется иногда при добыче строительных камней, когда нельзя дробить материала, а также в очень газовыхрудниках (клин Деманф), когда всякий взрыв опасен.

Машинным способом работа ведется специальными машинами двух родов— захватом, вычерпыванием всей породы или устройством только врубов. Первого рода машины известны под названием экскаваторов (рисунок 10) для работы по сухому грунту и землечерпалок при выемке пород из-под воды. При поверхностных разработках эти машины все более и более широко применяются, параллельно прогрессу их техники. Для подземных работ оне не применяются. Проходка целых выработок производится бурением—так проходятся иногда шахты (в сильно водянистых породах); а штреки (диаметром до 2 метр.) очень редко—в породах очень равномерной прочности. Пробуривают иногда буровия скважины (до Вг метра диаметром) в целях вентиляции работ. Машины для делания подбоев теперь довольно сильно распространены, особенно в угольных копях. Дело в том, что эта работа требует наибольшей затраты рабочей силы и времени из всех работ у забоя. Машины работают дешевле, а главное—скорее рабочих. Первоначальные типы машин проходили на подобие перфораторов (ударным или вращающимся бурением) линию шпуров, а потом выбивали промежутки между ними широкими. Другого типа машины работают большой дисковой пилой с вставными зубьями или безконечной (рисунок 9) с вставными зубьями цепью, приводимой в движение электромотором и огибающей раму, передвигаемую вместе с этой цепью в глубь подбоя и по длине забоя. Пока все же обычно работа ведется в забое или прямо порохострельная, или с подбоями, делаемыми в ручную.

3. Поиски и разведки. Нахождение полезного ископаемого в какой-нибудь местности носит случайный характер или является результатом поисков, основанных на эмпирических данных или на геологическом изучении местности. Разведочные работы молено разделить на предварительные и детальные. Первыя, производимия на больших площадях, слулсат первойступенью—оне должны указать места, на кот. будет произведена детальная разведка, определяющая уже пункты и системы разработки. Всякие разведочные работы состоят в исследовании залежи полезного ископаемого сначала по естественным его выходам, затем рвами, шурфами (колодцами), горизонтальными корридоро-образными выработками с поверхности вглубь возвышенности (штольнями, рисунок 5) или буровыми скважинами (рисунок 3 и 4). Детальные разведки отличаются большей густотой и масштабом работ, а также заложением выработок по строгой системе—на основании полученных о залегании залежи выводов, т. е. стараются определить как можно точнее не только размер, но и качество залежи. Эти работы, постепенно увеличиваясь, переходят в подготовительные работы по выемке месторождения, а затем и в самую выемку. Шурфы увеличиваются в поперечном сечении (достаточно, чтобы дать место подъемникам для ископаемого, лестницам и так далее) и глубине и переходят в шахты, штольни удлиняются и служат как для стока воды из месторождения, так и для вывоза ископаемого и так далее Незначительные корридорообразные работы, заданные в стенках шурфа, (со дна его) удлиняясь переходят в квершлаги (рисунок 13, Q), если идут вкрест простирания пород, т. е. главнейше по пустой породе, служа путем от шахты к ископаемому, или в штреки (рнс. 13, s, „продольныя“ на юге России), идущие по простиранию полезного ископаемого, по нему. Камерообразные расширения устьев подземных выработок шахт называются рудничными дворами. Шахтообразные выработки внутри рудника называются гезенками. Бремсбергом (рисунок 14, Ь) называется наклонная, идущая по падению пласта, реже вертикально, выработка, служащая для спуска добытого ископаемого в вагончиках на низший горизонт. Штольня, имеющая два устья, т. е. проходящая гору насквозь, называется туннелем. По назначению выработки называются вентиляционными, водоотливными, откаточными, главными (несколько основных назначений) и т.д.

Начиная разведывать жильное месторождение, залегающее неглубоко от поверхности, первым делом забивают ряд шурфов по простиранию так, чтобы пересечь жилу; если это не удается или налицо целая система жил, то ведут ряд канав перпендикулярно линии простирания. При сколько-нибудь глубоком залегании жил с самого начала, а при неглубоком после первоначального шурфования закладывают сеть буровых скважин, сперва крупную, а затем, по мере выяснения результатов, все более густую в местах, подающих наибольшия надежды. После этого закладывают в последних более или менее глубокие шурфы—разведочные шахты, ведут от них квершлаги к жиле, а затем штреки по ней, а от них часто еще наклонные выработки вверх и вниз по самой жиле. Сеть круто падающих жил очень удобно теперь разведывать горизонтальными буровыми скважинами (по твердым породам, наичаще заключающим в себе жилы, превосходно идет алмазное бурение), проводимыми вкрест простирания из какой-либо подземной выработки. Гнезда, штоки и так далее разведывают обыкновенно буровыми скважинами, причем в виду громадности порой таких залежей (например, штоки каменной соли) иногда даже не доводят разведки до конца—до определения полного запаса, раз определен уже запас на много лет вперед. Мелкие гнездовия месторождения наиболее трудно поддаются разведке, и последняя часто сливается с разработкой. Пластовия месторождения в местах, где есть обнажения, хотя бы не их, но над илй под ними лежащих пород, довольно легко проследить геологически. Разведка ведется шурфами или штольнеобразными выработками, а за последнее время очень часто прямо буровыми скважинами. При крутопадающей свите пластов одна скважина может пересечь целый ряд их, но надо всегда быть осторожным и проверить, не имеется ли здесь вместо двух пластов складчатости или сброса одного, ибо буровая скважина может дважды пересечь одини тот же пласт (рисунок 4) и создать иллюзию двух пластов; при другом расположении сброшенных частей пласта друг относительно друга скважина в сбросе может совершенно не встретить пласта (рисунок 3) и так далее Много зависит от опытности и знаний разведчика. Для глубокой разведки сильно наклонного пласта часто задают наклонную выработку по падению этого пласта и идут вниз, попутно получая ископаемое от проходки. В случае удачных результатов эту выработку обращают в наклонную шахту.

4. Системы разработок. Подготовка местороэисдения к выемке начинается с того, что, в зависимости от местных условий, его достигают с поверхности шахтами или штольнями. От последней или от шахтного квершлага проводят по залежи основной откаточный штрек. Горными правилами требуется (в видах безопасности), чтобы каждый рудник имел не менее двух выходов на поверхность. До разработки месторождения вырабатывают план, в каком порядке брать отдельные части его, и сообразно с этим разбивают месторождение на участки. Месторождение делят на этажи (рисунок 20), вынимаемые один за другим, постепенно углубляясь от поверхности, т. е. в нисходящем порядке. Этажи разграничиваются этажными штреками, соединяемыми между собой целой сетью вспомогательных выработок, разделяющих этаж на выемочные поля, целики, столбы и так далее, причем отдельные части этажей — подъэтажи часто вынимают, идя снизу вверх. Очистные работы, т.е. выемка „подготовленныхъ“ залежей (сделанных доступными для выемки и обеспеченных путями отвозки добытого ископаемого, проветриванием и так далее) также производятся в строго определенном порядке. Целики около шахты и около капитальных выработок оставляют для безопасности невынутыми — „предохранительные“ целики. Всю остальную залежь стараются вынуть возможно полно с наименьшими потерями, а отнюдь не выхватывать только наиболее богатия ея части. Послевыемки полезного ископаемого остается пустота; при плотных породах и в случаях оставления рядов невынутых целиков—столбов получился бы род системы пещер, которые стояли бы довольно долго. Это бывает при разработке мощных жильных месторождений, где столбами служит пустая порода (некоторые рудники Швеции), камерной выемке из толщ каменной соли и так далее В виде же общого правила кровля над образовавшейся пустотой скоро обрушивается, если эту пустоту не за-лозкить пустой породой. Различают три главных типа очистных работ: 1) с оставлением целиков, 2) с обрушением (постепенно, по мере работ) кровли и 3) с закладкой пустой породой выработанных пространств. При оставлении целиков узке по самой сути работы нельзя вынуть эти целики, и ископаемое, заключающееся в них, остается недобытым. При системе обрушения кровли пустоты не остается, но работы должны вестись так, чтобы обрушение шло во-время, т. е. не слишком близко к месту работ и не было бы опасным для рабочих. При разработке с закладкой пустоты, образованные вынутием полезного ископаемого, заполняются, по мере поавигания работ, пустой породой, которая поддерживает кровлю. Закладка бывает полная или частичная (рисунок 8,11, 12)—в виде столбов. Из систем разработки проще всего, конечно, оставление целиков,— первая,которая начала применяться человечеством, но постепенно, по мере улучшения техники, сокращающаяся. Целики оставляют теперь при всякого рода способах разработки в тех местах, в которых желают избегнут какого бы то ни было передвижения кровли—около шахт, главных выработок, а с другой стороны под зкелезньими дорогами, капитальными соорузкениями на поверхности, реками и так далее, если опасаются, что оседание кровли в разработке может повлечь за собой оседание поверхности. При разработке с целиками мозкет быть два случая—или оставляют столбы-целики, а все остальное выбирают, или обратно, в толщеископаемого выбирают отдельные камеры, сообщающияся между собой только узкими проходами. Примером камерной выемки может служить разработка каменной соли в месторождении Илецкой Защиты, где камера пока одна, но зато очень больших размеров— длиной 112 сажен, шириной 26 саж., а глубиной пока 30 саж.; вертикальное сечение выработки вверху уже, а затем бутылкообразно книзу расширяется до 26 саж., и затем стенки идут вертикально. Разработку производят, снимая со дна слой за слоем. При системах работ с оставлением столбов последние.располагают или в виде длинных узких полос, параллельных друг другу, или в виде отдельных столбов рядами простыми или в шахмат. Огромное распространение имеет этот способ при разработке каменоломен, в большинстве случаев мелких предприятий. Для безопасности установлено, что ширина выработок между столбами не должна превышать двух сажен; отдельные столбы должны иметь в основании не менее четырех квадратных сажен. Оставление в кровле 1 аршина плотного камня обязательно. Если кровля трещиновата, то во избежание выпадения отдельных камней приходится крепить ее. Подземные работы в каменоломнях под жилыми зданиями и другими сооружениями не допускаются. В Зальцкаммергуте разрабатывается мощная залежь очень грязной (глинистой; соли. Тут устраивают ряд камер в нескольких этажах и постепенно выщелачивают из стенок их водой соль (дают настояться, а потом спускают).

В старину иногда разрабат. мощн. ископаемое, делая в нем камеры, в которых обрушивался потолок (из того же полезного ископаемаго); его выбирали, ждали нового обрушения и так далее Эти работы очень опасны и теперь не производятся. Под именем работы с обрушением (рисунок 16) разумеется обрушение кровли пустой породы, а не полезного ископаемого. Возможность применения такой работы всецело зависит от качеств кровли; если последняя средней прочности, т. е. способна держаться при выемке из-поднея на 3—4 метра длины и при том достаточно долго, предупреждая о своем падении треском, то условия применения обрушения налицо. Часто кровлю поддерживают рядом стоек, которые все или отчасти выбивают, когда время ее обрушить. Обрушение кровли в подземной выработке не всегда отражается на поверхности, ибо породы в кусках занимают все же, несмотря на происходящее постепенно слеживание, больший объём, чем в целиках. Поэтому, начиная с известной глубины работы, обрушение определенной высоты не оказывает влияния на поверхность. Обрушение на первый взгляд гораздо выгоднее закладки, но гораздо опаснее, как это показывает статистика несчастных случаев. На практике при нем все лсе пропадает в целиках, которые приходится оставлять невынутыми по опасности работы, довольно много полезного ископаемого, которое не удается вынуть. В угольных копях содержащиеся в кровле пропластки угля и серного колчедана, обрушившись, имеют сильную наклонность к самовозгаранию. Между кусками обрушения часто много пустот, в которых могут образоваться опасные скопления рудничного газа. Выработки, которые приходится поддерживать среди обрушений, требуют постоянного ремонта. При разработке мощных круто падающих залежей горизонтальными слоями надо при работе с обрушением снимать слои постепенно (дав выстояться обрушениям), начиная с верхняго, иначе при первом же обрушении была бы нарушена цельность всей вышележащей, подготовляемой к разработке части месторождения. При разработке тонкого круто падающого пласта идут так лсе, обрушая сперва верхния части этажа, ибо выемка сперва нилсних частей нарушила бы цельность верхних, и кроме того трудно было бы среди обрушений поддерлсивать в порядке откаточные пути, идущие всегда сверху вниз. По такой лсе причине при этой работе предпочитают сперва провести этажные штреки от бремсбергов и так далее до границ поля, назначенного к выемке на данный бремсберг, а затем улсе разрабатывать на очисткузалежь между штреками, отступая к бремсбергу, заваливая все (в том числе и ставшие ненужными штреки) за собой. При этом, впрочем, приходится идти вперед штреками, а при узких забоях производительность рабочого мала. Для того, чтобы не оставаться без угля во время подготовки данного поля, когда все же количество выдаваемого из штреков угля мало, вынимают из ряда целиков, отграниченных этими штреками, через один (оставляя внизу у штрека предохранительный целик, прорезаемый каждые 10—15 сажен выработанной „печкой“ для спуска ископаемого и для прохода воздушной струи), так что количества ископаемого, добываемого при ходе от бремсбергов к границам поля и обратно, близки друг к другу. Как общее правило, всегда надо стараться идти забоями настолько широкими, чтобы рабочие могли работать полной, высокой производительностью. Проводку подготовительных штреков широким забоем молено рассматривать, как первый период очистных работ. Если залежь содержит (как то часто бывает) много прослойков пустой породы, то штреки выгодно также в смысле отсутствия расходов по вывозке на поверхность пустой породы вести такой ширины и высоты, чтобы всю попутно получаемую пустую породу молено было уложить в виде закладки в части штрека, смотря по углу падения пласта в почве его или сбоку, но ниже по падению. При тонких пластах даже без прослойков, когда приходится вести сечение штреков частью в полезном ископаемом, а частью в пустой породе, приходится гнать забой настолько широким, чтобы потом вместилась вместо части вынутого ископаемого вся эта пустая порода. При пластах средней мощности, отсутствии прослойков, неустойчивости кровли надо вести узкие выработки. Для большей прочности мест выхода вспомогательных штреков и так далее от основных, их вначале гонят узким забоем, оставляя как бы предохранительный целик, и уже затем разгоняют более широкий забой. Выемка на очистку ископаемого, находящагосямежду штреками, производится целым рядом методов; применение того или другого из них зависит от целого ряда местных условий, и искусство горного инженера и заключается в выборе его так, чтобы при рациональности работы ископаемое обходилось всего дешевле. Самая выемка может идти или по восстанию („забой“, плоскость ископаемого, с которой отбиваются куски его, расположен горизонтально и постепенно передвигается по залежи кверху) или по простиранию (забой па-раллелен линии падения).Часто при выломке ископаемого наблюдается кли-вазие, т. е. направление, по которому ископаемое отламывается легче, чем по всякому другому; очевидно, забой надо вести параллельно этому направлению, безразлично, будет ли общее направление подвигания его по восстанию или по простиранию. Выемка „столбовая“ (рисунок 15) ведется разбивкой поля, подлежащого выработке, на ряд побочных, высотой только в мощность залежи (а при толстых наклонных пластах, разрабатываемых слоями,—в высоту слоя), на отдельные столбы, которые затем вынимаются, начиная от пределов поля, отступая к бремсбергам и откаточным штрекам и обру-шая за собой кровлю. Обрушение производится таким образом: вынимая ископаемое, поддерживают кровлю стойками; когда забой подвинулся от предыдущого обрушения на признанное нормальным расстояние, ставят около него (так, чтобы было достаточно места для рабочих, чтобы начать снова работу в забое) более толстия стойки и почаще и затем ждут обрушения; если оно не последует само, то иногда его вызывают искусственно, вытаскивая часть стоек, ибо кровля предупреждает о своем падении треском. Подобная работа опасна, ибо кровля может упасть внезапно, захватив рабочого, выбивающого стойки. Если кровля довольно прочная, то при малом падении пластов вместо нарезки поля на столбы идут длинными забоями-лавами (рисунок 17, 18).

Разбив пространство между двумя бремсбергами, отстоящими друг от друга по простиранию сажен на 100,

рядом штреков (сажен по 20) по падению друг от друга, начинают вынимать от середины, между бремсбергами в обе стороны поля между штреками, начав с верхнего и гоня лавы—длинные (по кливажу) забои по направлению к бремсбергам. Откатка ископаемого идет из каждого забоя в нижний штрек, становящийся постепенно ненужным (иначе как для вентиляции ниже лежащого забоя, следующого за первым немного отступя). Если нельзя вести по непрочности кровли сплошной забой в одну линию, то ведут его рядом уступов. Очень мощные сильно наклонные залежи (например, мощные линзы серного колчедана, медной руды, угля и так далее) работают с обрушением постепенными слоями. Дойдя от шахты до залежи двумя квершлагами на разных горизонтах, соединяют их выработкой по самой залежи у лежачого бока ея, служащей для спуска добытого ископаемого к нижнему квершлагу (или основному этажному штреку, проведенному от него вдоль по залежи) и для прохода к работам снизу вверх свежого воздуха. Затем начинают вынимать ископаемое на очистку слоями высотой в человеческий рост, разделив каждый отдельный слой на столбы или гоня забои между поперечными штреками (проведенными от главного штрека, прогнанного в каждом слое у висячого бока вдоль залежи) совершенно так же, как если бы вели разработку отдельного пласта с обрушением кровли. При этом способе приходится оставлять все же невынутыми довольно большие целики— при той же системе, но с закладкой выработанного слоя пустой породой работа гораздо рациональнее.

Материал для закладки получается из прослойков пустой породы в залежи ископаемого, при проходке штреков частью сечения по пустой породе и так далее; если этого недостает, то он доставляется с поверхности из особых каменоломен. Если очень близко от угольной копи завод, то иногда на закладку в нее идут шлаки, сгарки и т. под. Разумеется, при мощных залежах больше, чем при тонких, приходится доставлять закладку с поверхности и, конечно, это стоит лишних денег, сравнительно с утилизацией попутно добываемой породы. При всех условиях организуют (заботы так, чтобы закладочный материал приходилось внутри рудника перемещать не снизу вверх, а так, чтобы он шел вниз, по возможности благодаря силе тяжести. Всего проще по идее сильно распространившийся за последнее время способ мокрой закладки. Песок, сгарки, гранулированный доменный шлак и так далее смешиваются на поверхности в воронке с водой (иВй—2 части воды) и проводятся в шахту по трубе 120—200 миллиметров. диам.; далее он распределяется к месту закладки трубами, прокладываемыми по выработкам на расстояние до 1 километра. Ниже места закладки устраивается перемычка: вода стекает и идет по водоотливу, увлеченный же ей материал оседает и при том очень плотно, так что и в дальнейшем не дает оседаний — держит, почти как целик. Трубы делают из стали или чугуна; горизонтальные трубы приходится через некоторое время переворачивать, ибо износ стенок их неравномерен; хорошо стоят деревянные трубы или металлические с футеровкой деревом. Сухая закладка—в крупных кусках доставляется сверху скатами или по шахтам и бремсбергам, развозится по местам в вагонетках и укладывается в ручную. Чем плотнее укладка, тем она действительнее. При маломощных и средней мощности жильных и пластовых круто падающих залежах применяется потолкоуступ-ная (рисунок 19) система работ. Подготовив данное выемочное поле двумя этажными штреками, 10—15 сажен один от другого, разбивают его на целики гезенками. Начиная снизу идут у каждого гезенка кверху по залежи, забоем 2—4 метра длиной; пройдя 4—8 метров, закладывают направо и налево еще по забою и продолжают идти всеми ими кверху; подвинувшись достаточно, закладывают еще забои и так далее, так что вся линия забоев принимает вид двух лестниц с уступами, обращенными

1715

книзу. В случае разработки только по одну сторону гезенка, очистная добыча становится однокрылой. По мере подвигания забоев вперед (кверху) пустая порода (из прослойков или получаемая по гезенку сверху извне) складывается под ногами рабочого (нижний этажный штрек закрепляется очень прочно, или оставляется предохранительный, по длине его, целик). В закладке этой оставляют скаты, по которым спускают от забоев добытое ископаемое. При более мощных залежах, каждый уступ гонится вперед не сразу, а несколькими забоями. Противоположная система работ—почвоуступная—ведется обратно—ходом сверху вниз. При этом добытое ископаемое подается наверх; нижнего этажного штрека проводить не надо. Работа эта довольно опасна, но при богатых рудах хороша тем, что отбитыя, например, в забоях части залежи не могут провалиться сквозь закладку и, таким образом, утеряться. Зато она требует затраты большого количества дерева на устройство полков (один за другим), на которые наваливается закладка, подача ископаемого кверху затруднительна, в забоях легко скопляется вода и так далее При маломощных полого падающих пластах, из прослойков, которых получается достаточно пустой породы для закладки отработанных пространств, при прочных и устойчивых породах висячого бока применяется сплошная выемка по восстанию, по простиранию или наклонно, в зависимости от направления кливажа. Отграничив выемочное поле этажными штреками и бремсбергами, вынимают ископаемое в пространстве между ними уступчатыми забоями (по простиранию, по восстанию или диагонально), закладывая выработанное пространство пустой породой. Поперечная выемка с закладкой, применяемая при разработке мощных залежей, производится слоями снизу вверх, имея все время в почве закладку, а в кровле нетронутое еще полезное ископаемое. Слои снимаются сплошной выемкой, причем откатка производится от забоев не по скатам—бремсбергам и так далее, как привыемке отдельных наклонных пластов, а по горизонтальным поперечным штрекам—ортам к одному в каждом слое горизонтально проведенному у лежачого бока штреку, а от него уже в общий скат—бремсберг и в главный откаточный штрек нижнего этажа. Бывают также случаи (мощный пласт, прорезанный толстыми прослойками пустой породы), когда работают с закладкой каждый отдельный пласт чистого ископаемого, кроме последняго, лежащого у висячого бока, который вынимают уже с обрушением кровли. Вообще же, очень часто система работы в руднике смешанного характера, т. е. с частичной закладкой и так далее Так, у штреков, бремсбергов, скатов и ортов должны всегда возводиться из отвального камня стениси. В полого падающих каменноугольных залежах, особенно газовых, запрещается, во избежание самовозгарания, при раздавливании оставлять целики из угля, а требуется ставить столбы из закладки. Полого падающие пласты мощности больше 3 метров требуется работать с мокрой закладкой, кроме особо благоприятных условий. В полого падающих месторождениях угля очистные работы в нижележащих пластах раньше, чем в вышележащих, допускаются только, если верхний пласт совершенно не будет разрабатываться за невыгодностью; или если нижележащий пласт разрабатывается с полной закладкой; или если расстояние между пластами очень велико (для Домбровского бассейна, разрабатывающого мощные пласты каменного угля с обрушением кровли, допускается разработка нижележащого пласта раньше вышележащого, если расстояние от него до пласта вышележащого в 30, по крайней мере, раз больше его мощности).

Большая часть полезных ископаемых (строительные камни, глина, часто железная руда и так далее) встречается залежами на самой поверхности земли или под незначительным только слоем пустой породы. Уголь у выходов редко бывает хорошого качества—обыкновенно он сильно золист, выветренный и так далее, так что предпочитают работать лучшого качестваугли, но несколько отступя вглубь по пласту (от поверхности земли при полого падающих слоях хороший уголь может быть уже очень близко). Железорудные залежи, наоборот, к поверхности лучше, с меньшим количеством примесей серы и так далее Глубже на Урале довольно часто в них замечается усиление количества серы настолько, что совершается переход от прекрасной железной руды наверху к серному колчедану глубже. Залежи поверхностные выгодно разрабатывать открытыми работами (рисунок 1,2)—не надо ни крепления, ни закладки, ни освещения, ни проводки большого числа дорогих подготовительных выработок, водоотлив обыкновенно дешев. Слои пустой породы, прикрывающие залежь (носящие название турфов), перед началом работ снимают—это называется „вскрышей“; подготовленная таким образом часть залежи, где ведется добыча, называется разрезом. Для каждого ископаемого существует предельное для данных местных условий отношение мощности турфов к мощности залежи, выше которого выгоднее переходить к подземным работам; очевидно, по местным условиям стоимости кубической сажени земляных работ стоимость отнесенной к кубу всех работ добытого полезного ископаемого должна превышать первую. Как вскрышу турфов, так и выемку самого полезного ископаемого ведут почвоуступно (террасообразно). Ширина (площадка) уступов по русским правилам должна быть не менее сажени, а при отвозке по площадкам при помощи лошадиной силы— не менее иВа сажен. Отвесная высота уступов не должна превышать иВг сажен; откос уступов должен быть не больше угла естественного откоса. Разстояние от верхнего (перваго) уступа до границы участка {берма) не может делаться меньше Вю толщи турфов. Делать подбои при разработке малоустойчивых пород нельзя, а в плотных породах можно, но не больше одного аршина. Открытия работы надо ограждать для предохранения от падения в них людей оградами в 1—lVs аршина высотою. Доставка ископаемого от местработы часто производится лошадями по взвозам. Где это можно (разработка на склоне горы и т. под.), стараются подойти ко дну работы траншеей или даже штольней (она же осушает разрез) так, чтобы вывозить ископаемое с уступов вниз, а не кверху. Штольню соединяют со дном нижнего уступа гезенком. Откатка по уступам и к устью гезенка ведется в вагончиках, для чего прокладываются рудничные узкоколейные пути с паровозами или электрической откаткой. При большом развитии работ бывают пути и широкой колеи. Иногда выгодно работать, поднимая ископаемое канатно-проволочной дорогой. Словом, тут уже ставится вопрос о наиболее выгодном транспортировании грузов на поверхность. Что касается распределения движения вагонов, то оно, несмотря на кажущуюся простоту, требует иногда значительного уменья; первый признак неправильного распределения—перекрещивание путей—встречается довольно часто. Наиболее обширные открытия работы в России ведутся в Криворожском железнорудном месторождении (Екатеринославской г.), где достигают нескольких десятков сажен глубины.

При всякой системе работ наиболее характерным является производительность рабочого. Стоимость полезного ископаемого зависит от многих факторов, требует иногда очень дорогих устройств и оборудования, но в виду массовой производительности все, казалось бы, дорогия установки по водооотливу, вентиляции и так далее оказываются падающими на пуд ископаемого сравнительно не так много. Главные расходы там, где много рабочих, где на каждого рабочого приходится уже мало ископаемого. Стоимость каменного угля в копейках, например, выражается в среднем на юге: добыча 2—2Вг коп., откатка 0,5 коп., крепление 0,75—1 к., подъем по шахте и так далее 0,25 к., водоотлив 0,01—0,5 к., вентиляция 0,1 к., освещение 0,015 к., разных расходов 0,15, цеховых и накладных 0,75 к.; к этому надо прибавить погашение затрат по разведкам, по оборудоваиию, налоги, проценты на капитал, коммерческие расходы и так далее, но не трудно видеть, что первия 2 и отчасти третья статьи, состоящия в очень значительной степени из оплаты рабочей силы, играют огромную роль. При открытых работах производительность отдельного рабочого гораздо выше, а потому все ископаемое обходится гораздо дешевле. Таким образом, основным положением является изучение факторов увеличения производительности рабочого. Прямые опыты показали, что на нее влияет улучшение вентиляции, усиление освещения, организация правильной доставки рабочого по шахте, та или другая система работ, дающая ему возможность работать более или менее удобно, совершенство координации добычи со службой откатки, сухость забоя и так далее

Способ рабочей платы влияет на производительность горнорабочого так же, как и во всякой другой промышленности. Поденных работ по возможности стараются избегать, ставя „поторжныхъ“, „конторскихъ“ только на те посты, от которых мало зависит производительность рудника. Все рабочие у добычи всегда сдельные. Сдельная плата рассчитывается двояко—с вагонетки или с угона. В первом случае рассчет ведется по ясетонам, во втором замером ухода забоя за определенное время „с квадрата“ площади, вынутой на очистку, или с куба выемки; штреки и прочия выработки сдаются с платой за проходку посаженно, иногда смешанно—и посаженно и с вагона полученного при этом ископаемого. Нормально всю работу в одном забое сдают артели, которая берет на себя добычу, или проходку выработки, крепление и откатку до ближайшого ската, бремсберга, штольни и т. под., где вагончики переходят уже в руки поденных служащих. В угольных рудниках иногда выдают премию за уголь в крупных кусках (или даже, что в сущности при учете цен то же самое, платят только за крупный уголь); цена с вагончика или угона бывает или фиксированная, или прогрессивнаяс увеличением скорости добычи и так далее Крепежный материал доставляется всегда управлением копи; динамит или другия взрывчатия вещества доставляются им же, но ставятся рабочему на счет (что учитывается при назначении цен), ибо, как показал опыт, иначе расход его повышается совершенно ненормально. Продолжительность рабочого времени разная на разных копях, но повсюду стремится к восьмичасовой—большая продолжительность рабочого дня скорее невыгодна, ибо при трехсменной работе меньшим бременем падают на пуд увеличившейся производительности погашение и общие расходы; выемочные поля и этажи вынимаются скорее, т. е: с меньшими затратами на ремонт крепи, путей и так далее

5. Крепление.Горные выработки только в очень прочных породах можно вести, не закрепляя их стенок. В средней России для разработки гнезд железной руды крестьянскими мелкими работами проводят, например, круглия шахтообразные выработки-колодцы, называемия дудками. Диаметр круглых дудок не более 3 футов, глубина их допускается не более 15 саниен. Стенки их ничем не крепятся. При большей глубине и четырехугольной форме поперечного сечения надо их закреплять. Штреки, идущие от дудок, разрешается вести не более 2 аршин шириной по крайней мере на длину до 1 сажени. Не крепятся очистные работы часто при камерных работах, при работах с оставлением целиков и так далее, нормально же приходится крепить более или менее полно как очистные работы, так и, главное, выработки, т. е. штреки, квершлаги, бремсберги и так далее Противодействовать давлению массы породы высотой в глубину выработки от поверхности земли, разумеется, не могла бы никакая крепь; применение же ея основывается на том, что надо воспрепятствовать передвижению непосредственно прилегающей к выработке кровли, т. е. заменить максимум, сопротивление вынутого ископаемаго; давление вышележащих пород сюда не передается, пока онене пришли в движете. Опыты над высыпанием песка из отверстия в дне сосуда показывают, что даже песок, слеживаясь, образует на момент над отверстием род свода. Назначение рудничной крепи и состоит главнейше в том, чтобы воспрепятствовать выпадению „куполовъ“ или отдельных кусков с кровли, стен и так далее В выработках, при небольшой ширине их, массового оседания не происходит, а выемка на очистку ведется системами, или препятствующими оседанию кровли (целики, закладка), или принимая его в рассчет, но уже после выемки (обрушение).

Горным выработкам придают по возможности меньшие размеры и наиболее устойчивую форму сечение  квершлаги и т

Горным выработкам придают по возможности меньшие размеры и наиболее устойчивую форму сечения — квершлаги и так далее по пустой породе делают с сводчатыми потолками, шахты предпочитают круглыя. Крепление бывает по роду материала деревянное, каменное и железное. Деревянная (преимущественно сосновая и еловая, а для мокрых капитальных выработок из лиственницы или дуба) крепь дешевле других (в России). Срок службы ея в отношении гниения находится в зависимости от качества рудничного воздуха, от влажности его, от перемен его температуры и так далее В устьях шахт и штолен, где факторы эти часто и резко меняются, крепь загнивает скорее. Гниет она и при застое воздуха. Деревянное крепление называется простым, когда состоит из отдельно устанавливаемых лесин, и сложным, когда состоит из нескольких соединенных между собой деревянных частей. Выгодно заготовлять крепежный лес по требующемуся размеру, форме и так далее на поверхности (в особых даже лесопилках) и спускать его в рудник уже готовым, нуждаю-/ щимся только в установке. Лесина,

! поставленная так, что давление по! род направлено по оси ея, называется | стойкой; если давление нормально к ея оси, — то перекладом. Крепление стойками применяется у забоев, чтобы поддержать кровлю. Если последняя сравнительно мало устойчива, то стойки ставят чаще и между верхнимиконцами их и кровлей заводят предварительно доски (для дешевизны—обыкновенно горбыли). При легко сдающей почве (глина и т. под.) горбыли или плахи, даже бревна-лежни подкладывают и под нижний конец стойки. Стойки (рисунок 22) загоняют на место с некоторым усилием (вернее, забивают несколько клинообразный горбыль), дабы оне действительно подпирали кровлю и мешали ей начать опускаться; раз последнее произойдет, кровля раздавит стойки. Особенно большия стойки—уже бревна-колонны—приходится ставить при выработке с обрушением кровли мощных пластов угля Домбровского бассейна (органная крепь). Переклады предохраняют от обрушения отдельные части кровли в промежутках между стойками или—например, при крутопадающих залежах и прочных породах висячого и лежачого бока—переклад загоняется прямо в пазы, сделанные в последних; если залежь сверху выкрашивается, то пространство между последовательно загоняемыми перекладами крепят горбылями или жердями (кладя их на переклады) так, что образуется род деревянного потолка. При значительном давлении на переклад или довольно большой длине последняго, его укрепляют (рисунок 25) раскосами или распорками к стене выработки. При давлении на выработку со всех сторон (часто давит и почва, „пучитъ“, как говорят, особенно при глинистых породах, разбухающих от действия воздуха и влаги) ставят полные дверные оклады (рисунок 21/23), состоящие из двух стоек, переклада на них наверху и порога — лесины, служащей как бы нижним перекладом. Сплошной крепыо называется ряд полных дверных окладов, расположенных вплотную один за другим, образуя как бы деревянную трубу. Если почва не пучит особенно сильно, а главное—давление с потолка (что чаще всего) при неособенно крепких стенах, то ставят только стойки и переклады, что и называется обыкновенно дверным окладом. Соединение переклада со стойками делается чаще всего в лапу:

соединение в паз плохо сопротивляется боковым усилиям, а при большой нагрузке сверху стойки легко раскалываются. При большой длине переклада его подпирают в середине третьей (рисунок 24) стойкой, разделяя, таким образом, выработку по ширине на половины, или вместо деревянного переклада кладут рельс или железную балку. При большом давлении с кровли ставят в выработке вплотную к основным стойкам добавочные стойки, подпирающия „подхваты“— продольные бревна, заведенные под переклады. Обыкновенно же для закрепления выработок достаточно простых дверных окладов и при том не сплошь, а на некоторых друг от друга расстояниях, в зависимости от прочности пород. Потолок, а если нужно, то и стенки, забирают жердями или горбыляли (заводят их между лесинами и породой) для предохранения от падения отдельных кусков; концы горбылей пропускают так, чтобы они налегали на концы следующих. В наклонных выработках при такой почве приходится класть пежни, т. е. устанавливать стойки окладов на продольно положенные брусья. Специальный род деревянной крепи (рисунок 26) применяется при проходке выработок по сыпучим и плывучим породам (буроугольные рудники югозападной России и т. под.). Крепь загоняется вперед в невыработанный еще забой так, что выемка последнего ведется после крепления. Сущность работы заключается в том, что в забой забивают по периферии его сечения заостренные на переднем конце доски—чегени (дюйма полтора толщиной, дюймов 8 шириной и фута четыре длиной). Их забивают не параллельно оси выработки, а несколько наклонно (расходясь) от нея. Предварительно внутри переднего дверного оклада ставят внутренний несколько меньшого размера и в промежутках между ними забивают чегени, задние несколько выступающие концы которых, стремящиеся (под давлением породы на передние концы) разойтись от оси выработки, упирают в брусья, заложенные между ними и передними концами предыдущих че-

Геней. Если порода совершенно неустойчива и забой плывет внутрь выработки, то удерживают его досками, подпертыми распорками к переднему окладу, или даже сплошь забивают клиньями, поочередно вынимаемыми; через образовавшиеся отверстия выпускается часть плывуна и отвозится, чегени и клинья забиваются дальше, вновь вынимается клин и так далее Эта работа требует большого количества леса, большой опытности рабочих и довольно опасна.

Наклонные выработки крепятся при небольших уклонах так же, как и горизонтальные. При больших уклонах крепление их аналогично креплению вертикальных шахт. Крепление шахт деревом делается только (рисунок 30) при прямоугольном их сечении и ведется горизонтальными рядами „венцовъ“, напоминающих собой полные дверные оклады горизонтальных выработок. Основным венцом называется венец, устроенный следующим образом: два бруса укладываются (по двум противоположным стенкам шахты) концами (на 6 — 12 вершков) в гнезда, вырубленные в породе. Концы этих „пальцевъ“ плотно расклиниваются в гнездах или заливаются цементом так, чтобы брусья были строго горизонтальны (по ватерпасу). Перпендикулярно пальцам по двум другим стенкам шахты устанавливаются другия два бруса, врубаемые в первые. На образовавшемся таким образом основном венце покоятся все вышележащие венцы („звено“) до следующого основного. Разстояние, допускаемое между основными венцами, зависит от прочности породы (1—2 сажени). Обыкновенные венцы между основными ставятся при неустойчивых породах сплошь — „срубовая“ или „венцовая“ крепь. При породах довольно прочных, невыкрашивающихся, применяется крепь на „стойкахъ“ или „бабкахъ“: на основных венцах ставятся стойки (высотой 1—2 аршина; по углам или при больших сечениях и посередине), на них следующий венец и так далее Стенки шахт за венцами забираются горбылями, жердями и т. под.

Особый вид стоек составляют вандруты — длинные бревна - брусья, обыкновенно квадратного поперечного сечения, распираемия друг от друга распорками так, что они плотно прижимаются к крепи, сообщая ей устойчивость; они ставятся один над другим, соединяясь косым замком. В породах неустойчивых вандруты часто совершенно необходимы; ими же пользуются при разделении шахты на отделения и так далее В породах, легко обваливающихся, нельзя пройти шахту без крепи целое звено, т. е. пройти ниже одного основного венца до места заложения следующаго; приходится закреплять все время стенки по мере проходки, т. е. временно подвешивать венцы к верхнему основному венцу скобками и расшивинами, а затем, когда будет заложен следующий основной венец,—опирать на него. При очень неустойчивых породах применяют забивную креп, аналогично забивной крепи горизонтальных выработок. Постановка крепи водонепроницаемой, в пересечениях шахтой водоносных пластов, называется кювеляцией шахты. При кювеляции деревом ставят заклиненные основные венцы в породе водонепроницаемой (обеспечивая плотность прилегания их к породе заклинкой— „пикотажемъ“—мягкого дерева и прокладкой мха), а на них накладывают следующие венцы, тщательно приструганные друг к другу. Швы разделываются смоленой паклей. Пространство между крепью и стенками шахты заливается цементом.

Каменное крепление дороже деревянного само по себе и требует проходки выработок большим поперечным сечением, ибо оно занимает больше места, чем дерево. Каменное крепление применяется тогда, когда издержки на сооружение и ремонт деревянной крепи при ея скором сгнивании или раздроблении под давлением пород оказались бы выше затрат с погашением каменной крепи, т. е. тогда, когда выработки подвергаются очень сильному давлению или предназначены стоять очень долгий срок. Различают два родакаменного крепления—в сухую и на цементг. Первое представляет в сущности всякая закладка пустой породой или столбы, выложенные из последней вместо вынимаемых целиков. Выработки, подверженные сильному давлению пород, закрепляются сводами (рисунок 27) на столбах-устоях или опирающимися пятами в гнезда, вынутия в образующих кровлю и почву давящого круто наклонного пласта-слоя прочных породах. При сильном давлении на выработку со всех сторон каменную крепь делают круглой, в виде трубы (рисунок 28) круглой или овальной и так далее Часто при давлении только сверху применяют смешанную крепь—на каменных устоях кладут железные переклады. При проходке в рыхлых и сыпучих породах каменную крепь ведут позади временной деревянной или железной забивной крепи. При креплении шахт камнем чаще всего придают им круглое поперечное сечение—наиболее устойчивое против бокового да» вления. Часто (когда нет пересечения сильно водоносных пластов и породы устойчивыя) закрепляют шахту при проходке временной деревянной крепью, которую затем, идя снизу вверх, заменяют каменной кладкой. Если породы менее устойчивы и есть горизонты с водой в таком количестве, что желательно задержать ее за стенками шахты, не допуская в работы, то крепь возводят участками. Каждый участок временно закрепляется деревянной крепью, и для каждого каменного звена крепи устраивается особый фундамент в прочной породе. Фундамент этот состоит в постепенном утолщении крепи, часто в виде двояко усеченного конуса. Опорные площадки его делают иногда уступами. Зумпф, если породы в нем недостаточно устойчивы, закрепляют сверху арками. Такие же арки возводят и над всеми отверстиями в стенках шахты—над устьями квершлагов, штреков и так далее Каменная крепь, сделанная на хорошем цементном растворе, очень прочна и водонепроницаема. Пространство между крепью и стенками шахты заливают бетоном. Поусловиям работ в зависимости от цен на кирпич и так далее иногда выгодно, вместо закрепления кирпичем, вести креп бет.ую, которую набивают на особых переставных кружалах. Иногда приходится проводить шахты через плывуны, которые способны проникать в мельчайшия отверстия и исключают возможность вести работу обыкновенным путем. В этом случае применяют кессонные работы или выбуривают шахту большим мешенным (два холщевых мешка, прикрепленных к рамам на конце буровой штанги) буром с постоянным опусканием обсадных предохранительных труб, аналогично проведению буровых скважин. Опускная (рисунок 31) крепь применяется, когда надо пройти мощный слой породы, хотя и сильно плывучей, но не заключающей в себе сколько-нибудь крупных валунов. Устраивают сперва режущий башмак — основание этой крепи, представляющий из себя кольцо из чугунных углообразного сечения сегментов с острым (40—50 градусов) нижним краем. На это кольцо кладут для эластичности дубовую кольцеобразную лсе накладку, а затем возводят водонепроницаемую крепь. Под действием тяжести последней башмак врезается постепенно в породу, пока не дойдет до прочного слоя, в который несколько врезается. Тогда выбирают породу извнутри крепи и тщательно закрепляют место, где башмак врезался в плотную породу, подведя под него крепь, устроенную в нижнем более плотном слое. Во время опускания крепи она висит на болтах (проходящих через всю ея высоту, начиная от режущого башмака), опусканием которых и регулируется поступательное движение крепи. При проходе очень водоносных слоев, где затруднительно применение и этой крепи, применяется с успехом замораживание (способ Печа) породы— сперва проводятся футового диаметра буровия скважины двумя концентрическими рядами по периферии сечения шахты, примерно, по две на сажень ея длины. В них вставляют трубки от охладительной машины и замораживают стенку, внутри которой становится возможным вынуть породу, точно в закрепленной улсе шахте, и, дойдя до прочного слоя, воздвигнуть на нем внутри ледяной обыкновенную крепь, после чего охлаждение прекращается. Видоизменение этого способа встречается при поисковых на золото работах в Сибири, где зимой проходят шурфы в самых руслах рек промораживанием—оттаивают пожогом или вырубают слой льда на воде, сохранив тонкий слой его нетронутым, и оставляют на время. От мороза толщина льда в этом месте увеличивается — вновь несколько углубляются в лед и так далее, пока не войдут в породы дна реки.

Железное крепление по мере удешевления железа все более и более распространяется в Г. д. Железо идет всюду (рисунок 29), где крепь должна служить довольно долго, где при больших размерах выработок пришлось бы применять лес слишком больших размеров, или где есть возможность переставить крепь, т. е. пустить ее несколько раз в дело и так далее Очень удобно делать железными (или чугунными) опускные крепи, кювелаж и тому подобное. За последнее время для капитальных сооружений и внутри рудника большое применение получил железобетон.

6. Водоотлив. Устья рудничных выработок располагают всегда таким образом, чтобы в них не могла попадать вода с поверхности даже при таянии снегов; в верхних частях работ оставляются предохранительные целики, на поверхности устраивают дамбы, плотины и так далее; но все это спасает рудник только от вод поверхностных. В земной коре есть, кроме последних, воды, циркулирующия по трещинам или по слоям легко проницаемым для воды, есть скопления вод в подземных пещерах и старых заброшенных рудничных выработках; породы, окружающия полезное ископаемое, часто сами водоносны, водоносно иногда и оно само (железная руда Кривого Рога—Колачевского) и так далее Словом, вода есть почти во всех рудниках, и отсутствие ея не правило, а скорееисключение (каменная соль и так далее). Многия старинные горные работы заброшены были именно вследствие невозможности справиться с притоком воды бывшими тогда в распоряжении средствами. Первия паровия машины появились также на рудниках для водоотлива. При прохождении шахт через сильно водоносные слои стараются каптировать воду и поднимать ее непосредственно с этой глубины, чтобы не тратить лишней работы на подъем с большей глубины и избежать излишней мокроты шахты, обмерзания ея и так далее, но вода мелких источников, вода из разработок и так далее обыкновенно вся стекается (естественно или подачей подземными насосами) к зумпфу шахты, где и устраиваются главные насосы. При развитии работ в нескольких горизонтах, иногда и насосы ставятся на разных горизонтах.

В рудниках, разрабатываемых штольнями, проводят главную водоотливную штольню на возможно низком горизонте и осушают ей все месторождение, лежащее выше ея. Часто эта же штольня служит и главной откаточной. В старину, при несовершенстве техники, такие штольни проходили не одно поколение („наслед-ственныя“ штольни). При разработках помощью шахт в каждом квершлаге и штреке устраивают канаву, по которой вода бежит к шахте. На случай внезапного прорыва воды, при приближении к сильно водоносным пластам, заброшенным работам и так далее (независимо от проводки перед каждым подвиганием забоя вперед буровых скважин) устраивают в выработках поперечные стенки—перемычки, с дверцами, отворяющимися в обратную к возможному направлению прорвавшейся струи воды сторону. Перемычки эти делают деревянными или (в главных путях) каменными, дверцы деревянные или железныя; края перемычек загоняют в стенки выработок так, чтобы оне не сдвинулись под напором воды. Прорвавшуюся в руднике воду откачивают через тРУбУ (с клапаном), устраиваемую в нняшем краю перемычки.

Вода, стекающая к шахте, направляется в нижнюю часть ея (зумпф), но обыкновенно устраивают еще рядом соединенную с ним камеру— выработку, в которой мог бы поместиться приток воды в течение 6— 12 часов; цель ея—иметь возможность остановки на это время насосов для мелкого ремонта и так далее, а также дать воде немного отстояться. По качеству рудничная вода обыкновенно жестка, но (медные рудники) бывает и настолько кислая, что требует насосов из бронзы, ибо разъедает железо.

Сравнительно еще недавно при неособенно больших глубинах шахт применяли штанговые насосы, т. е. устанавливали у устья шахт паровой (или водяной) двигатель, который помощью непрерывной штанги передавал движение поршню вертикального насосного цилиндра, установленного на дне шахты и нагнетавшего воду в водоотливную трубу. Часто для сокращения размера штанг, толщины стенок труб и так далее устраивали несколько ставов насосов, в разных горизонтах, подавая воду от става к ставу. Насосное устройство располагали так, чтобы во время подъема воды насосный стержень вытягивался (подъемный насос), а не сжимался, ибо длинные штанги лучше сопротивляются разрыву, чем продольному изгибу; уравновешивали штангу и так далее Вообще рудничные насосы подают довольно грязную воду, поэтому их устраивают почти исключительно скал-ковыми, а не поршневыми. Скорость скалки при штанговом насосе можно держать только очень незначительную, ибо штанги обладают большой массой, а следовательно, велика и живая сила их, сводимая к нулю, каждый раз при перемене направления движения (вверх или вниз) должны затухнуть вибрации длинных штанг и так далее Благодаря этим недостаткам передачи силы на расстояние длинными штангами, подобные насосы, несмотря на всю кажущуюся простоту их устройства, применяются теперь редко—главнейше при откачке воды с незначительных глубин, где легко и просто установить такой насос от любого локомо-

581

Горное дело.

532

биля, лошадиного привода и так далее, а при больших установках оказываются гораздо экономичнее подземные насосы, получающие движение непосредственно от подземных же паровых машин, электромоторов, водостолбовых машин и так далее, т. е. такие, где насосу энергия передается сверху не штангой, а паропроводом, проводом электрической энергии и так далее Такие насосные установки гораздо дешевле, как по первоначальной стоимости, так и по эксплуатации, штанговых машин, загромождающих вдобавок шахту. В первые годы по введении подземных насосов (полвека назад) стремились сделать их возможно проще и дешевле—ставили подземные паровые насосы без махового колеса, без расширения пара с несовершенной конденсацией (без специального холодильника), выпуская пар наружу в оставленные выработки или погружая конец пароотводной трубы в зумпф, работали паром низкого давления, что требовало больших размеров паропроводов, которые вдобавок плохо изолировали; из экономии подземные камеры для насосов делали небольших размеров и так далее Все это вызывало громадный расход пара и дороговизну эксплуатации. Теперь пользуются паром высокого давления, паропроводы тщательно изолируются, установка внизу делается совершенно аналогично насосным станциям на поверхности земли, парораспределение (выработаны прекрасные конструкции их и без маховика), конденсация и так далее столь же совершенны (преобладает тип горизонтального компаунд, сдвоенного с длинным ходом екалкового (рисунок 44) насоса с конденсатором)— словом, раз даже раньше несовершен-ныяподземные паровыямашины успешно конкурировали со штанговыми, то теперь первия безусловно одержали верх. С прогрессом техники паровые насосы встретили конкурента в электрических насосах, которые дешевле, а главное допускают экономично децентрализацию водоотлива, позволяя устанавливать насос именно там, где он нужен, не опуская воды до главного водоотливного горизонта и так далее Особый толчек быстрому развитиюприменения к водоотливу электромоторов (вынуждавших ранее при передаче силы от быстро вращающагося вала мотора медленно ходящей скалке наличие сложной механической передачи) дало появление лет 12 назад типа скалковых насосов экспресс с очень большим (300) числом оборотов (с коротким ходом скалки, малой высотой всасывания и хорошо уравновешенными массами движущихся частей с непосредственной передачей движения скалке от специально тихоходного электромотора), а главное, последовавшее скоро за этим введение центробежных насосов высокого давления, непосредственно соединенных с быстровращающимися электромоторами. Насосы эти многоколесные, причем вода переходит из одного колеса в другое со все возрастающим напором, аналогично перекачиванию ея рядом ставов штанговых насосов постепенно на все высшие горизонты. Такие насосы очень компактны, сравнительно недороги, довольно высокого коэффициента полезного действия и быстро распространяются в горных работах, особенно на рудниках многошахтных, где централизация получения электрической энергии гораздо выгоднее устройства сети котельных установок к паровым насосам каждой отдельной шахты. Применение к получению электрической энергии газомоторов и паровых турбин на газе коксовальных печей вытесняет с угольных шахт всякие другие (а в том числе и для водоотлива) моторы кроме электрических.

На ряду с совершенными насосами в горном деле приходится иметь дело с временными установками. При разведках устанавливают пульзо-метры, работающие от простых котлов, простые центробежные насосы, откачивающие воду из открытых разработок на сравнительно небольшой напор и сопряженные с локомобилями и т. под. Часто также воду выкачивают бадьями или простейшими рычажными насосами. В сухих сравнительно шахтах, в которых воды мало, до этих пор можно встретить откачку ея железными ящиками, подвешиваемыми к клетям снизу иснабженными клапанами, выпускающими воду из них по подъеме на поверхность. Такая откачка очень сильно портит канаты, дорога, и почти везде по подсчетам выгоднее поставить насосы.

7. Вентиляция. Всякие подземные работы нуждаются в притоке свежого воздуха, ибо воздух рудника постепенно портится от наличности в нем рабочих, потребляющих кислород его, лошадей, от гниения крепи, от горения ламп, от выделения гремучого газа из добываемого ископаемого (чаще всего угля) и так далее Воздух атмосферы содержит по объёму около 21°/о кислорода; в рудниках он признается достаточно чистым при содержании не менее 19% кислорода и не более 1°/о углекислоты. Человеку надо в минуту 5—7 литров воздуха, когда он в покое, и до 40 литров при очень усиленной работе. В забоях, по русск. правилам, для всяких рудников требуется иметь не менее 35 куб. футов (0,99куб. метр.) в минуту на человека. Количество это значительно повышается при разработке каменноугольных месторождений с гремучим газом и угольной пылью. Гремучий газ, происшедший, вероятно, от разложения подземно органических веществ без доступа воздуха, чаще всего налицо в каменноугольных залежах. Газ этот при работах выделяется иногда внезапно в больших количествах, а чаще постепенно, по мере выемки угля, ибо он как бы насыщает массу его, находясь в нем под давлением (от В2 до 4,5 атмосфер, но иногда и до 50 атмосфер) и выходя постепенно по мере облегчения ему выхода. Газ этот состоит главнейшие из метана, безцветен, легче воздуха, почему и собирается в верхних частях выработок, не ядовит, но в смеси с воздухом взрывает, расширяясь больше, чем в десять раз, и затем быстро снова сжимаясь. В России рудники, в которых обнаружен газ, разделяются на три категории: 1) рудники, в которых на 100 пуд. добычи угля выделяется в сутки менее 225 куб. фт. газа, 2) с выделением газа от 225 до 1.050 куб. фт. и 3) более 1.050 куб.

фт. Количество газа определяется в общей струе воздуха, выходящей из данного рудника. Количество газа в ией не должно при том превышать 1°/о. При быстрых падениях барометра количество гремучого газа, выделяющагося в копях, быстро повышается, а потому при этом увеличивают и количество воздуха, подаваемого в рудник. В отдельных выработках не допускается работа в тех случаях, когда там обнаруживается больше 21/2% газа. Выработки, проводимия к пластам, которые, как это известно по наблюдениям, имеют внезапные выделения газа, проветриваются отдельной струей воздуха, не смешиваемой с общей вентиляцией рудника. Не дойдя до пласта, пересекают его буровыми скважинами и выяшдают, пока газ несколько выделится через них, а потом уже врезываются в уголь выработками. Количество газа в разработках определяется особыми индикаторными лампами очень быстро и должно производиться очень часто, ибо крайне изменчиво. Гремучий газ при 1000 градусов загорается почти мгновенно, а принагреве ниже 650 градусов не загорается совершенно. На этом свойстве его основана возмоясность применения в нем ламп, покрытых металлической сеткой, не допускающей соприкосновения очень горячих продуктов горения с атмосферой, наполненной газом, применение взрывчатых веществ с низкой температурой взрыва и так далее Для изучения свойств гремучого газа и приемов безопасной работы в нем за границей устроены особия опытные штольни, питаемия газом из богатых им пластов. В России проектируется устроить казенную опытную штольно - испытательную станцию в донецком бассейне в ИОзовке. Угольная кислота, образующаяся при горении, медленном разлоясении смеси угля и серного колчедана (часто попадающагося в угольных залежах) и так далее, в противоположность гремучему газу тяжела (в 1 У2 раза тяжелее воздуха) и собирается у почвы выработок; она не ядовита, но как бы заливает легкия; при содержании 5—6% ея воздух уже негоден для дыхания. Притаком содержании лампа тухнет, почему при посещении старых работ лампу несут всегдапередъсобой. Окись углерода, образующаяся при неполном горении, гниении и т. под., после взрывов газа, по плотности очень близка к воздуху, легко с ним смешивается, безцветна, без запаха; лампа горит в воздухе с ней хорошо, но для человека она очень ядовита—при 1% содержания ея в воздухе кровь отравляется. Для обнаружения окиси углерода иногда держат специально клетки с белыми мышами, очень чувствительными к ея присутствию. Очень опасным элементом в копях является сухая, очень мелкая угольная пыль, которая, аналогично некоторым родам пыли на мельницах, огнеопасна и даже взрывчата, т. е. очень быстро сгарая производит детонацию. Особенно часты вторичные взрывы пыли после первоначального взрыва гремучого газа. Поэтому принимают меры к увлажнению пыли, разбрызгиванием воды. Во избежание поднятия пыли воздухом скорость течения последнего ограничивается в очистных работах 2 метрами в секунду, а в главных откаточных штреках —6 метрами.

Движение воздуха по руднику обусловливается тем, что давление во входном (для воздуха) отверстии в руднике должно быть выше давления у выходного отверстия. Разность этих давлений называется депрессией и бывает обыкновенно сравнительно незначительна: величина ея, нужная для передвижения воздуха по руднику, измеряется обыкновенно в десятках миллиметров водяного столба. Количество воздуха, протекающее в данное время по выработке, прямо пропорционально сечению выработки (s) и скорости струи («), т. е. измеряется sv. Потребная величина депрессии (h) пропорциональна длине выработки (е), ея периметру (р), квадрату скорости и обратно пропорциональна площади сечения выработки, т. е. изменяетсяпропорционально f>a£0Ta> ГИ0‘

требная для сего, очевидно, и измеряется произведением количества воздуха на величину депрессии, т. е. пропорционально третьей степени объёма вводимого в рудник воздуха: чтобы, например, удвоить последний, надо затратить в 8 раз больше работы. При увеличении площади сечения выработок сильно понижается потребная депрессия, а следовательно, и работа вентилятора. Действительно, означая G коэффициент, находимый в зависимости от рода стенок выработки опытным путем, имеем

b—С-~- Количество воздуха в единицу времени (q) равно sv, следовательно, 1и= С

epq-

Таким образом,

при увеличении сечения, когда числитель (р) растет пропорционально этому увеличению, а знаменатель — пропорц. шестой степени (s—площадь пропорциональна квадрату линейного увеличения), депрессия уменьшается в 5 раз—для уменьшения депрессии вдвое надо, например, увеличить размеры выработки всего на 15%. Вышеприведенную формулу можно написать так: h Cep „ ..

———f. В правой части этого выра-q- sA

жения сгрупированы элементы рудника, в левой—элементы его вентиляции. „ h q

Производная от величинаочень характерна для рудничной вентиляции и называется темпераментом рудника. Теоретическое отверстие в тонкой стенке, через которое при той же величине депрессии, как в данном руднике, мож. пропустить то же количество воздуха, называется эквивалентным отверстием данного рудника. Поперечное сечение главных воздушных штреков в газовых рудниках не должно быть меньше 4кв. метров, а побочных струй — меньше 2 кв. метров. В мощных, находящихся в особо благоприятных условиях залежах угля, при тех системах работы, которые допускают ведение очень широких выработок,—и очень простой план вентиляции; при очень большом эквивалентном отверстии иногда газовые рудники проветривают так энергично, таким огромным количеством воздуха, что газ разжижается им до обезвреживания. При узких рудникахэтого делать нельзя, ибо потребуется очень много работы вентилятора, есть опасность большой скоростью воздуха выбить огонь из ламп, поднять пыль и так далее Скорость воздуха в разных точках сечения выработки неодинакова—в середине она больше, чем у стенок. Средняя скорость воздуха обыкновенно вычисляется умножением скорости посредине на опытный коэффициент, разный для разного рода крепления (0,7—0,9). Скорость же посередине измеряется крыльчатыми анемометрами. Определив скорости струй во всех выработках (по размерам их), вычислив и объёмы протекающого в каждом месте воздуха, составляют общий план вентиляции рудника и определяют данные эти в разных его пунктах. Это дает возможность определять, где дефекты вентиляции рудника, и то, куда надо направлять работы по улучшению вентиляции. Полная депрессия рудника измеряется непосредственно водяным манометром.

Поток воздуха надо искусственно направлять по руднику, иначе он, пройдя по линии наименьшого сопротивления, оставит многие пункты его непроветр енными. Для обеспечения правильности вентиляции служит целая система дверей, перегородок из досок с забивкой породой, парусинных занавесей и так далее Иногда для усиления вентиляции мест особо опасных по количеству выделяющагося газа (выработки по восстанию и так далее) ставят в рудники моторные или ручные вентиляторы.

При распределении воздуха выгодно разделять весь поток его на несколько самостоятельных струй, ибо этим сильно уменьшается величина требуемой работы (депрессия растет пропорционально третьей степени количества воздуха, проходящого по данной выработке), а также испорченный раз воздух не будет проходить по всему остальному руднику, легче регулировать вентиляцию в разных пунктах рудника, локализировать местное расстройство ея и так далее Нужно всегда стремиться, чтобы чистый воздух (обыкновенно более холодный и более тяжелый, чем рудничный) шелпо работам снизу вверх, а не сверху вниз. Вентиляция очистных работ зависит от способа их разработки. Потолкоуступные работы вентилировать труднее, ибо рудничный газ легко может скопиться в углах их; легче всего хорошо вентилировать широкие забои, наклонные к линии падения. В работах с обрушением кровли утечка воздуха (пока он дойдет до забоя) больше, чем в работах с тщательной плотной закладкой. Вообще в рудниках до забоев доходит не весь воздух, а только часть, ибо утечка достигает часто 70—80% всего его количества.

Естественной вентиляцией рудника, т. е. разностью давлений воздуха у одного и другого из входов в рудник, приходится пользоваться в больших работах редко, ибо разность высот входов обыкновенно очень мала, и соответствующей депрессии хватило бы только на очень незначительные простия работы (крестьянские шахты, разведки и так далее), на очень широкие подземные камеры и так далее Вдобавок, воздух в руднике, обладая почти постоянной температурой, зимой теплее, а летом порой холоднее атмосферного, а потому направление потока воздуха в руднике может меняться, а весной и осенью даже останавливаться. Для усиления депрессии в старину устраивали у дна шахт, выводящих воздух, печи, продукты горения которых пускали в эти шахты, чем нагревали в них воздух и понижали давление столба его. Из-за опасностей пожара в угольных рудниках установка таких печей воспрещена. Вентиляционные пени на поверхности (разумеется, не для газовых рудников) устраиваются с высокой трубой, в которую поступает воздух из шахты и продукты горения топки (под топку проведена струя шахтного же воздуха); депрессия обусловливается наличием теплого легкого воздуха в печной трубе. Летом печи действуют слабее, чем зимой, а потому иногда льют в шахту, по которой воздух поступает в рудник, воду, увлекающую с собой воздух, И так далее

Крупные рудники проветриваются теперь центробежными вентиляторами, ибо из всех воздушных машин это тип наиболее рациональный при необходимости дать большое количество воздуха малой сравнительно депрессии. Наиболее простой тип вентилятора—колесо с прямыми радиальными лопатками—дает очень малый коэффициент полезного действия. В современных вентиляторах лопатки кривия (рисунок 42), причем кривизна их рассчитывается так, чтобы не было удара воздуха при входе в колесо, не было воздуховоротов, вихрей, чтобы частицы воздуха уносили возможно меньше работы в виде живой силы и так далее Для устранения потери силы при этом устанавливается диффузер (рисунок 43), т. е. труба, постепенно расширяющаяся кверху, в которой постепенно уменьшается скорость течения воздуха; последний как бы устаивается также и от неравномерности подачи его рядом лопаток. Согласно теории, для получения больших депрессий вентиляторы должны вращаться очень быстро. Современные вентиляторы отличаются высоким до 0,85— 0,95 коэффициентом манометрического полезного действия, т. е. отношения действительно даваемых ими депрессий к теоретически вычисленным по скорости воздуха на их внешней окружности.

Проветривание рудников производится почти всегда всасывающими вентиляторами, ибо при этом шахта, доставляющая свежий воздух, может оставаться свободной, незакрытой никакими особыми приспособлениями, в руднике не застаивается худой воздух или газ и так далее Обыкновенно, впрочем, устраивают приспособление (особый канал—трубу), позволяющее переменить ход воздуха на нагнетание вентилятором, что иногда нужно для задержания на месте случайно большого выделения газа, на случай обвала и так далее

8. Освещение. Машинные камеры, рудничные дворы, площади у внутренних шахт и бремсбергов и так далее освещаются постоянными фонарями. В остальных, помещениях рудника лампы (рисунок 39) переносные, которымиснабжается каждый рабочий. В рудниках, не содержащих вредных газов и хорошо проветриваемых, еще до этих пор в употреблении простия свечи в простых железных подсвечниках. Чтобы оне не ломались и не оплывали, их помещают в бленду (рисунок 40)—открытый жестяной фонарь, с крючком-штырем для удобства переноски и подвешивания внутри рудника. Лампы на растительном масле представляют из себя простые железные цилиндры с носком, куда вставляется фитиль, крышкой, через которую наливают масло, и крючком для носки. Применение в таких лампах керосина, нефти и т. под. порождает сильную копоть, вредную для рабочих, а потому запрещено. Эти последния вещества можно применять только в лампах со стеклами, т. е. тягой. Из усовершенств. ламп светлее всего горят ацетиленовия лампы. Теперь есть целый ряд их (с кальцием карбидом) вполне безопасных и даже довольно легких. По стоимости оне, конечно, выше обыкновенных масляных, но, во-первых, несколько повышают производительность рабочого (при хорошем освещении она выше), а во-вторых, дают возможность хорошо отбирать добываемое ископаемое по сортам, до выдачи его на поверхность, отбирать от него тут же на месте вредный прослоек и так далее, что имеет большое экономическое- значение. Бензиновыя, лампы хороши, но требуют довольно сложной и аккуратной организации дела (в целях безопасности), а потому чаще применяются там, где организация лампового дела должна быть все равно высока—в газовых рудниках. В последних какие бы то ни было открытия лампы запрещены. Предохранительные лампы, впервые предложенные в 1815 г. инженером Деви, а потому и до этих пор носящия его имя, основаны на том, что пламя окружается проволочной сеткой, охлаждающей продукты горения до температуры ниже той, при которой взрывает воздух с примесью рудничного газа; разумеется, при очень большом количестве последняго, а

641

Горное дело.

542

также, если сетка раскалится или пламя выбросит из лампы (сильной струей воздуха и так далее), взрыв происходит. Поэтому такие лампы (рисунок 41) безопасны от взрыва только в атмосфере, не содержащей много газа (не более 2°/о), устройство их должно быть очень тщательное, а уход очень внимательный. Для усиления света ламп нижнюю часть пламени окружают вместо сетки, плохо пропускающей свет, хорошо закаленным стеклом, нижняя поверхность которого отшлифована и плотно прилегает к резервуару лампы, а верхняя закрыта усеченно-конической сеткой. Для безопасности ставят не одну, а две сетки, одна над другой, не соприкасающияся друг с другом. Для того, чтобы пламя не выбросило струей воздуха, во всех особо опасных рудниках, а также везде, где скорость воздуха больше 20 футов в секунду, сетку прикрывают железным футляром-шлемом. В случае подвода воздуха для горения не через сетку, а под горелкуj через особое отверстие в корпусе лампы снизу, последнее также должно быть закрыто двойной сеткой. Опытным путем установлены все имеющия сколько-либо существенное значение размеры всех частей ламп. Главнейшая из них—сетка должна быть такой густоты, чтобы на квадратный сантиметр ея площади приходилось не менее 144 одинаковой величины отверстий; диаметр проволок должен колебаться в пределах от 0,3 до 0,4 миллим. В газовой атмосфере, очевидно, нельзя отворять для зажигания случайно потухшую лампу; поэтому вместо потухшей берут другую запасную лампу из лампового отделения; иногда снабжают лампы внутренним зажигателем трения о капсюлях белого фосфора. Для устранения опасности взрыва лампы передают рабочим уже совершенно заправленными, готовыми к употреблению и закрытыми так, чтобы рабочий ни в каком случае не мог отворить их. Замки снабжаются пломбами или устраивается затвор с внутренней железной собачкой, который молено открыть, только оттянув собачку, что молено сделать, только вставив лампу в сильный электромагнит. При каждом руднике устраивается специальное ламповое отделение с особыми благонаденеными лицами, которые одни могут отмыкать металлические сетки от ламп и зажигать фитили. Сетки чистят щетками ежедневно (сетки, покрытия копотью, опасны). Каледая лампа нумеруется, и по лампам ведется учет людям, спустившимся в рудник.

9. Рудничные пожары. Несмотря на всевозмоленые предосторожности война человека с природой, ведомая им при добыче ископаемого, не обходится без жертв. Наиболее опасный враг— огонь, производящий взрывы газа или пыли, атакжепожары.Наиболее крупное несчастье в истории горного промысла—взрыв 1906 г. во французской каменноугольной копи Куррьер, унесший 1100 жизней. В России наибольшее число жертв—270—погибло при взрыве 18 июня 1908 г. на Макарьевском руднике области Войска Донского. Рудничные пожары обычно сопутствуют взрывам, но часто возникают самостоятельно—от забытой лампы, от самовозгарания угольной мелочи, особенно в присутствии серного колчедана, электрических проводов и так далее Для предупреждения пожаров надо как можно чаще производить осмотр всех работ. При начале пожара прежде всего стараются прекратить к месту его доступ свелсого воздуха; если горит уголь, то стараются выломать нагревшиеся уже его части, что делают постепенно, поливая водой; отбитые куски увозят. Если уголь уже разгорелся, то проходят выработкой над ним, проводят из нея буровия скважины, по которым пускают воду, а затем прорабатываются выработкой и выламывают что можно. Если с пожаром не справиться такими мерами, то изолируют воздухонепроницаемыми перемычками (из дерева с глиной или каменными) все поле, где происходит пожар, который тогда тухнет от недостатка кислорода. Вылсдав, когда пожар затихнет, снова открывают работы. Есть пожары, к которым воздух все же имеет доступ, а потому они свирепствуют уже много лет (Тквибули на Кавказе). Затопление пожарищ—средство в каменноугольных рудниках очень опасное, ибо выработки обрушиваются, восстановлять их дорого, а случаи самовозгарания (серный колчедан, имеющийся всегда в угле, разлагается водой) после этого часты.

Как во время пожаров, так и после взрывов выработки наполняются негодными для дыхания или даже ядовитыми газами. Между тем надо производить в подобной атмосфере работы по тушению пожара, а главное, по спасению погибающих рабочих. Основное правило—никогда нельзя считать, что рабочие, которых не досчитываются, погибли, что бы в шахте ни было. В Куррьере 13, считавшихся погибшими, вышли на 21 день, а один на 23. Первой заботой после взрыва должно быть доставление в рудник возможно большого количества свежого воздуха и спасение людей, находящихся, может быть, в обморочном состоянии. Для работ во вредной атмосфере служат респираторы. Для работ простейшого характера в неядовитой атмосфере применяются респираторы в виде закрытых шлемов в роде водолазных, снабженных трубкой— шлангом, через которую накачивается свежий воздух. При них нельзя уходить далеко от насоса. При резервуарных аппаратах воздух подается из сосуда-ранда, в котором он накачен под большим давлением. Аппараты регенеративные действуют так, что выдыхаемый (в закрытом шлеме через особую трубку) воздух идет не наружу, а пропускается через ряд сосудов, где освобождается (химически) от угольной кислоты и паров воды и разбавляется чистым кислородом (из особой бутыли под давлением). Пневматогены — это такие регенеративные аппараты, которые сами вырабатывают кислород действием выдыхаемого воздуха на соли перекисей, заключенных в особых сосудах. Наиболее распространены теперь регенеративные аппараты (Дре-гфра, Вестфалия и так далее). Респираторы позволяют пребывать в невозможной атмосфере 2—3 часа совершенно несвязанно с какими бы то ни было насосами, т. е. допускают свободную циркуляцию по выработкам. Работа в респираторе требует большого навыка, а потому на каменноугольных копях (а также и других с деревянной крепыо) организуются специальные спасательные артели, обученные ей. В артели должно быть по члену на каждых 25 рабочих; на каждых четыре члена артели должен быть респиратор и электрическая аккумуляторная лампочка (горящая независимо от атмосферы). На каждой копи должно быть не менее 3 комплектов спасательных принадлежностей. В каменноугольных районах имеются обычно еще центральные спасательные артели, под начальством инженеров, обильно снабженные всеми приборами и немедленно выезжающия в подмогу к месту, где случилось несчастье. В России спасательные артели лучше всего организованы в донецком каменноугольном бассейне, где находятся наиболее опасные из русских копей в отношении рудничного газа.

10. Откатка ископаемого. Рудничная доставка разделяется на два отдела— собственно доставку, или подъем и спуск по вертикальному или наклонному направлению, и откатку—по горизонтальному направлению. Организация доставки массовых грузов (как, например, при разработке каменного угля) должна быть очень совершенна, ибо иначе ложится очень тяжело на себестоимость продуктов. Наилучше оборудовается доставка угля по главным шахтам, воспринимающим весь поток ископаемого, пустой породы и так далее в количествах на крупных шахтах по нескольку железнодорожных поездов в день; проще всего оборудование доставки от отдельных забоев незначительных количеств РУДb.

Всего проще, разумеется, когда ископаемое само скатывается от забоя к откаточному штреку. Это бывает при разработке наклонных пластов работами по восстанию каменно-угольных пластов—уголь по „скатамъ“, т. е. выработкам по падению („печкамъ“), скатывается вниз или просто по почве их, или по проложенным доскам, иногда для уменьшениятрения обитым железом (по почве уголь скатывается сам при падении 40—45°, а по железным листам— 25—30°). Скаты слегка расширяются книзу, чтобы ископаемое не залеживалось; иногда скатом служит часть выработки, обшитая досками, а в другой части устраиваются лестницы для прохода рабочих. Часто скаты применяются для подачи материала закладки и так далее В мощных рудных залежах, разрабатываемых подземно слоями, распространены вертикальные скаты—гезенки для подачи руды к откатному штреку. Скаты редко бывают открытые—они опасны (а для угля невыгодны еще тем, что он в них измельчается, теряя ценность); гораздо чаще скаты закрытые, т. е. нижний конец их закрыт стенкой с люком для выпуска ископаемого, постоянно заполняющого скат, а потому передвигающагося по нему постепенно, а не падая сразу со всей высоты его. Переноска ископаемого почти не применяется в целях доставки. Доставка в волокушках-сатмх (род длинного ящика, продолжение боковых стенок которого служит полозьями) находит себе применение для подвоза ископаемого от мест добычи к месту нагрузки в вагоны, при разработке пластов черезчур наклонных и тонких, чтобы в них было выгодно всюду проложить рельсовые пути, и слишком мало наклонных для того, чтобы уголь скатывался вниз под влиянием собственного веса (скаты). Откатка в тачках гораздо легче, чем откатка в волокушках, но требует более слабого падения пластов и большей мощности их (тачку возят стоя на ногах, а волокушу—на четвереньках). При работах на поверхности откатку в тачках считается выгодным вести при расстояниях 5о 60 сажен; в рудниках тачки применяются для перевозок с малою производительностью, побочных и так далее Рудничные „собаки“—род тележек с очень маленькими колесиками, катимыми по деревянным рельсам, теперь совершенно выходят из употребления, заменяясь вагонетками (рисунок 32) узкоколейных железных дорог. В подобных вагонетках перевозится теперь ископаемое во всех сколько-нибудь значительной производительности рудниках и копях. Для экономичности откатки выгодно пускать большие вагоны, в которых отношение полезной нагрузки к таре вагона наибольшее, а число маневров на то же количество перевозимого груза наименьшее. При выработках малых размеров приходится сокращать размеры вагонеток. Вообще высота последних должна быть такая, чтобы все-таки легко было нагружать ископаемое лопатами; кузов для устойчивости не должен высоко подниматься над колесами; при откатке в ручную нельзя иметь тяжелых вагонов. В виду того, что приходится с ними манипулировать в ручную при маневрах, загрузке в клети и так далее; практика выработала для угольных копей тип небольшого железного вагона емкостью в 30 пудов, собственного веса около 10 пудов. Деревянные вагоны тяжелее при равных внешних размерах, емкостью процентов на 15 меньше, ремонт их чаще, дороже, стенки неплотны, а потому они повсюду вытесняются железными. При разработке мощных залежей руд (значительного удельного веса) часто применяются вагоны железные же, но эллиптической формы, большой емкости. Колеса вагонов делаются теперь почти исключительно стальныя; для облегчения перехода их по кривым обод слегка конический. Колеса вагонов ширококолейных дорог насаживаются неподвижно на оси, вращающияся в подшипниках, чем достигается наибольшая безопасность движения (при колесах независимых друг от друга образуется, как только сила тяги выйдет из вертикальной плоскости, проходящей через центр вагона, пара сил, стремящаяся повернуть вагон), но зато затрудняется переход по кривым. В рудниках такая система колес применяется при откатке по хорошо, плавно уложенным путям. Если сделать колеса вращающимися на неподвижных осях, то можно пускать вагоны но кривым очень малого радиуса, по неровно уложенным путям и так далее

Рельсовые пути типа Виньоля, ибо желобчатые легко загрязняются в

1815

рудниках, наичащо укладываются шириной колеи 00 сантиметров. Вес погонного фута рельсов на главных путях обыкновенно 6—8 фунтов, иногда даже больше. На второстепенных путях рельсы кладут еще легче. Шпал кладут 2—3 на сажень, а часто столько, сколько крепежных рам. При частом перемещении путей делают звенья, т. е. род лестниц из рельсов, где ступенями служат шпалы. Стрелки делают или с языками, как на поверхностных железных дорогах, или (при откатке в ручную) и без языков, располагая только рельсы. При скрещиваниях путей пользуются готовыми стальными крестовинами. Поворотные круги (на шариках) ставят в местах схождения путей под прямыми углами. Чаще же поворотных кругов не ставят, а поворачивают вагончики на гладких чугунных досках, укладываемых на почву выработки, причем в местах прилегания к рельсам на досках делаются выступы—утюгообразной формы, облегчающие постановку вагонов с досок на рельсы.

Уклон откаточного пути, укладываемого на почве выработки, обусловливает и уклон выработки. Очень важно для откатки, чтобы уклон был ровный. Очень часто придают путям „уклон равного сопротивления11, т. е. такой, по которому сила тяги, нужная для передвижения груженых вагонов в одном направлении, была бы одинакова с силой тяги, потребной для возвращения пустых вагонов обратно, в гору. Уклон этот зависит от отношения веса груженого вагона к порожнему, смазки колес и т, д. Он колеблется на практике от 0,01 до 0,08. В рудничных дворах, на поверхности и так далее иногда делают уклон больше—до 0,016 — уклона равновесия, т. е. такой уклон, при кот. подтолкнутый вагон продолжал бы двигаться равномерно. Очень важно содержать путь в полном порядке,ибо на худо содержимых путях резко падает производительность откатки. Только при очень малой, кратковременной добыче не стоит ремонтировать путь. Обыкновенно же все ремонты по приведению пути в полный порядококупаются очень быстро. Производительность откатчика вагонов в ручную составляет в смену в среднем 5 (иногда до 9) т. - километров. Наибольшей величины она достигает при хороших путях в просторных выработках большой длины. Производительность лошади составляет около 40 — 50 т.-километров в сутки (2 смены по 6 часов), причем откатка ведется поездами по 8—10 вагонов, сцепленных короткими цепями. При лошадиной откатке путь надо уравнять—лучше всего сгарками. Затрата на лошадь окупается в 4— 5 лет. Конюшни для лошадей при работе штольнями устраивают на поверхности, а при шахтной работе в особых камерах, куда направляют ток свежого воздуха; кормят лошадей очень хорошо, но обыкновенно оне не живут очень долго, а погибают, ломая ноги в узких выработках или от обвалов и так далее В общем откатка лошадьми гораздо выгоднее, чем в ручную, а потому и стремятся выработанное ископаемое как можно скорее подать к выработкам с конной откаткой. Механическая откатка производится в подземных, не содержащих газа выработках чаще всего электрическими локомотивами, недорогими и очень компактными. Они почти исключительно с верхним проводом, прокладываемым на штырях, загнанных в деревянные пробки в потолке выработок. Реже пока применяются бензиновые и керосиновые локомотивчики, хотя и устраиваются теперь с холодильниками выхлопных газов и сетками на воздухоподводных трубах так, что их можно применять и в газовых рудниках. Откатка обыкновенными паровозами применяется в обширных размерах при открытых работах, а в подземных разработках наблюдается скорее как исключение—при работе штольнеобразными выработками мощных яселезных и т. под. за-ленгей. Механической откаткой в русской технической литературе часто называется такая откатка, при которой двигатель установлен неподвижно, а движение вагонам сообщается канатом или цепью. При системе tail

Горе груженые вагоны приводятся в движение одним канатом, а пустые— другим, действующим от другого барабана той же или другой, установленной на другом конце выработки, машины. Концы канатов прицепляются к вагонам (поездам); сами канаты поддерживаются по длине рядом роликов-шкивиков. При этой системе легко привключать к канатам вагоны, направляющиеся в боковия выработки, соответственно сцепляя и направляя канаты. При системе откатки безконечным канатом (рисунок 34) приводят его в постоянное движение по одному направлению помощью машин, на барабаны которых он навивается достаточно большое (во избежание скольжений) число раз. Натяжение каната производят, снабжая грузом подвижной шкив, который канат огибает в противоположном от машины конце. Скорость каната 5—8 километров в час. Сцепление вагончиков с канатом производится особыми щипцами-клещами, охватывающими его. Откатка безконечной цепыо (рисунок 37) производится движением безконечной цепи, увлекающей подводимые под нее и сцепляющиеся с ней особыми собачками вагончики. Выгодность той или другой системы откатки для данного случая зависит от местных условий. Откатка головным и хвостовым канатами очень хороша; на нее не влияют ни многочисленность боковых путей, ни неровности почвы, но поезда ея для хорошей производительности должны быть большого состава и самое устройство солидно и довольно дорого. Дешевле по первоначальным затратам откатка безконечным канатом, но зато ей трудно обслуживать боковые пути. Откатка безконечной цепыо выгодна при ровных путях в две колеи.

Для доставки вагончиков с ископаемым вниз по наклонным выработкам применяются так называемые „бремсберга“, которые можно встретить почти в каждом руднике, для спуска ископаемого с второстепенных штреков на главный откаточный. Бремсберг (рисунок 33) состоит из снабженного тормозом для регулирования скорости вращения шкива, черезкоторый перекинут канат; один конец последнего прикреплен к груженому вагончику, идущему по наклонному рельсовому пути вниз и подымающему своей тяжестью вверх по параллельному наклонному пути пустой вагончик, прикрепленный к другому концу каната. Максимальный уклон бремсберга—вертикальный (часто называются гезенками), а минимальный—около 21h° в зависимости от совершенства пути, шкива и так далее При меньших углах падения бремсберга груженый вагончик уже не в силах втащить вверх пустой. Бремсберга часто применяются и на поверхности для спуска грузов с гор въдолины—это очень дешевый способ спуска массовых грузов. Ось вращения шкива—барабана или нормальна к плоскости пути, или горизонтальна, параллельна ей. Тормоз устраивают во избежание несчастий так, чтобы особый груз постоянно прижимал его к шкиву, т. е. тормозил бы; для отторможения же и пуска механизма в ход требовалось бы нажатие рабочим рукоятки. По всей длине бремсберга устраиваются для поддержки канатов деревянные или чугунные ролики, без которых канаты очень скоро портятся. Бремсберги могут иметь переменный по длине уклон, завороты (канаты направляются шкивика-ми) и так далее, но это делается скорее на поверхности, а в рудниках чаще прямые постоянного уклона бремсберги. В подземных работах очень большое значение в смысле дороговизны крепи, расходов на ремонт (особенно, если „пучитъ“) имеет ширина выработки. Поэтому бремсберги делают поуже—трехрельсовые с разъездом посередине, чтобы вагоны могли разойтись, или двухрельсовый, однопутный, но с противовесом, поднимаемым опускающимся груженым вагончиком и поднимающим, опускаясь, снизу следующий пустой вагон. Противовес ходит по особому узкому пути под главным или рядом с главным. При очень больших углах падения бремсберга приходится снабжать платформами с наклонными соответственно уклону бремсберга нижними частями и горизонтальнойплощадкой наверху, куда вкатываются вагоны. Без таких платформ вагоны, сильно наклоняясь, легко высыпают значительную часть содержимого. При вертикальных бремсбергах платформы эти обращаются в клети в роде шахтных. Бремсберга очень удобное устройство и для подачи вагонов с промежуточных горизонтов. При платформах это всего проще, а без них устраивают площадки, покрытия чугунными плитами, на каждом промежуточном уровне. Обратные бремсбергам устройства— наклонные подъемы, т. е. подъемы по наклонным плоскостям груженых вагонов и спуск пустых, очень часто применяются как при открытых работах (рудные залежи, каменный уголь мощных пластов, золотоносные пески и так далее), так и в рудниках при разработках вниз по падению. Шкив-барабан бремсберга приводится в движение лебедочной машиной, паровой или на сжатом воздухе, а за последнее время—чаще всего электромотором. Подобные подъемы, если они выходят из рудника на поверхность, представляют собой наклонные шахты.

9. Шахтные подъемы. В небольших шахтах ископаемое поднимается на поверхность в бадьях, куда ссыпается груз из тачек, доставляющих его от забоев; бадья поднимается на канате обыкновенным ручным или приводным конным воротом. По наклонным рудным шахтам часто производят подъем в „собакахъ“—четырехугольных четы-рехколесных железных ящиках-бадьях без передней стенки-крышки. Собака эта поднимается канатом по наклонным рельсам, загнутым наверху так, что передния колеса заворачивают книзу, пока задния еще поднимаются—руда автоматически высыпается в предназначенную для этого камеру. При сколько - нибудь значительной глубине вертикальных подъемов бадьи снабжают рамами, скользящими по установленным в выработке направляющим брусьям, иначе бадья черезчур сильно раскачивается. Нормально в работах не разведочного, а очистного характера подъемпо вертикальным шахтам производится в стальных клетях, в которые вкатываются вагончики. Клетей всегда по шахте ходит две—одна с груженым вагоном (или при больших шахтах—вагонами) поднимается, а другая с пустыми вагонами опускается, уравновешивая своим весом соответственную часть идущей вверх клети с ископаемым. Размеры клети и ея форма зависят от расположения отделений в шахте, размеров ея производительности и так далее Сечение клети приближается к квадратному, если в нее ставят два вагончика рядом. При очень большой производительности шахт клети делают многоэтажными. Все клети снабжаются ребордами, охватывающими „направляющия“ (рисунок 38, и), расположенные по всей длине шахты. Деревянные направляющия представляют собой прочные брусья (сечением 2—2Вг вершка на 4—5 вершков), прикрепленные к горизонтальным брусам, плотно вделанным в стенки шахты. Поверхности направляющих, обращенные к клети, охватываются приклепанными к пей уголками с 2 сторон; клеть как бы скользит по ним. Деревянные направляющия очень хорошо работают, при них очень хорошо действуют парашюты (предохранительные приспособления от падения клети в случае разрыва каната), но дерево изнашивается и требует постоянного ремонта, а потому часто делают железные направляющияизърельсов или таврового железа. Быстро устанавливаются и дешевы направляющия из жестких проволочных канатов, к которым внизу привешена сообщающая им всем, по возможности равномерное, натяжение платформа с грузом. Парашюты, систем которых очень много, все основаны на том, чтобы в случае разрыва каната, на котором подвешена клеть, последняя застряла бы в направляющих. Классический парашют Фонтена устроен так, чтобы в случае обрыва каната сжатая нормально натяжением его пружина (в верхнем краю клети) растянулась бы и этим заставила переместиться особые рычаги, на концах которых вделаны ножи, врезаюициеся при этом в направляющия— клеть повиснет на них. В других парашютах пружина, растягиваясь в случае разрыва каната, поворачивает две пары зазубренных эксцентриков, врезающихся при этом в находящияся между ними направляющия, или последния зажимаются к обхватывающим их ребордам клети особыми клиньями и так далее Для канатных направляющих хороших, надежных парашютов пока нет,—при действии парашютов рвутся сами направляющие канаты. Можно сказать даже больше—вообще парашютам верить нельзя, особенно притех громадных скоростях движения клети по шахте, какие теперь в ходу, т. е. при огромной живой силе клети, сильнейшем ударе ея от остановки и вторичном ударе по верху клети куском оторвавшагося каната,рвущагося обыкновенно наверху, т. е. там, где на него действует вес и клети и длинного его же куска, уже спущенного в шахту, и так далее Нужно полагаться только на канат, апотому всегда заботиться о хорошем состоянии каната и почаще его менять в случае каких бы то ни было сомнений в его прочности. Движение но шахте рабочих разрешается только на испытанных в отношении прочности канатах. Канаты применяются пеньковые (для небольших глубин), алойные и стальные. Пенька быстро гниет, рудничные газы разъедают ее. Алоэ или манильская пенька стоцт лучше, особенно во влажном воздухе, но очень плохо переносит морозы. За последнее время с удорожанием пеньки, увеличением глубины шахт и прогрессом фабрикации металлических канатов последние приобретают наибольшее распространение в горном деле. Металлические канаты допускаются в шахты из проволок диаметром не меньше 0,8 миллиметров. и не более 3,2 миллиметров., с сопротивлением разрыву 110—180 килограммов на квадр. миллим., выдерживающих без излома установленное правилами число изгибов (от 4 до 8, в зависимости от диаметра). Канат алойный делается из пеньки сопротивлением разрыву не менее всего 6 килогр. на 1 кв. миллиметров., поэтому такой канат внесколько раз тяжелее металлического, а в настоящее время и дороже его. При больших глубинах вес каната, достигающого значительной длины, очень велик, и его выгодно делать равного сопротивления, т. е. постепенно уменьшать его сечете книзу, ибо вверху он должен выдерживать напряжение и от веса клети с вагончиками, и от веса уже спущенного в шахту каната. Органические канаты особенно плоские при существующих методах фабрикации делаются вполне точно равного сопротивления, чего нельзя сказать о металлических, где приходится уменьшать число проволок или диаметр их. Обыкновенно металлические канаты (более прочные и легкие, чем алойные) применяют одинаковой прочпости по всей длине, а алойные плоские равного сопротивления применяют для средних глубин (дальше снова металлические) и то в России только там, где персонал копей под французским влиянием. При очень глубоких шахтах применяют плоские металлические канаты. Цепи применяются только для соединения каната с клетью. Всякие шахтные канаты должны иметь не менее как шестикратный запас прочности по отношению к наибольшей нагрузке. Ежедневно канат осматривается на медленном ходу. Нижние концы (у клети) обрезаются каждые 4 месяца (органические канаты) или 6 месяцев (металлические канаты) и подвергаются поверочному испытанию на разрыв. Каждому канату ведется особая книга записей осмотров и так далее Этим и еще целым рядом правил достигнута сравнительная безопасность передвижения по шахтам грузов и людей—несчастья сравнительно редки. При подъеме и спуске груза разрешается иметь скорость движения в секунду не более известного предела—от V25 глубины шахты, если последняя не превышает 75 метров, до V85 этой глубины при глубине шахты 900 метров, с правом увеличения ея (по согласию с горным надзором) при хорошем оборудовании еще на 50°/о. Эти скорости приближаются к скоростям поездов жел. дорог. Скорость подъема в бадьяхс направляющими допускается всего в 75% этих скоростей, а средняя скорость бадей без направляющих не может превосходить сажени в секунду, если подъем. отделение обшито досками, и всего полусажени в остальных случаях. Один конец каната прикрепляется к клети и другой проходит по всей длине шахты, выходит наружу, огибает шкив,расположенный (канатов по числу клетей два, а потому шкивов 2) на высоте над устьем шахты и идет на барабан подъемной машины. Барабанов два— с одного канат сматывается (клеть опускается), на другой наматывается (клеть поднимается). Следующий подъем-спуск роли барабанов меняются. По мере сматывания каната с пустой клетью момент нагрузки его относительно оси барабана все увеличивается, а по мере наматывания каната момент нагрузки относительно оси этого барабана уменьшается. Работа машины испытывает большия колебания, а при большом весе каната может стать даже отрицательной (в некоторые моменты). Поэтому иногда стараются уравновесить канаты. Наибольшим распространением пользуется система уравновешивания Кёпе, состоящая в том, что подъемный канат, обогнув надшахтный шкив и обернувшись несколько раз вокруг барабана подъемной машины, идет через второй надшахтный шкив к другой клети. Днища клетей соединены еще между собой хвостовым канатом, длиной равным глубине шахты. Эта система часто применяется при внутренних шахтах, ибо тут нельзя поднять клеть выше нормы, следовательно шкивы можно помещать низко над устьем; канаты мало изнашиваются и так далее К этой системе не применим канат равного сопротивления: при ней нельзя поднимать с разных горизонтов, при порче одного каната, прекращается работа обеих клетей, в главных шахтах поэтому он не применяется. Уравновешение момента нагрузки относительно оси барабана достигается также без помощи уравновешивающих канатов устройством при круглых канатах спира-лоидных барабанов,т. е. барабанов

(с желобками) с поверхностями такой сложной кривизны, чтобы момент оставался постоянным; приблизительное уравновешение дают конические барабаны; при плоских алойных канатах уравновешение достигается достаточно удовлетворительно устройством барабанов - бобин, в которых канат навивается спирально сам на себя, т. е. радиус его навивки постепенно изменяется. При круглых канатах для простоты устройства очень часто не уравновешивают нагрузки, а, применяя простые цилиндрические барабаны, полагаются на машину. При всякой конструкции барабанов необходимо один из них делать холостым, могущим поворачиваться независимо от другого и закрепляться в разных положениях; это необходимо для возможности придания канату строго определенной длины (канат от времени вытягивается, берутся от него куски для испытаний, приходится менять длину его для подъема с разных горизонтов и так далее), ибо одна клеть должна приходиться строго на уровне нагрузочной площадки внизу, когда другая будет точно на уровне разгрузочной площадки наверху. При нагрузке и выгрузке вагончиков клеть „ставят на кулаки“ (рисунок 35). Кулаки эти бывают эксцентриковые или выдвижные и подводятся в нужный момент под клеть рычажной передачей от особой рукоятки, а затем обратным поворотом последней снова убираются из - под клети. Иногда кулаки устраиваются гидравлические, пододвигающиеся под клеть. Это имеет то преимущество, что здесь не надо при постановке клети на кулаки, как при обыкновенных кулаках, приподнять немного груженую клеть (для возможности задвинуть под нее кулаки), что без противовеса пустой клети, стоящей на нижних кулаках, требует сильной машины. При многоэтажных клетях, во избежание дорогостоющих и требующих затраты большого количества времени маневров главной машиной по подаче постепенно разных этажей клети к нагрузочной и разгрузочной площадкам, делают несколько этажей площадок, соединенпых между собой вертикальными бремсбергами или- питаемых выработками и обслуживающими эстакады (реже) разных уровней. Хорошо обставленная шахта требует хорошей подъемной машины. Разумеется, маленькие шахты могут обходиться небольшими паровыми лебедками или даже конными пришодами. Большия шахты оборудоваются значительной силы машинами. Применение перемены направления вращения шкивов помощью зубчатой передачи теперь почти не применяется, а периодичность вращения барабанов то в ту, то в другую сторону достигается переменой направления хода самой машины, т. е. машины реверсивные. Распространен тип горизонтальной паровой машины о двух цилиндрах при малых установках и сдвоенный тандем компаунд при больших. Простая компаунд мало послушна и не пригодна для быстрых маневров. Машина рассчитывается с запасом так, чтобы она могла поднимать груженую клеть без противовеса пустой. Управление отсечкой— центробежным регулятором. Конденсация пара применяется только там, где есть центральная конденсация; при больших установках теперь вместо этого экономичнее, как и вообще при всяких реверсивных машинах, ставить, на выхлопном паре паротурбину низкого давления Рато, спаренную с динамо. Все более и более распространяются теперь в качестве подъемных машин электромоторы в виду, с одноии стороны, усовершенствования типов реверсивных электромоторов, а с другой, громадного усиления центральных электрических станций копей (в частности на угольных копях— на газе коксовальных печей). По русским правилам, всякая подъемная машина должна быть снабжена двумя тормозами, расположенными таким образом, чтобы машинист мог ими действовать, не сходя с места. Всякий подъем должен быть также снабжен самопишущим указателем скорости движения клетей, индикатором, показывающим взаимное положение клетей в шахте, и автоматическим звонком, звонящим при приближении клети к концу ея хода. Разумно устроенные системы сигналов совершенно устранили необходимость распространенного еще недавно пожелания, чтобы машинист видел устье шахты. Против возможного в случае порчи управления машиной и так далее подъема клети до уровня надшахтных шкивов деревянные или железные направляющия суживают постепенно выше устья, по направлению к шкивам так, что клеть застрянет в них (а канат оборвется), или устраивают автоматическое расцепление клети от каната и так далее В неглубоких шахтах еще и теперь иногда, в целях избежать расходов по удовлетворению требований по оборудованию, предъявляемых правилами при движении в клетях людей, передвижение последних происходит по лестницам. В больших шахтах это немыслимо (утомление рабочих, медленность спуска и выхода большого числа людей и так далее), и потому лестничное отделение служит про запас (порча машины и т. под.), хотя в случае, например, двух оборудованных для подъема, хорошо соединенных между собой подземно и близких друг к другу шахт лестниц может и не устраиваться. Над устьем шахты ставится коиер«(рисунок 38), т. е. сооружение, поддерживающее надшахтные шкивы, через которые переходят шахтные канаты из шахты на барабан подъемных машин. Разгрузочная площадка делается всегда выше уровня почвы, дабы удобнее было складывать поднятое ископаемое в кучи, нагрулсать его с эстакад непосредственно в железнодорожные вагоны и так далее Высота надшахтных шкивов над уровнем этой площадки делается с известным запасом, в том рассчете, чтобы клеть могла довольно значительно подниматься над площадкой: эта высота берется 12—25 метров, в зависимости от глубины шахты. Полная высота копра над устьем шахты достигает 20— 40 метров. В прежнее время, при сравнительно низких шкивах, их иногда устанавливали на брусьях, влолсенных в пазы стен солидных надшахтных зданий; теперь ставитсякопер (чаще всего железный, а деревянный лишь в глухих местностях и маленьких шахтах—опасность пожара) раскосной системы. От разгрузочной площадки развивается обыкновенно более или менее сложная система эстакад, по которым вагончики с полезным ископаемым идут над складами, или над линией готовых к нагрузке железнодорожных вагонов, или к механически передвигающимся транспортерам (лентам, четкам и так далее), подающим ископаемое на рудообогатительные фабрики (дробление перед коксованием и так далее). Вагончики, подойдя к соответственному люку в эстакаде, поступают в опрокидыватель (раму-клеть, вращающуюся около горизонтальной оси в плоскости пола эстакады, нормально к оси пути вагона, или около горизонтальной оси, параллельной оси пути— цилиндрический опрокидыватель) и, опорожнившись, возвращаются к разгрузочной площадке надшахтного здания. Площадка эта для удобства маневрирования выкладывается обыкновенно чугунными плитами. Вагончики с пустой породой идут в отвалы или прямо опрокидываются в кучи, проходя по постепенно наращиваемому по ним же пути на уровне эстакады или, при недостатке места, поднимаясь родом проволочно-канатной дороги в кучи, насыпаемия постепенно все выше и выше. А. Митинский.

Горное законодательство

Горное законодательство, совокупность узаконений, нормирующих горную промышленность. Г. з. имеет своей задачей: 1) определить, кому принадлежит право распоряжения недрами земли, и регулировать отношения разрабатывающого недра земли к владельцу ея поверхности и к соседним горнопромышленникам (горно-земельное право)-, 2) установить правила для обеспечения общественной безопасности и интересов народного хозяйства при добывании ископаемых и соответствующие органы (горно-полицейское право) и 3) нормировать финансовия отношения государства к горной промышленности (горно-финансовое право).

А) Горно-земельное право. Недра земли могут принадлежать землевла-1

дельцу (принцип акцессии), или могут поступать в свободное распоряжение каждого желающого для производства горного промысла (принцип горной свободы). В последнем случае, до отдачи их кому-либо в разработку, недра земли могут принадлежать или государству (горная регалия, например, в Австрии), или землевладельцу (горная собственность — во франции, Бельгии, Голландии), или быть res nullius (Испания и испано-америк. г-ства). До последнего времени было распространено убеждение, что отделение права на ископаемия от собственности на землю возникло только в средние вика и при том на германской почве. Но более новия исследования источников, говорит Арндт, показали, что уже в финикийскую и римскую эпоху в Англии, при римском владычестве в Испании, в Лаврионе и в Пангее горное право было конструировано почти так же, как в XII и XIII вв. Восходящие к первобытным эпохам горные обычаи в Корнваллисе, Девоншире и Дербишире во всех существенных пунктах сходны с позднейшим горным правом Фрей-берга, Иглау, Хемница и Гослара; подобное же право было перенесено испанцами в Перу и Мексику. Сущность этих горных праве заключалась в признании, что собственником минеральных богатств является не землевладелец, а государь или государство. Последнее использо-вывало свое реальное право или путем собственной разработки подземных богатств, или посредством предоставления права разработки их отдельным лицам за очень высокие сборы. Стремление извлечь возможно больший доход из своего регальна-го права побудило правительства к объявлению начала горной свободы (смотрите). Вызванный первоначально чисто фискальными соображениями, этот принцип позднее, при развитии горной промышленности, утверждался в законодательствах, подкрепляясь и требованиями народнохозяйственного преуспеяния. Влияние либеральных течений экономической политики, поведших к отмене множества прфж-

Рисунок и. Открытая разработка железной руды на горе Благодать.

Рисунок ио. Экскаватор, снимающий слой за слоем черпаками, на работе. Железнодорожный путь, по которому он ходит, передвигают по мере поступательного движения забоя влево. По второму пути циркулируют вагонетки с добытым экскаватором ископаемым.

О

Рисунок з- Разведка буровыми скважинами. Скважина Ь, пройдя сбросом, не находит пласта, обнаруживаемого скважинами Ьи и Ьг.

Рисунок 5. Разведка штольнями.

Рисунок 7. Кайла со вставным лезвеем.

Рисунок 4. Разведка буровыми скважинами обратного сброса. Скважина b ложно обнаруживает два пласта.

Рисунок 8. Отбойка рядом последовательно, в указанном номерами порядке, залагаемых шпуров.

Рисунок IX. Рисунок 12,

Рисунок иг и 12. Проходка штреков с частичной закладкой (а).

Рисунок 14.

Рисунок 13. Подготовка месторождения к очистной выемке. Для разработки двух пластов проводят шахту Н, квершлаги О и от них основные и промежуточные штреки ss по пласту. Н—вторая, вентиляционная шахта. В плане (рисунок 14) (снимается в проекции на самый пласт) видны устья квершлагов Q, штреки—j, бремсберги—b и начало очистной выемки 5.

штШ

1YV

Рисунок 17. Выемка длинными столбами. Выемку ведут от бремсберга b (с вентиляц. штреком с) широкими забоями а (нижн. часть рис.); дойдя до краев поля, идут обратно, забирая оставш. столбы (верхи, часть рис.).

Рисунок 15. Столбовая выемка с обрушением кровли средней мощности, полого падающих, с хорошей кровлей пластов. Верхи, часть предст. выемку на очистку, уже нарез. столб., внизу столбы еще нарезаются.

Рисунок 16. Выемка с обрушением кровли. Для безопасности идут, вынимая сперва (г) ископаемое забоями, отступая немного от уже бывшего обрушения; обрат. ходом забирают оставляемую т. обр. ножку (я).

а.

Рисунок 18. Выемка широкими столбами, направленными диагонально; а—основные штреки; b — столбы, вынимаемые в первую очередь.

Рисунок 21. Рисунок 22.

Рисунок 2и и 22. Установка в забое постоянного дверного оклада (а), временного (b)

и стойки (с) с клином (I;).

Рисунок 19. Потолкоуступная выемка с закладкой: аа—штреки, с—предохранительные целики.

Рисунок 23. Дверной оклад с горбылями.

Рисунок 20. Разработка мощного пласта этажами. Квершлаги А и В соединяют пласт с шахтой; а и b— основн. штреки; М—слой, вынимаем. в дан. мом. помощью промежут.. штрека (т); q—скаты, про-водим. на некот. расст. (по простиранию) друг от друга для доставки ископ. к квершлагу А. Ниже слоя М— слои закладки, выше—целик. Верх. этаж, нижн. оси. штреком кот. служит В, уже выработан.

Рисунок 25. Крепление перекладом (р), с горбылями и откосом.

Рисунок 26. Забивная креп: к— чегени, Ь—дверн. оклады, I—распорки, удержив. досками а грунт в забое.

Рисунок 30. Крепление шахты: вверху кам. креп К с заливкой бетоном С. Ниже уступа - основания каменной крепи— деревянная креп D.

Рисунок 28. Каменная креп.

Рисунок 27. Каменная креп.

Рисунок 29. Железная креп из двутавровых балок.

Рисунок 34. Откатка безконечным канатом машиной аb, с канатными шкивами cad, направляющ. шкивами efgh, натяжн. шкивом К и грузом 1.

Рисунок 32. Рудничный железный вагон.

Рисунок 35. Кулаки S, поворачиваемые от рукоятки Н.

Рисунок 33. Бремсберговый шкив А с тормазом It на оси (О), укрепленный в деревянной раме (D). V—вагончик, S—устье штрека.

Рисунок 37. Откатка безконечн. цепью (от шкивов а и b), свободно лежащей на вагончиках.

Рисунок 43. Рудничный вентилятор с диффузером D и регулирующ. шитом т.

Рисунок 42. Колесо вентилятора с кривыми лопатками (аЬ).

Рисунок 39- Рудничная лампа.

Рисунок 38. Надшахтный копер с машиной (М), шкивом (S) и направляющими (я).

Рисунок 40. Бленда.

Рисунок 36. Электрический рудничный локомотив.

Шахтер-тяголыцик.

С картины Н. А. Касаткина (род. в 1859 г.). (Городская картинная галлерея П. и С. Третьяковых в Москве.)

ииих регалий (ель), отразилось отчасти и на судьбе Г. з.: горные промыслы постепенно освобождаются от административной опеки, горные подати понижаются, устанавливается право собственника земли на ея недра—ограниченное (франция и др.) или даже и полное (Россия). В настоящее время Г. з. культурных государств представляют два типа: принцип акцессии выражен в законодательствах Англии и

С.-А. С. Штатов, принцип горной свободы в праве французском, бельгийском, австрийском, прусском, саксонском и др. В России по отношению к частным землям применяется принцип акцессии, по отношению к землям казенным, войсковым области Войска Донского и всем—Царства Польского—принцип горной свободы. В Англии остатки прежней горной регалии выражаются в исключительном праве короны на золото и серебро, хотя бы оно находилось и в землях частных владелъцев (за отсутствием рудников этого рода в Англии право это имеет значение только в колониях); все остальные ископаемия принадлежат собственнику земли, который или разрабатывает их сам, или сдает добычу их в аренду, или даже может создать из недр своей земли вообще, или из определенного вида их, отдельный вид недвижимой собственности, являющийся предметом купли и продажи. В С.-А. С. Штатах, усвоивших начала английского законодательства, собственность на землю охватывает и недра земли, но общественные горнопромышленные земли продаются исключительно первому занявшему участок и начавшему разрабатывать на нем ископаемия (гориая свобода), причем относительно жильных залежей горнопромышленнику дается право следовать за жилой вне границ отвода, под землями соседей. В государствах второй группы землевладелец не имеет права распоряжаться большинством ископаемых, находящихся в его земле, и распоряжается ими государство, которое предоставляет их тому, кто хочет их разрабатывать, обыкновенно на основанииособых, установленных для этого, правил. В государствах, усвоивших германский и испанский тип Г. з., горная собственность учреждается в пользу первого заявителя, т. е. подавшего просьбу об отводе ему данного месторождения; во франции, Голландии, Греции и Турции выбор лица, которому будет сдано право разработки, находится в зависимости от усмотрения администрации, которое в Бельгии несколько ограничивается тем, что и землевладелец, и первый открыватель имеют некоторые преимущества перед другими заявителями. Во франции изъяты из распоряжения собственника земли, так называемым mines, рудники, к которым относятся все металлические руды (руды железные только в жилах и пластах), сера, каменный уголь, горные смолы, квасцы, сернокислия соли с металлическим основанием, каменная соль и соляные источники; рудники могут разрабатываться только при условии получения от правительства концессии, выдача которой зависит от усмотрения госуд. совета, причем ни землевладелец, ни первый открыватель не пользуются никаким преимуществом; разработка копей и каменоломен находится в распоряжении землевладельца. Вознаграждение владельца земли за недра ея устанавливается в концессии, т. е. по усмо-трению правительства, обыкновенно на практике в ничтожных размерах (по несколько сантимов в год с гектара поверхности отвода); за землю, занятую под работы по разведке или добыванию ископаемых, горнопромышленник обязан уплачивать землевладельцу вознаграждение в размере двойного чистого с нея дохода, а в случае дальнейшей непригодности ея для сельского хозяйства, обязан приобрести ее в собственность, причем цена определяется в двойном размере стоимости, какую участок имел до начала работ. В Австрии закон 1854 г., удерживая за казной право исключительного добывания соли, устанавливает горную свободу и право первого открывателя по отношению к металлам, сере, квасцам, графиту, горным смолам и всякого рода минеральному углю. В Пруссии закон 1865 г. установил горную свободу и право первого открывателя по отношению к золоту, серебру, ртути, железу (кроме дерновых руд), свинцу, меди, олову, цинку, кобальту, ник-келю, мышьяку, марганцу, сурьме, сере, квасцам и купоросным рудам, минеральному углю, графиту, каменной соли и соляным источникам. За недра земли землевладелец в Пруссии и Австрии вознаграждения не получает, за занятую горными работами поверхность земли получает или по свободному соглашению, или по административному (в случае недовольства—судебному) определению в размере потери дохода от сокращения площади владения. В большинстве германских государств приняты начала прусского горного права. В Саксонии каменный уголь остается в распоряжении землевладельца; то же в виде исключения установлено и прусским законом 1869 г. для провинций Саксонии и части Бранденбургской и Силезской провинций; в этих местностях землевладельцу предоставлено право учредить для добычи угля в своей земле отдельный от поверхности вид недвижимой собственности, совершенно аналогичный тому, какое учреждает правительство на недра, изъятия из распоряжения собственника; землевладельцы нескольких смежных участков могут составить из совокупности своих недр общую недвижимую собственность (так называемым консолидацию), продолжая раздельно владеть поверхностью своих участков. В Испании и Португалии ископаемия находятся в распоряжении государства и могут разрабытываться только на основании концессии.

Результаты горного закона 1865 г. в Пруссии оказались в некоторых отношениях не вполне благоприятными: обнаружилась спекуляция и злоупотребления заявками и отводами. Некоторые крупные компании сосредоточили огромные площади в своей собственности, что создало им почти монопольное положение, особенно опасное относительно таких важных ископаемых, как каменный уголь, соль и калийные, магнезиальные и борные соли. Эти последния расположены над пластами каменной соли в северо-германской низменности и представляются единственными в свете, между тем их значение, как искусственного средства удобрения, громадно. Грозила опасность, что вооруженные усовершенствованными способами разведок сильные общества бурения и некоторые синдикаты завладеют в короткое время даром всеми остающимися свободными горными богатствами. В области каменноугольной промышленности обнаружилось, что сильная конкуренция, как взаимная между германскими промышленниками, так и иностранного угля, имела своим последствием хищническую разработку копей, при которой эксплуатировались только наиболее мощные пласты, а слабые забрасывались в ущерб интересам будущих поколений. Уже это обстоятельство вызывало указания на необходимость взять в тех или иных пределах добывание каменного угля и солей в руки государства. Указывалось на важность для государства получить влияние на образование цен, особенно каменного угля, и обеспечивать собственным производством покрытие спроса на него со стороны казенных жел. дорог и флота. Все это двилсение имело пока своим результатом закон 1905 г., приостановивший на два года принятие новых заявок на каменный уголь и соли, и закон 1907 г., предоставивший разведку и приобретение каменного угля, каменной и иных солей исключительно государству. Для солей при этом была установлена домениальная система, т. е., государство может передавать свое право разведок и добывания частным лицам за вознаграждение и на сроки; относительно же кам. угля постановлено, что государство в течение трех лет имеет приобрести, сверх находящихся в его эксплуатации и собственности отводов,еще 250 отводов высшого размера, а потом должно будет передавать свое право на разведку и добычу угля частным лицам.

По вопрос об огосударствивши некоторых отраслей горной промышленности возник не только в Пруссии, а и в других местах. Так, в С.-А. С. Штатах раздаются голоса, требующие перехода каменноугольных копей в руки государства, по австрийскому проекту 1909 г. предполагалось все разведки и добычи каменного угля на будущее время сделать исключительным правом государства; в колонии Виктория (Австралия) постановлено прекратить выдачу концессий на разработку каменного угля и новия предприятия этого рода вести на счет казны. В Саксонии в 1908 году был издан закон, удерживающий за государством разведку и добычу минералов, содержащих радий. Если к этим фактам прибавить, что все соли являются исключительной собственностью государства в Австро-Венгрии, в Саксонии, с недавнего времени также в Ангальте, Бадене, Брауншвейге и др. г-ствах, в Италии, Турции, Вост. Ру-мелии, Боснии и Герцеговине, то сам собою напрашивается вывод, что намечается новое направление в развитии горного законодательства, знаменующее отчасти возврат к прежним регальным началам, но с ограничением принципа горной свободы в сторону более энергичного вмешательства государства с собственной хозяйственной деятельностью в сферу горной промышленности.

В России начало систематического горного законодательства восходит к Петру В., издавшему 10 дек. 1719 г. свой знаменитый указ, известный под именем Берг-Привилегии. Провозгласив горное дело регалией в словах: „нам одшим, яко монарху, принадлежат рудокопные заводы, этот замечательнейший памятник русского горного законодательства, как называет его Штоф, следуя примеру лучших в то время европейских законов, установил и горную свободу: „дабы Божие благословение под землей втуне не оставалось соизволяется всем и каждому во всех местах, как на собственных, так и на чужих землях, искать, плавить, варить и чистить всякие металлы и минералы“. Горная регалиявыражалась во взимании горной подати или десятины (1/10 доля от прибытка) и в преимущественном праве госу-дарстванапокупку—jus praeemptionis— золота, серебра, меди и селитры, по ценам, установляемым берг-коллегией; это право было отменено в 1727 г. и вновь установлено Берг-регламентом 3-го марта 1739 г., расширившим горную свободу и отменившим горную десятину. Фактически горная свобода осуществлялась, гл. обр., только на казенных землях на Урале. Крутой поворот в этом отношении сделан законодательством Екатерины II, манифестом 28 июня 1782 г., признавшим горное право исключительной принадлежностью собственников земли. Поиски и добывание ископаемых сделались возможными только с согласия собственника, что распространялось и на земли казенные. „Если для частного землевладельца, говорит Штоф, оценивая значение этого закона, отмена обязанности предоставлять недра своей земли постороннему лицу могла казаться удобством, то для государства, как владельца обширных очень мало населенных и богатых ископаемыми казенных земель, отсутствие точно определенных законом условий отдачи их для горного дела, развитие которого было крайне необходимо в государственных интересах,—могло явиться только значительным неудобством. На этом основании следовавшия за манифестом 1782 г. горно-законодательные меры понемногу возвращаются по отношению к казенным землям к началам Берг-Привилегии“. Горное Положение 13 июля 1806 г. уже признало за всяким желающим право искать руды в землях казенных. Ныне действующее законодательство по отношению к частным землям признает принцип акцессии: „право полной частной собственности, гласит ст. 193 Гор. Уст., в имуществах недвижимых объёмлет не одну поверхность земли, но и самое ея недро; и потому оное простирается на все сокровенные минералы и на все металлы, из них происходящие“. Горная свобода существует только в отношении свободных безспорных казенных земель,

кроме покрытых ценным лесом, или представляющих особия удобства для производства казенного горного промысла, причем министру торг. и пром. принадлежат, однако, весьма широкие права по разрешению и контролю производства; м-ство составля-етъросписание земель, где производство разведок и добыча ископаемых не допускается вовсе, на каких землях открытия частными лицами месторождения могут быть обращаемы в казенную разработку, с уплатой открывателю вознаграждения, определяет размер залога в обеспечение соблюдения при эксплуатации установленных законом правил и проч. (ст. 256 и сл.). Горная свобода на казенных землях простирается на: 1) металлы и металлические руды (кроме розсыпей и коренных месторождений золота и платины); 2) ископаемые угли, горючие сланцы и смолы (кроме нефти и янтаря); 3) графит; 4) серу»и серный колчедан; 5) огнеупорные глины и камни; 6) квасцовый камень и 7)аз-бест. Дозволительное на разведку свидетельство выдается местным управлением казенными землями, в месячный срок по поступлении просьбы на трех- или двухлетний срок, о чем немедленно извещается местное горное управление. Разведочный сбор взимается со второго или третьяго года в размере 30 р. в год с разведочной площади (в месторождениях коренных 4 кв. в., в месторождениях болотных и озерных—отведенное для разведок болото или озеро; ст. ст. 281-5). Просьба об отводе земли для разработки найденного ископаемого подается не позже данного для разведок срока горному управлению, которое составляет акт отвода; все действия управления, в частности командировка окружного инженера и маркшейдера для осмотра на месте должны быть кончены на счет просителя в течение года. Отводится от одной до четырех площадей (в месторождениях коренных не более 4 кв. в.). Приступить к подготовительным работам обязательно в течение года, а к действительной разработке в течение трех лет. За отведенные земли платится, независимо от платы за вырубаемый лес по таксе, особая оброчная плата за пользование поверхностью почвы (средний годовой доход казны с отведенной земли за последние три года и не менее одного рубля, а в отводах болотных и озерных по 1 коп. с десятины), которая не может быть увеличена ранее 10 лет. Особия правила установлены для золотопромышленности и нефтяных промыслов. На особом положении находятся губернии Царства Польского, в котором в 1870 г. установлена горная свобода относительно цинковых, железных и свинцовых руд и ископаемых углей (ст. 336 Гори. Уст.). Собственник земли не внраве отказать постороннему в разрешении производить на его земле разведки этих ископаемых, но отвод площадей в чужих землях для добычи ископаемых — без согласия собственников (а в маиоратах даже и с согласия) производится не иначе, как с особого каждый раз Высочайшего разрешения, порядком, установленным для принудительного отчуждения недвижимых имуществ на государственную или общественную пользу. Горнопромышленник обязан вознаградить собственника земли как за поверхность, занятую под разведки, для устройства и разработки отвода, так и за недра отведенной площади. Вознаграждение за занятые участки поверхности, при отсутствии соглашения, определяется в размере двойного чистого дохода с этих участков, за недра земли—в размере: по углю и цинковой руде—1°/0, а по прочим ископаемым — В20/0 со всего добываемого количества ископаемого. Особия правила установлены для некоторых ископаемых — золота, каменного угля в некоторых местностях, нефти, янтаря, драгоценных камней, для области Войска Донского и прочие.

Б) Горно-полицейское право обнимает собою нормы, определяющия устройство и функции органов горного управления и устанавливающия совокупность мер по надзору государства за горной промышленностью. В странах с французским горным правом горная полиция предоставляется органам общого управления при содействии горных инженеров, в странах же с германским правом существуют особия горные учреждения. В качестве высшей инстанции в Пруссии является министр торговли и промышленности, в Австрии— министр земледелия. В Саксонии, Австрии и др. странах управления казенными рудниками и частными горными промыслами совершенно обособлены друг от друга, и первое находится в ведении министра финансов (о России см. горное управление). Надзор г-ства за г. промышленностью имеет различные цели. Прежде всего, повсюду устанавливаются особия предписания, направленные на обеспечение тех или иных народнохозяйственных интересов, связанных с этой отраслью промышленности, и предупреждение хищнических приемов разработки ископаемых (по нашему праву, наир., установление обязательного минимума добычи на отводе, обязательство „вести разработку по правилам горного искусства, не затрудняя — физически или экономически—дальнейшей разработки того же или соседнего месторождения“, по проектам разработки, одобряемым окружными инспекторами и тому подобное.,ст. 409—410 Уст. Горн.). Затем своеобразный характер горных работ, сопряженных с многочисленными и громадными опасностями, обусловливает необходимость особых правил и мероприятий по охране жизни, здоровья и нравственности рабочих и по обеспе-нию общественной безопасности. Выполнение этих полицейских предписаний часто сопряжено с черезвычайно крупными издержками для предпринимателей и поэтому требует тщательного за собой контроля. По нашему горному уставу горнопромышленники обязаны своевременно уведомлять органы надзора о предполагаемом начале, возобновлении или прекращении подземных работ, а также о предвидимой при разработке опасности или о происшедшем уже несчастном случае. Подробное указание мероприятий и предосторожностей, принятие и соблюдение которых необходимо для безопасного ведения подземных работ, определяется инструищией министра торг. и пром.; эта инструкия, подлежащая предварительному обсуждению Горного ученого комитета, должна содержать в себе, между прочим, точные наставления о креплении выработок, о закладе выработанных пород пустою породою, о сигналах, о выходах из рудников, о спуске и подъеме рабочих и материалов, об употреблении взрывчатых веществ, паровых котлов и машин, об ограждении людей и животных от падения, о предотвращении пожаров и вредного действия скопляющихся в рудниках газов и воды, о вентиляции, об особых приемах при ведении работ вблизи жел. и иных дорог и источников, как минеральных, так и снабжающих водою населенные места (ст. ст. 715—8). На разработках, признанных местным горным управлением, по их размерам, по числу рабочих и прочие, значительными, ответственное за ведение работ лицо должно обладать необходимыми в горном искусстве познаниями, удостоверенными соответствующим дипломом. Те из значительных разработок, которые признаны опасными (по содержанию гремучого газа, способности угля к самовозгоранию, обильному притоку воды и тому подобное.), подчиняются особым мерам правительственного надзора, причем горное управление может потребовать от владельца опасной разработки, назначения ответственным лицом горного инженера (ст. ст. 724—30). Министр торг. и пром. может издавать для опасных разработок особия правила ведения работ и обязанностей служащих и назначать для надзора за ними а также и за всякою значительною разработкою, если на ней произошло, по вине ея администрации, крупное несчастие с рабочими, горных надсмотрщиков. Неисполнение горнопромышленником установленных для ведения горных работ правил и указаний органов надзора влечет за собою наложение штрафов и, в случае надобности, приостановку или полное закрытие разработки.

В) Горнофинансовое право обнимаетсобою совокупность норм, определяющих фискальные отношения государства к горным промыслам, способы извлечения госуд. дохода из горного дела. Эти нормы могут вытекать или из принципа регальности подземных богатств (горные подати, jus ргае-emptionis: право первой купли ископаемых), или из права собственности государства на поверхность земли, употребляемой для горного дела (до-мениальный доход), или из собственного ведения казной горных промыслов.

Литература: Грамматчиков В., „Горное законодательство и гор. администрация Англии, франции, Бельгии, Австрии и Пруссии“ (1870); Штоф А., „Сравнит. очерк горн. з-ства в России и 3. Европе“ (1882); его же, „Горное право“ (1896); Струков В., „Курс горного права“ (1901); Удин-цев В., „Русское горноземельное право“ (1909); Яновский А., „Основные начала горн. з-ства и пересмотр его в России“. „Рус. экон. обозр.“ 1899; Кн. Абамелек-Лазарев, „Вопрос о недрах и развитие горной промышленности с 1808 по 1908 г.“, изд. 2-е (1910); Вовчок, „Недра земли в России и их обобществление“ (1908).

А. Свирщевский.

Горное масло

Горное масло, см. нефть.

Горное мыло

Горное мыло (оропион), глина с значительным содержанием железа, бурого или черного цвета, мягкая или жирная на ощупь, встречается в виде гнезд, прожилков и пропластков в окрестностях города Олькуша в Келецкой губернии, в Артер-не в Тюрингии и др. метров.

Горное управление совокупность учреждений

Горное управление, совокупность учреждений, в ведении которых находится горная часть. Главное Г. у. империи возложено на министра торговли и промышленности, который заве дывает горною частью по средством горного департамента, горного совета, горного ученого комитета, геологического комитета и совета но горнопромышленным делам. Для местного Г. у. образованы одиннадцать горных областей: уральская, западно-сибирская, восточно-сибирская, кавказская, южной России, западная, северо-западная, замосковная, волжская, юго-восточная исеверная; эти области, в свою очередь, делятся по надзору за частной горнопромышленностью на горные округа (от 1 до 8 на округ), а по заведыванию казенными горными заводами на заводские округа (всех их—7) и округи (каждый казенный завод, входящий в состав округа, с отведенными к нему землями). Органами местного Г. у. являются: 1) местные Г. у., заведующия областью; 2) окружные инженеры и их помощники, маркшейдеры и горные надсмотрщики по надзору за частною промышленностью в пределах горного округа; 3) окружные управления по заведыванию заводскими округами и заводские управления по заведыванию округами; 4) смотритель казенных соляных промыслов, отданных в частное содержание и 5) пристав и вахтер казенных соляных магазинов для хранения и продажи соли. Должности, перечисленные в первых двух пунктах, образуют местное Г. у. в собственном смысле, указанные в 3-м п.—местное заводское управление, а остальныя— местное соляное управление. Особый разряд составляют горные промыслы и заводы Туркестанского края и Закаспийской области; в них местный главный надзор возложен на туркестанского генерал - губернатора (через посредство окружного инженера и его помощника) и начальника Закаспийской области (через посредство техника по горной части). В области Войска Донского Г. у. предоставляется под наблюдением военного минист. наказному атаману через посредство особого управляющого горною и соляною частями и состоящих при последнем младших горных инженеров. Округа Алтайский, Нерчинский и кабинетские заводы находятся в ведении минист. двора. Надзор за соблюдением должного благоустройства, общественного порядка и безопасности возлагается: 1) в округах казенных горных заводов на местное заводское начальство и общую полицию, 2) на частных горных заводах и промыслах—а) на состоящее при министерстве торговли и промышленности главное по фабричным и горнозаводским делам присутствие,

на губернские или областные по фабричным и горнозаводским делам присутствия и на присутствия по горнозаводским делам и б) на окружных инженеров, их помощников, горных исправников, горно-полицейскую стражу и общую полицию. Горные исправники определяются губернаторами в тех округах, где находятся значительные золотые промыслы частных лиц; на тех частных золотых и платиновых промыслах, где не имеется горных исправников, обязанности их возлагаются на особых чиновников, за-ведывающих промысловой полицией и на чинов общей полиции (Уст. Горн., т. VII по прод. 1906 г.). А. G.

Горнозаводские крестьяне

Горнозаводские крестьяне, см. крестьяне в России.

Горнозаводские леса

Горнозаводские леса, казенные леса, приписанные в некоторых местностях к горным заводам для обеспечения их топливом и строевым материалом. Г. л. состоят под главным ведением мин. торговли и промышленности, кот. управляет ими через посредство горного департамента. Наделение горных заводов государственными лесами производится по их ходатайству с разрешения мин. земл. соразмерно их производству. Ходатайства должны быть рассмотрены и удовлетворены или отклонены в течение 2 лет. Все расходы, связанные с расследованием ходатайства, отмежеванием дач и совершением договора несет заводчик. Право пользования казенным лесом считается принадлежностью не заводчика, а завода. За льготное пользование казенными лесами взимается годовая плата, соответственно стоимости отведенных лесосек, по особой таксе, утвержд. мин. земл. Отграниченный участок остается в заведывании местного лесного начальства, которое следит за правильным ведением лесного хозяйства и вырубки заводчиком леса. Если заводчик не вырубит в течение года всего предназначенного на тот год к рубке леса и до истечения года не заявит намерения вырубить его или, заявив, в течение 2 лет не воспользуется лесом, то последний монет быть отдан казною для вырубки другому лицу, без возврата заводчику уплаченных им денег. Заводчик может во всякое время отказаться от права пользования лесами, а мин. земл. может лишить его этого права, если завод бездействует более 3 лет; если же завод бездействует 5 лет, то право это прекращается безусловно. В некоторых местностях дается продовольствие лесом на домовия надобности и жителям, состоящим при заводе и вообще в заводской округе; обязанность горного начальства в этом случае заключается лишь в том, что оно следит за законностью продовольствия и за тем, чтобы жители непременно были удовлетворены нужным количеством леса безденежно; в самое же распоряжение лесами оно не вмешивается. Но жители, приобретающие на этом основании безденежно казенный лес для строений, стеснены в том отношении, что без оплаты лесными пошлинами употребленного на постройку казенного леса могут отчуждать такие строения лишь после десятилетнего владения ими, и даже в таком случае вторичный безмездный отпуск казенного леса им уже не производится (Уст. лесн. Св. 3. т. VIII, ч. I, ст. ст. 105—110, 379—460 и прил. к ст. 383).

Горнорабочие

Горнорабочие. Под Г. понимаются как рабочие, занятые непосредственно извлечением руды или минерала из недр земли, так и рабочие, подвергающие руду первоначальной обработке (плавка, пудлингование, работа при доменных печах и так далее). Горная промышленность принадлежит к числу старейших отраслей человеческого труда: добывание благородных металлов, железа, свинца, каменной соли встречается в глубокой древности. С возникновением капитализма горноделие становится одной из важнейших отраслей народного хозяйства (в частности, добывание угля и железа) 1).

Почти повсюду в древности рудо-

) Общее количество Г. во всем мире определяется английскими статистиками для настоящого времепн в 6.400.000.

носные земли присваиваются государством или главой государства и обрабатываются ими за собственный счет, либо сдаются в аренду частным лицам. Применяемый в рудниках в эту эпоху труд—рабский: в Греции, Египте и Риме в рудниках заняты преимущественно военнопленные и осужденные преступники. Крайне мрачными красками рисует Диодор положение рабов в серебряных и золотых рудниках испанской провинции: рабы день и ночь оставались под землей и работали под бичами надсмотрщиков. В Лаврионе (Греция) и в Египте Г. трудились закованными. Плиний отмечает, что отсутствие мер предосторожности приводило в испанских копях к частым обвалам, погребавшим рабочих под землей. Насколько тяжела была работа в рудниках, видно из того, что в проекте Ксенофонта о государственной эксплуатации их число рабочих дней в году устанавливается в 360. Неудивительно, что Г. принимали участие в различных восстаниях рабов, и римскому государству, например, приходилось принимать специальные меры для предотвращения большого скопления Г. в одном месте: так, по контракту с одной компанией, арендовавшей золотомойни в Марцеллиях, последней запрещалось занимать более

5.000 рабов.

По мере расширения римской империи в области горноделия начинает возникать полусвободный колонат, преимущественно в более отдаленных провинциях. В завоевываемых ими странах римляне находили рудники, обрабатывавшиеся общинниками - варварами. Ценя имевшуюся налицо квалифицированную рабочую силу и обращая в государственную собственность недра земли, римляне оставляли Г. полусвободными, но прикрепленными к рудникам. В более старых провинциях, в связи с общей эволюцией от рабства к колонату, происходит процесс отмирания рабского труда в горном деле под влиянием истощения руд, наступавшего благодаря их хищнической разработке и вызывавшего необходимость перехода к более глубокимпластам. Становился необходимым более квалифицированный и более интенсивный труд, а рассеяние рабочих в лабиринте подземных галлерей делало недействительным надзор надсмотрщиков. Лишь в Испанской провинции рабский труд в рудниках продержался до эпохи вестготов. В Далматине уже при Нероне не было в рудниках рабов.

В начале средневековья Г. представляют собою крепостных крестьян в местностях, богатых рудой или каменными породами. Постепенно истощение верхних пластов рудных земель, требуя специализации труда, ведет к отделению горного промысла от земледелия. В иоисках более богатых руд Г. переходит с места на место, являясь в средние века культурным пионером, каким он был позднее в Сибири, на Урале и на дальнем американском Западе и в Австралии. Феодальным владельцам, облагавшим горную промышленность регалиями, приходилось в собственных интересах отказываться от прикрепления Г. к одному месту. В борьбе с землевладельцами из-за права на регалии, феодальные государи дают Г. ряд привилегий: свободу передвижения, податные льготы, свободу от воинской повинности, право ношения оружия, право пользования лугами и лесами, сословный суд и самоуправление в пользовании участками рудоносной земли, разверстывавшейся между жителями поселка.

Мелкие самостоятельные производители в горной промышленности составляли артели (т. наз. Gewerkschaf-ten в Германии) и сообща занимали рудоносные участки. С самого начала рядом с хозяевами-членами артели— встречаются наемные рабочие, не имевшие средств для приобретения необходимых орудий производства. Вначале наемный труд—явление редкое и временное, он распространяется и упрочивается с проникновением в горное дело денелсного капитала. Последний овладевает производством либо путем скупки артельных долей, либо путем эксплуатации артели посредством снабжения ея усовершенствовапнымп средствами производства. ] Но мере распространения наемнаго! труда наемные рабочие лишаются права па участие в пользовании рудными участками, т. е. закрепляются в положении пролетариев.

Для удовлетворения религиозных потребностей и в интересах взаимопомощи Г. образовывали организации по типу цеховых братств, сыгравшия большую роль в развитии среди них корпоративной солидарности. В Германии следы этих братств, носивших имя Knappschaften, встречаются уже в XII в ИИо мере расслоения Г., начинают возникать особия братства, состоящия из одних наемных рабочих. Братства, подобно ремесленным цехам, становятся публичным учреждением. С XYI в государи и владетельные города уже налагают руку на эти самоуправляющияся корпорации, подвергая их деятельность своему контролю и регламентации. Для такого вмешательства они пользовались как жалобами самих Г. на порядки в кассах братств, так и конфликтами между Г. и владельцами копей. Горные уставы вводят обязательные вычеты из заработной платы в кассу братства и регулируют выдачу пособия нуждающимся в нем членам. Должностные лица братств начинают назначаться либо утверждаться властями.

Экономическое и социальное положение Г. в период господства самостоятельного мелкого производства представляется довольно благоприятным. Обычным являлся для рудников шестичасовой рабочий день, Г. пользовались общинными лесами и пастбищами. С распространением наемного труда положение рабочого ухудшается, причем законодательство феодальных государей и владетельных городов играет активную роль в этом процессе. Законодатель старается закрепить наемного рабочого за данным предприятием: устанавливаются долгие сроки контрактов (полугодовые и годовые), причем бросивший работу до конца договорного срока теряет право наниматься на другое место до истечения срока; в южно-н западно-германских княжествах

I встречается в подобных случаях ! даже запрещение заниматься данным промыслом -навсегда. Регулирование рабочого времени также имеет целью охрану интересов предпринимателей: вместо обычных шестичасовых смен горные уставы вводят восьмичасовия в рудниках. В заводах же устанавливается 12 - часовая смена. Одновременно законодательство пытается ограждать рабочих от произвола хозяев введением присяжных при сдаче работы, постановлениями о расплате доброкачественной монетой, запрещением увольнять рабочих перед пасхальными и рождественскими каникулами, предписаниями о мерах для предупреждения несчастных случаев в тахтах.

Стачки и коалиции наемных рабочих встречаются уже в XY веке: так, в Шнееберге, в Саксонии, рудокопы бастовали в 1466 г. из-за сокращения платы; в 1467 году в Фрейбурге происходила стачка из-за удлинения смен. В 14.)О году недовольство условиями труда вызвало в Гуттенберге восстание Г., подавленное 10 смертными казнями. В Австрии власти открыли существование в начале XYH в тайной связи между братствами Г. в Каринтии и Штирии для борьбы с ухудшением условий труда.

Недовольство Г. Германии и Австрии процессом пролетаризации обусловило заметное участие их в крестьянских войнах и социально-революционных сектах. В послании Фомы Мюи-цера от мая 1525 года предлагается обратить особенное внимание на Berg-gesellen.

С упрочением на континете полицейского абсолютизма монархическая власть все более стремится взять непосредственно в свои руки ведение горных промыслов. Рудники, принадлежащие частным владельцам, начинают управляться чиновниками горных ведомств, в руках которых сосредоточивается и наем рабочих. В Англии, напротив, земельные лэндлорды, ограничившие королевскую власть, создают в угольных и железнорудных районах систему промышленного феодализма. II там,

и здесь горнорабочие постепенно утрачивают вольности, приобретенные в течение периода мелкого производства, и закрепощаются de jure или de facto. При этом, благодаря более позднему развитью угольной промышленности, в последней с самого начала рабочие не пользуются теми льготами и вольностями, которые были обычны в других отраслях горного дела. В Англии в XVIII в углекопы находятся в полной кабале; они прикреплены к копям и отчуждаются вместе с последними. По Шотландскому закону на углекопов и рабочих соляных копей не распространяется действие Habeas corpus act’a. Свобода передвижения была официально предоставлена углекопам в Шотландии только в 1775 г. по закону, давшему закабаленным ранее рабочим право через 7 лет покинуть шахты; на деле, однако, закрепощенное состояние сохранялось благодаря невежеству рабочих, не знавших о новом законе. В 40-х годах XIX века на Корнуэльских свинцовых, медных и цинковых рудниках работали дети с 12-летн. возраста под землей, а в железных рудниках и каменноугольных копях—с 8, 7, 6 и даже 5-летн. возраста. Рабочий день в рудниках и копях достигал 12— 13 час., причем нередко рабочему приходилось трудиться подряд 24 и даже 36 часов. Расплата товарами вместо денег, произвол при приемке работы и разного рода злоупотребления были общим правилом. Сильное распространение женского труда (женщины работали под землей) и алкоголизм, свирепствовавший даже среди детей, вел к измельчению и вырождению расы: 40—45 лет считалось предельным возрастом для Г. Парламентская комиссия 1842 г. официально объявила, что углекопы в Стаффордшире находятся в состоянии рабства, заслуживающого такого же осуждения, как и рабство негров.

На континенте рабочие прикрепляются к рудникам запрещением заключать контракты менее, чем на год. Социальное принижение сословия Г. находит свое выражение в посылке бродяг на рудничные работы ввиде наказания. У Г. отнимаются сословное самоуправление и сословный труд, коалиции строго воспрещаются и преследуются. В 1698 г. ганноверский король воспрещает Г. подачу каких бы то ни было коллективных челобитных. Репрессии против стачек и волнений на экономической почве отличаются крайней суровостью. В 1759 г. в Каринтии для участников беспорядков вводятся смертная казнь и телесные наказания; в различных германских странах зачинщики приговариваются к отсечению руки, а иногда и к колесованию. В Саксонии простое участие в забастовке карается каторгой; в других странах—тюрьмой и крупными штрафами. Штрафам же и тюремному заключению подвергают и участников тайных собраний. Наконец, и „сманива-ние“ рабочих с одного рудника на другой тоже воспрещается под угрозой штрафа.

При таких условиях быстрое развитие капиталистического производства в горном деле в течение 2-ой половины XVIII и первой XIX вв. сопровождается сильным ухудшением положения Г. Их рабочее время везде стало достигать 12 час. в сутки и более; регламентами устанавливалась максимальная зараб. плата, а действительный заработок падал временами очень низко. Функции и права рабочих братств все более суживались. Вплоть до последней четверти XIX в Г. на европейском континенте и в Англии представляли собою один из наиболее угнетенных и обездоленных слоев пролетариата крупной промышленности.

Уже в 1-ой половине XIX в среди Г. Англии происходили серьезные волнения. Стачки, происходившия в Нор-тумбфрланде в 1810 г., в Шотландии в 1824, 1831 и 1832 гг., отличались значительной продолжительностью (7—22 недели). Борьба велась, гл. обр., из-за заработной платы; в шотландской стачке 1832 года рабочие добивались признания образованного ими профессионального союза. Большинство стачек кончалось поражением рабочих. Столь же неудачна была стачка 40.000 рудокопов в

Нортумберланде и Дёреме в 1844 г., длившаяся 19 недель и направленная против штрафов и разного рода злоупотреблений. В течение 40-х годов трэд-юнионы Г. возникают в различных графствах Англии; число их членов доходит до 100.000. В 50-х и 60-х гг. горнорабочими ведется борьба за увеличение заработной платы; успех ея незначителен. Успешнее борьба ведется в течение 70-х гг. За это десятилетие в горной промышленности имели место 339 стачек, из которых 314—в угольных копях. Движение 1871— 73 гг. захватило в одном Южн. Уэльсе 90.000 горнорабочих, движение 1875 г. там же 70 тысяч, и столько же бастовало в Дёреме в 1879 г. Результатом этой стачечной волны было повсеместное (в угольных районах) введение третейских судов, сократившее число поводов к борьбе. Следующее дасятилетие было уже более тихим. В 90-х гг. борьба сосредоточивается на рабочем дне (8 часов). В 1893 г. бастовало 400.000 углекопов разных районов (кроме Нортумберланда и Дёрема); стачка длилась 4Вг месяца. С 1897 по 1904 гг. зарегистрировано в горной промышленности 1.116 стачек с 778.600 участников.

В Бельгии серьезное движение среди Г. начинается в 1867 г. на почве борьбы за повышение заработной платы. В 1867 и 1868 гг. в Шарлеруа дважды происходили столкновения стачечников с вооруженной силой; были убитые. В течение 70-х и первой половины 80 гг. горнорабочие борются за повышение зараб. платы и устранение традиционных злоупотреблений. Стачки 1886, 1887 и 1888 гг. опять сопровождались расстрелами рабочих. В 1889 г. привела к частичной победе забастовка углекопов Серэнга и Шарлеруа, добивавшихся 9-час. раб. дня. В 1892 году среди одних углекопов насчитано около 35 стачек. За период с 1896 по 1905 год число стачек горнорабочих дошло до 245 с 189.900 участников. По мере завоевания 8-час. р. дня борьба стала концентрироваться на обеспечении минимума зараб. платы.

Под непосредственным влиянием бельгийских стачек начались в 1869 году стачечные движения в угольном районе французского Севера, направленные к повышению платы и также сопровождавшиеся кровопролитиями. Следующая волна поднимается во франции уже в начале 80-х гг.: стачки в Анзфне, Деказвилле, Грандкомбе и др., сопровождавшиеся драматическими эпизодами, заложили основание организованному движению в горной промышленности. Кроме повышения платы, рабочие добивались устранения новых регламентов, вводившихся капиталистами. Стачки отличались большим упорством (Анзенская 1884 и Деказвилль-ская 1886 г. длились по 4 м.), но не привели к значительным завоеваниям. В 90-х гг., благодаря укрепившейся организации союзов, борьба за заработную плату становится успешнее (забастовка 36.000 углекопов в Па-де-Кале и др.). В 900-х гг. борьба направляется на завоевание 8-час. раб. дня и, частью, минимальной зараб. платы. В 1902 г. для достижения последнего требования была организована углекопами двухмесячная всеобщая забастовка, длившаяся 2 мес., но имевшая лишь частичный успех.

В Германии также в 1869 г. произошла первая крупная стачка углекопов в Вальдфнбурге и также кончилась поражением рабочих. После столь же неудачной забастовки 15.000 углекопов Эссена в 1872 году движение, как и во франции, замирает и возрождается лишь в 1889 году, когда социалдемокр. и католический союзы организуют рурскую стачку, захватившую также райны Аахена и Саара, корол. Саксонию и Ниж. Силезию—всего до 90.000 человек Большая часть требований (повыш. платы на 15—25°/о, сокращение р. дня с 10 час. на 9 и так далее) была удовлетворена. Попытки рабочих рурского и саарского района (1891—93 гг.) завоевать 8 час. раб. день оказались безуспешными. Ослабленные борьбою союзы принялись за организационную работу, и лишь в 1905 году возобновляется борьба за 8-час. раб. день и общее повышение платы: длившаяся месяц стачка углекопов в Руре захватила 210.000 человек. Удовлетворения главных своих требований рабочие не добились. В следующем году рабочие антрацитовых копей завоевали стачкою 9-час. раб. день.

В Австрии организованное движение горнорабочих возникает лишь в 1891—92 гг.; борьба ведется за 8-час. р. день и свободу организации. В Моравии длившаяся месяц стачка углекопов в 1894 г. привела к признанию союза. В 1900 году борьба за 8-час. р. день охватила

65.000 рабочих в 224 предприятиях. Цель рабочих не была достигнута, но рабочие получили повышение зараб. платы.

В Италии более или менее серьезное движение горнорабочих также датирует с 90-х гг. С 1892 г. по 1904 зарегистрировано 460 стачек с

160.000 участников.

В Соединенных Штатах стачечное движение среди горнорабочих в крупных размерах началось после промышленного кризиса 1873 года. В течение 20-летия 1881—1900 гг. стачки охватили 2.151.355 горнорабочих; общей тенденцией движения было достигнуть признания минимальной заработ-иой платы при существующей здесь (как и в Англии) системе расплаты, при которой заработок регулируется движением цен на производимые товары. В 1892 и 1901 годах происходят безуспешные всеобщия стачки в железных рудниках для достижения такого минимума. В угольной промышленности в течение 90-х гг. происходит борьба за признание компаниями трэд-юнионов; борьба эта увенчивается успехом. В 1898 г. в ряде штатов заключается коллективный договор между союзами углекопов и компаниями. При возобновлении договора в 1904 году стачка из-за новых ставок охватила

400.000 углекопов.

В 1910—1912 гг. во всех государствах 3. Европы и С. Штатах наблюдается новый подъем стачечного движения среди горнорабочих. Кульминационного пункта он достиг в февр.—марте 1912 г., когда в Ан

Глии происходила первая всеобщая забастовка, охватившая одновременно всех углекопов и вспомогательных рабочих (1.041.000 человек). Забастовка длилась свыше шести недель, потребовав от рабочих союзов громадных денежных затрат, которые в некоторых районах поглотили все, годами накоплявшиеся, фонды. Стачка была вызвана падением производительности труда некоторых категорий углекопов благодаря истощению наиболее богатых углем пластов и переходу к разработке более „тяжелыхъ“ пород: при поштучной плате заработок рабочого падал. Делегаты горнорабочих выставили требование фиксации минимальной поденной заработной платы, гарантируемой независимо от реальной выработки. Противодействие углепромышленников Уэльса и Шотландии, не желавших забросить наиболее истощенные рудники, сделало невозможным соглашение, о заключении которого хлопотало правительство. После того, как забастовка парализовала экономическую жизнь целых районов и вынудила сократить более, чем вдвое, железнодорожное движение, министерство Аскита решилось внести в Палату билль о минимуме заработной платы для углекопов. Однако, требование углекопов, поддержанное Рабочей Партией и радикалами, о том, чтобы величина этого минимума была гарантирована законом и не могла спускаться ни для одной категории рабочих ниже определенного уровня (т. н. „минимальный минимумъ“ — 5 шиллинг. в день для взрослых и 2—для подростков), не было санкционировано Палатой, которая ограничилась организацией порайонных коммиссий для установления минимальных поденных плат за различные виды труда (смотрите ниже). Принятие законопроекта Аскита покончило забастовку. Одновременные сплоченные движения в Германии, Австрии, Бельгии, франции, Соединенных Штатах и Испании охватили еще не менее миллиона углекопов. Германская забастовка, охватившая сотни тысяч рабочих в Рурском бассейне и Силезии, была вызвана резким вздорожанием жизни и направлена к увеличению заработной платы. Крайне суровия меры репрессии, принятия прусским правительством, и особенно противодействие стачке со стороны католического союза, соперничающого с социалистическим, привели к скорому поражению стачки. Во франции углекопы северных районов провели однодневную забастовку с целью воздействия на парламент, медливший с принятием закона о рентах для престарелых углекопов. Вскоре после того закон был принят обеими Палатами.

В настоящее время руководящия борьбой горнорабочих профессиональные организации разных стран объединяются Международной Федерацией, имеющей свой постоянный исполнительный орган (секретариат) и свои регулярные конгрессы. Число организованных в союзы горнорабочих достигает в Великобритании 900.000, в Германии 250 тыс., во франции

70.000, в Австрии 30.000 и так далее

Особо тяжелия условия труда, опасность промысла для жизни и здоровья рабочих, равно как размещение предприятий вне городских центров вызывают необходимость в ограждении труда в горной промышленности особыми мерами сверх общих узаконений по охране труда. Возстания горнорабочих, а позднее их организованная борьба толкают государство на путь этого специального законодательства. В Англии опубликование вопиющих фактов об условиях труда горнорабочих, собранных Королевской Комиссией 1840 г. (Children Employment Commission), привело к изданию закона 1842 г., воспретившего в горных промыслах подземные работы для детей ниже десятилетнего возраста и для женщин. Этим же законом были назначены особые горные инспектора (с меньшими полномочиями, чем фабричные). За ним следует ряд других законов (1850, 1855, 1860), имевших целью обеспечение безопасности при работе и регулирование труда детей до 12 лет. В 1872 г. закон о железных рудниках регламентирует способы расплаты с рабочими, запрещает детский труд под землей до 14 лет, устанавливает для подростков в возрасте от 12 до 16 л. на всех горных работах максимум раб. времени в 10 ч. в день и 54 в неделю; тот же закон дал рабочим право содержать на свой счет выбор. контролеров для проверки взвешивания руды при сдаче ея. Закон 1887 г. (дополненный в 1903 г.) распространил эти положения на угольные копи; закон 1900 г. запретил совершенно женский труд в угольных и железных рудниках под землей и поднял предельный возраст детского труда с 12 до 13 лет. Кроме того, воспрещен женский труд в ночное время. Законом 1909 г. установлен 8-час. р. день для угольных копей (включая время спуска и подъема, не засчитываемое в эту норму, р. день достигает 9 часов). Наконец, принятый в марте 1912 г. билль Аскита вводит для рабочих, занятых под землей в угольной промышленности, минимум поденной заработной платы, нормы минимума устанавливаются районными смешанными комиссиями из равного числа делегатов от сторон с председателем, избранным сторонами, или назначенным правительством.

Во франции закон 1892 г. запрещает применение женского труда в рудниках, детского до 12 лет; дети старше 12 л. допускаются лишь по окончании школы. Рабочий день подростков (до 16 л.) ограничен 10 часами. Закон 1905 года ввел для подземных работ в угольных шахтах 9-час. норму, пониженную с 1907 до 8Вг и с 1909—до 8 часов (время спуска и подъема не засчитывается, как и в Англии). С 1890 г. издается ряд законов об учреждении выборных (delegues mi-neurs) для выяснения причин несчастных случаев, контроля за нарушением законов о воскр. отдыхе, надзором за безопасностью работы и гигиеническим состоянием шахт.

В Германии закон 14 июля 1905 г. дал право горному ведомству вводить в отдельных случаях „санитарный максимум рабочого дня“ для особо-вредных производств; тем жезаконом запрещена работа свыше 6 час. в сутки в угольных шахтах, в которых средняя температура превышает 26° по Цельсию. Охрана женского и детского труда регулируется общим промышленным законодательством. Законом 1892 г. введены для рудников, занимающих свыше 100 раб., обязательные „рабочие комитеты11, заботящиеся о принятии мер предосторожности и контролирующие расплату с рабочими. Роль их совещательная.

В Австрии закон 1884 г. запретил применение детского труда до 14 л. в горной промышленности (допускаются некоторые исключения). Особыя—по сравнению с общим законом—льготы установлены для ра-ботниц-рожениц. Женский труд разрешен лишь на поверхности земли. Взрослые рабочие не должны работать под землей свыше 10 часов (допускаются изъятия). По закону 1901 г. для угольных копей раб. время сокращено до 9 часов.

В Бельгии по закону 1882 г. воспрещен труд в рудниках и шахтах детям до 12 л., для детей в возрасте 12—14 л. воспрещен ночной труд (с изъятиями). Женский труд воспрещен под землей. Введены рабочие делегаты с теми же функциями, как и во франции. В утольиых копях введен 8-час. раб. день.

В Швеции детский труд запрещен до 12 л., для 12—14-летних ограничен 6 час. в сутки, для 14—18-летних—10 часами. Ночной труд запрещается вовсе недостигшим 18-ти лет. В Норвегии воспрещен ночной труд детей. В Нидерландах установлен 8-час. р. день для некото-торых категорий работающих под землей, для остальных рабочий день ограничен 81/г часами. Труд женщин воспрещен вовсе, детский—до 13 лет. Подростки до 16 л. и старики свыше 60 не допускаются к работам под землей. В Италии дети допускаются к работе под землей с 12, а на поверхности земли с 10-летн. возраста. Труд подростков от 10 до 14 лет ограничен 6 часами в сутки.

В Соединенных Штатах в Миссури, Монтане, Уте, Орегоне, Айдого, Аризоне, Уайоминге и Неваде установлен 8-час. раб. день для взрослых в копях и рудниках. Женский труд ночью запрещен в 12-ти штатах (сверх того, в 5 штатах воспрещена всякая ночная работа в рудниках). Труд малолетних под землей запрещен в 5 штатах (в том числе в Иллинойсе, Пенсильвании, Нью-Иорке) до 16 лет, в Колорадо до 14, в южных штатах только до 12-ти. В большинстве штатов узаконены выборные раб. комитеты.

В Нов. Юж. Уэльсе и Зап. Австралии запрещен во всей горной промышленности труд женщин и малолетних до 14 лет, а также работа под землей подростков (14—18 л.). Труд взрослых рабочих под землей ограничен 8 час. в сутки и 48 в неделю; в Н. Ю. Уэльсе труд подростков на поверхности земли ограничен 9 часами в сутки. Имеются рабочие комитеты.

В Нов. Зеландии запрещен труд малолетних до 14 лет и женский труд. Труд подростков (до 18л.)огра-ничен 48 час. в неделю, также труд взрослых под землей. Горная инспекция выбирается рабочими.

Число горнорабочих в России достигало в 1907 году по официальным сведениям 656.448 человек. Из этого числа 232 тысячи приходилось на Урал, 199 тыс. на юг России, 105 тыс. на северную, среднюю Россию и Привисл. край, 57 тыс. на Сибирь, 54 тыс. на Кавказ, 4 тыс. на Финляндию. 253 тыс. рабочих было занято добычей и обработкой железной руды, 164.000 добычей каменного угля, 72 тыс.—на золотых приисках,

35.000 — на железных рудниках, 37 тыс.—на нефтяных промыслах.

Вместе с закрепощением крестьянского сословия вообще, начинается в ХВП веке закрепощение горнозаводских крестьян на Урале заводовладельцам. (О горнозаводских крестьянах см. крестьяне в России).

Быстрое развитие южно-русской горной промышленности (в 80 и 90-х гг.) сопровождалось увеличением зараб. платы для определенных категорийквалифицированного труда; массам же рабочих на заводах и особенно в шахтах, вербовавшимся преимущественно из пролфтаризующихся элементов средне-русской деревни, новая промышленность дала лишь крайне тегостные условия труда, низкую плату, отвратительные жилища и такую же санитарную обстановку рядом с полной необеспеченностью от несчастных случаев. На рудниках Кривого Рога обычным был (в 80 и 90-х гг.) 15Вг - час. раб. день (с 2 - час. перерывом),—и это сохранялось и после вступления в силу закона 2 июня 1897 года. В угольных копях славяносербского и бах-мутского уездов рабочий день равнялся 12 часам ), зараб. плата шахтера в месяц в среднем колебалась между 20 и 27 рублями. В копях области Войска Донского она была еще меньше: 18—20 рублей. На металлургических заводах рабочий день достигал 12 часов, средний заработок для квалифицированных рабочих составлял 23—40 руб., для остальных 12—20 руб.

Тогда же, в 80-х гг., возникшая нефтяная промышленность Бакинского района представляла те же социальные явления. Полное отсутствие забот о санитарной стороне промысла и о гигиене жилищ в заводских поселках обусловливало черезвычайную заболеваемость рабочих. Рабочий день длился 12—14 часов, бывали случаи 18-час. раб. дня.

В то время как в каменноугольных копях франции процент убитых при несчастных случаях составлял за пятилетие 1896—1900 гг. 0,06, в Бельгии—тоже, в Великобритании—0,08, в Пруссии 0,11, в России он равнялся 0,15 (на сто рабочих).

Положение горнорабочих стало изменяться к лучшему лишь в 90-х г.г. вместе с развитием рабочого движения и его распространением на горнозаводский пролетариат.

В течение 70-х и 80-х гг. самодеятельное движение среди горнорабо-

) В 80-х годах были отмечаемы случаи 14 и более час. раб. дни.

чих в России почти не наблюдалось; недовольство проявлялось изредка в бурных беспорядках (например, в ИОзов-ке в связи с холерой в 1892 г.). В начале 90-х гг. начинается борьба за сокращение рабочого дня и увеличение заработной платы в угольных копях Домброво-Сосновицкого округа. Происшедшая в 1897 году стачка в Гуте Банковой (въДомбро-ве) закончилась расстрелом рабочих. Во второй половине 90-х гг. начинается стачечное движение на металлургических заводах Екатеринославской губернии, частью направленное на завоевание 8 - час. раб. дня, частью на устранение всякого рода злоупотреблений и сурового режима на заводах. В ряде случаев дело доходит до „бунтовъ“ се поджогами заводских зданий и до столкновений с войсками. Тогда же развивается забастовочное движение на уральских заводах. Борьба рабочих в Златоусте из-за отмены сдельной платы (1897) закончилась успехом после 2Вг месяцев. Требование 8-час. р. смен также выдвигается на Урале. В 1899 году „бунты“ происходят также и в центральной России (Бежица, Сормово). В 1900—1902 гг. экономические стачки, также часто сопровождающияся беспорядками,происходят в угольных шахтах Екатериносл. губ. и Донской области. В марте 1901 г. впервые возникает стачка (с треб. повышения платы) в Баку на нефтяных промыслах. В то же время движение на Урале принимает острый характер: в 1902 г. борьба из-за 8-час. р. дня в Воткинском заводе сопровождается насилиями над администрацией и кончается жестокой расправой со стачечниками; в 1903 г. экономич. забастовка в Златоусте вызывает знаменитую бойню; в 1904 г. на Алапаевск. заводе происходит организованный тайным обществом рабочих разгром заводского имущества.

Лето 1903 года видит всеобщую забастовку в Баку (захватившую все нефтяное производство). Рабочие промыслов требовали 8-час. раб. дня и повышения платы на 20°/0, введения иа счет капиталистов школ, больниц и народных театров. Частью фирм часть требований была удовлетворена. Одновременно бастовали все марганцевые рудники в Чиатурах, Кутаисской губернии.

В декабре 1904 года новая всеобщая стачка в Баку с лозунгом 8-час. р. дня, повышения платы и улучшения жилищ привела к принципиальной победе рабочих: был заключен между компаниями и ими коллективный договор, признано представительство рабочих.

В стачечном подъеме 1905 — 1906 гг., охватившем весь пролетариат России, принимали участие горнорабочие всех отраслей и районов вплоть до отсталых рабочих соляных варниц Поволжья и Урала и сибирских золотых приисков. Стачками (особенно в Баку и горном районе Юга) были достигнуты значительные улучшения в области сокращения рабочого времени, повышения заработной платы и улучшения правового положения Г. и санитарных условий их труда. На многих металлургических заводах и нефтяных промыслах были завоеваны 8-часовия смены.

В процессе организационного строительства, характерном для русского пролетариата в этн годы, горнорабочие, рассеянные по уездам—в стороне от городских центров—и подверженные еще большему режиму произвола, чем городские рабочие, принимали относительно слабое участие. В 1907 году статистика насчитывала в горном деле всего 5 профессиональных союзов с 2.475 рабочими, по сюда не входят металлургические рабочие, входящие в союзы по обработке металла. Осенью 1905 и осенью 1906 гг. рабочие бакинских нефтяных промыслов посылали дважды своих делегатов на съезды нефтепромышленников в Петербурге, чтобы формулировать свои требования в области социальной политики. В декабре же 1905 года, по инициативе группы служащих и рабочих горных заводов, собрался в Екатеринбурге съезд представителей от рабочих Урала (было представлено 15.000 раб.). Съезд этот, впрочем, формулировал, глав.

обр., общеполитические требования и не осуществил намеченного плана организовать объединенное общество уральских горнорабочих.

Некоторую организующую роль в жизни горнорабочих играли кассы взаимопомощи в Царстве Польском и горнозаводские товарищества на Урале. До 1900 г. польские кассы взаимопомощи, пополняемия обязательными взносами рабочих и лишь факультативными — предпринимателей, находились всецело в руках компаний; злоупотребления, возникшия на этой почве, были одним из поводов к Домбровской стачке 1897 года. В 1900 г. издано новое положение о кассах, подчинившее их надзору инспекции, введены обязательные взносы хозяев, и рабочие привлечены к участью в правлениях.

Законом 8 марта 1861 г. введены горнозаводские товарищества на всех казенных заводах Урала, а положением 4 июня 1862 года основание таких же товариществ на частных заводах предоставлено соглашению предпринимателей и рабочих. Кроме организации взаимопомощи, крайне регламентированной различными узаконениями, товарищества ведают разбор недоразумений между заводоуправлением и рабочими. Однако, попытки серьезно использовать эго право, вызвали противодействие администрации. Борьба, возникшая на этой почве между горным ведомством и рабочими завода в Златоусте (1897 г.), привела к изданию в следующем году нового положения, крайне ограничившего для товариществ возможность вмешиваться в конфликты между рабочими и управлениями. Управляются товарищества „приказами44 в составе четырех выбранных рабочими членов и назначенного заводом председателя. В 1901 г. на Урале функционировало 16 товариществ с 11.715 членами. Несколько такого же рода товариществ функционируют на горных заводах Сибири.

Период 1907—10 гг. был для горнорабочих России временем потери экономических завоеваний, сделанных в предыдущие года. Борьба, все слабевшая, носила преимущественнооборонительный характер. Лишь в Бакинском районе в 1907 году еще зарегистрированы (в большинстве оборонительные) 122 забастовки с 25.160 участниками и значительной средней продолжительностью (13,2 дня). Но лишь 8% забастовок окончились полной победой рабочих. 38°/о стачек были безуспешны, 53°/о закончились компромиссом.

Начало 1912 года ознаменовалось значительным движением среди рабочих золотых приисков Сибири. Начавшись в Ленском бассейне, оно затем нашло отклик и в промыслах других сибирских районов и распространилось и на угольные копи. Движение в рудниках Ленской компании, пайщиками которой состоят крупные капиталисты столиц и влиятельные бюрократы, вызвало против себя крайне энергичные меры властей, хотя протекало совершенно мирно и преследовало чисто-профессиональные цели. Рабочие требовали сокращения времени труда, улучшения больничной помощи, повышения расценков, лучшого обращения и правильной расплаты. Стачка охватила свыше 5 тысяч рабочих. Поставленный во главе местной полиции жандармский ротмистр Трещенков арестовал выборных от рабочих, а когда стачечники направились толпой требовать их освобождения, вызвал воинскую команду и расстрелял толпу, причем свыше 100 рабочих было убито на месте. Это событие вызвало ряд бурных сцен в Госуд. Думе при обсуждений запроса социал-демократов и других оппозиционных групп. В то же время во многих городах происходили демонстративные стачки и другия манифестации протеста рабочих. Это движение вызвало назначение ревизии сенатора Манухина, выяснившей возмутительные условия труда на золотых приисках и закончившейся преданием суду ротм. Трещенкова. Попытка Манухина выступить посредником между стачечниками и Ленской компанией не увенчалась успехом: стачка на время прекратилась, но, в виду отказа компании от увеличения платы и сокращения рабочого времени, возобновилась вновь и после нескольких недель закончилась эвакуацией с приисков почти всех 5 тысяч рабочих.

Горные рабочие подлежат надзору не общей фабричной

Горные рабочие подлежат надзору не общей фабричной, а специальной горной инспекции, обремененной своими обязанностями по общему надзору за горными промыслами, вытекающему из взаимоотношений между фиском и заводами. Уже по одному этому этот надзор далеко не действителен. Руководство фабричной и горной инспекцией объединено в присутствиях по фабричным и горнозаводским делам.

До 1897 года общия положения фабричного законодательства вообще не распространялись на горную промышленность. Золотые прииски Сибири и горная промышленность Урала регулировались исключительно специальными законами. Закон 8 марта 1861 г. о казенных уральских заводах запретил работу малолетних до 12 лет и для детей 12—15 л. ввел запрещение ночного труда и работы под землей. Нарушения этого закона были очень часты. Положение рабочих на золотых промыслах Сибири регулируется законом 20 февраля 1895 г., который предоставляет рабочее время взрослых свободному соглашению сторон, предоставляет рабочим 2 дня в месяц обязательного отдыха и вводит утверждение инспекцией таксы на отпускаемые приисками продукты. Изданный еще ранее (9 марта 1892 г.) общий закон о частных горных заводах и промыслах распространил на частную горную промышленность ограничения закона 1861 г. относительно труда малолетних и ввел запрещение женского труда в ночное время и в подземных работах. Тот же закон распространил нагорные заводы действие фабричных законов 1882 и 1886 гг. о запрещении расплаты товарами и регулировании штрафов.

В 1897 г. сделан решительный шаг к объединению законодательства об охране труда. Закон 2 июня 1897 года о продолжительности рабочого дня (в ПВя час.) распространен и на горную промышленность.

Однако, для золотых промыслов тут же допущено исключение в вопросе о воскресном отдыхе: вместо 4 дней в месяц, рабочим этих промыслов попрежнему гарантируется всего два дня отдыха.

Таким образом, в отличие от 3. Европы и Америки, где законодательство о рабочих оказывает горнорабочим особое покровительство в виду опасности и тяжелых условий их труда, в России горнорабочие не пользуются в полной мере и общей охраной труда. В известной мере факт этот объясняется заинтересованностью в крупной горной промышленности привилегированных слоев русского общества.

Литература (кроме официальных отчетов ведомств и организаций рабочих и промышленников):

Arndt, „Bergbau und Bergbaupolitik“ (1894); Aclieribacli, „Die deutschen Berg-leute der Vergangenheit“ (Zeitschrift fur Bergrecht, 1871); K. Kautsky, „Die Bergarbeiter und der Bauernkrieg“ (Neue Zeit, 1889); Dr. Siebert, „Die Lage der Arbeiterschaft in der rheini-sehen Braunkohlenindustrie“ (1910); Tolle, „Die Lage der Berg-und Huttenarbeiter im Oberharz“ (1892); Otto Hue, „Die Bergarbeiter“, Band 1 (1910); Herz, „Der gegenwart. Stand der Arbeiter-gesetzgebung in Oesterreich“ (1898); Mam, „Die Lage der Bergarbeiter in Ruhrrevier“ (1908); Fr. Engels, „Die Lage der Arbeiter in England“; A. Held,Z vei Bucher zur sozialen Geschichte Englands“; H. Wolff, „Arbeiterschutz in England“ (Jahrb. fur Statist. 1902); M. Low, „А History of Factory Legislation“ (1903); G. Howell, „Labour legislation, labour movement and labour leaders“ (1905); B. Th. Ely, „Labour movement in America“ (1905); Levasseur, „Histoiro des classes ouvrieres en France“; Henri Demolard, „Les delegues a la securite des ouvriers mineurs“ (1897); А. Metin, „Legislation ouvriere et so-ciale en Australie et Nouvelle Zelande“ (1901); Amieux, „Les conditions du travail dans les mines“ (1908); Ghesquiere, „La mine et les mineurs“; Delcourt,De la condition des ouvriers dans les mines“ (1906); Levy, „L’inspection des mines par les delegues ouvriers“ (1896);

Cauvin, „La duree du travail dans les mines de Belgique“ (1905); Luigi Belloc,Le travail des femmes et des enfants dans les mines et les manufactures dltalie“ (1894); „Handworterbuch der Staatswissenschaften“, издание 1909, т. II; Флеровский, „Положение рабочого класса в России“ (1867); Нисселович, „История законодательства о фабричных и горнозаводских рабочихъ“ (1884); В. Семевский, „Рабочие на уральских заводахъ“; его же, „Рабочие на золотых промыслах Спбигри“ ;Паокит-нов, „Положение раб. класса в России“ (1907); Тигранов, „Кассы горнорабочихъ“ (1891); его же, „Кассы взаимопомощи рабочих в Ц. Польскомъ“ (1900); Л. Бертенсон, „Санитарное дело на горных промыслах Царства Польского“ (Горн. Журн. 1893, X—XI); G. Прокопович, „К рабочему вопросу“; Д. Кольцов, „Рабочее движение“ (в I и II томах „Освободительного движения в России“). Л. Мартов.

Горностаев Алексей Максимович

Горностаев, Алексей Максимович, архитектор, р. в 1808 г., образование получил домашнее, был сначала мелким чиновником в Ардатове, в 1826 г. переселился в Спб. Чувствуя призвание к живописи, он оставил службу и некоторое время за неимением средств принужден был брать заказы на изготовление торговых этикетов и тому подобное. работы. Но уже к концу 1826 г. он получил предложение П.- П. Свиньина сотрудничать в его художественных изданиях и сопутствовать ему в поездке по России. Из этой поездки Г. привез много снимков памятников русской древности. В 1829 г. Г. был принят в царскосельское дворцовое управление на должн. архит. помощника, но в 1834 г. снова покинул службу и уехал на 4 г. за границу. Сделанные Г. в Германии, Италии и Сицилии снимки с местных памятников византийско-арабского стиля и, в особенности, проект реставрации храма Юпитера в Помпее доставили Г. звание академика. В 1849 г. за проект великокняжеского дворца он получил звание профессора и с 1858 г. стал читать в академии художеств лекции по начертательной геометрии, перспективеи теории теней, состоя в то же время архит. мин. внутренн. дел. Одновременно с этимъГ. занималсяи строительной деятельностью. Здания, сооруженные Г. до 40-х годов, возведены преимущ. в стиле Возрождения; но с конца 40-х годов Г. становится противником ренессанса и ложного русско-византийского стиля: он возвращается к разработке древне-русск. стиля, удачно сочетая его с мотивами романского и арабского стилей, и создает целый ряд очень красивых русских построек. Таковы возведенные Г. в 1849—59 годах на Валааме церковь св. Николая на Крестовом островке, св. ворота и часовня на главном острове, церковь в скиту, гостиница для богомольцев, церковь на Предтеченском острове и кельи на Никольском; ворота, два корпуса келий и церковь при трапезе (1860) в Троице-Сергиевской пустыни; дом Троице-Сергиевской лавры в Спб. и часовня на Невском проспекте. Г. умер в 1862 г. После смерти Г. по его проектам учениками его были построены усыпальница кн. Пожарского в Суздале и православный собор в Гельсингфорсе. Работы Г. указали нашей архитектуре новый путь, возродив в ней русский стиль. О Г. см. Стасов В., „Вести. Изящн. Искусствъ“, 1888, 6. Н. Тарасов.

Горностаев Иван Иванович

Горностаев, Иван Иванович, архитектор и знаток истории искусства, племянник предыдущого, р. в 1821 г.; по окончании 3-й спб. гимназии, Г. посещал в 1842—6 годах в качестве вольного слушателя академию художеств, потом совершил на свой счет поездку за границу, во время которой посетил как Запад— Италию, Германию, Францию. Грецию, так и Восток—Турцию, Палестину и Египет. Это путешествие, длившееся 6 лет, дало Г. громадное обстоятельное знакомство с художественными произведениями различных народов и эпох и положило основу тому увлечению историей искусства, которому он остался верен до конца жизни (1874), читая с 1860 года лекции по истории изящных искусств в академии художеств. Из этих лекций составился ценный самостоятельно обработанный литографированный курс, коигорый был увенчан академией наук Демидов, премией. Как этим курсом, так и чтением лекций Г. много содействовал расширению знаний художников в этой отрасли науки. Много сделал Г. и для правильной постановки дела в устроенных в 1870 г. художественно-промышленных классах при Спб. рисовальной школе для вольноприходящих. Прекрасно понимая и зная стили, обладая развитым вкусом, Г. дал несколько интересных образцов. В Имп. Публичной библиотеке в Спб. он устроил в римско-итальянском стиле новую читальную залу и в романском—кабинет для первопечатных книг; в романско-византийском стиле он проектировал собор Бабаевского монастыря. Г. принадлежат несколько изысканий в области древне-русского зодчества.

Н. Тарасов.

Горностай

Горностай, Putorius ermineus, вид из сем. хорьковых, хищное, злобное и отважное животное, длина теладо 33 см., из которых хвост 5—6 см. Шерсть летом краснобурая, зимой белоснежная, но хвост всегда черный. Г. встречается почти по всей Европе, в средней и сев. Азии, в Сев. Америке. Г. животное преимущественно ночное, днем скрывается в норах, дуплах и так далее, питается мелкими млекопитающими и птицами. Мех в древности весьма ценился и употреблялся на торжественные одежды (например, порфиры) владетельных особ. Ловят его, гл. обр., капканами и при том только зимой. М. Н.

Горностайполь

Горностайполь, мест. радомысльского у. Киевской губернии, на р. Тетереве, 3.286 ж.

Горнфельд Аркадий Георгиевич литературн критик

Горнфельд, Аркадий Георгиевич, литературн. критик, р. в 1867 г., окончил юрид. факульт. харьковского унив., занимаясь, кроме того, по теории словесности у Потебни, затем работал в той же области в бер-линск. унив. С 90-х годов постоянный сотрудник, а затем и член редакции „Русск. Богатства“,Г. поместил в этом журнале ряд этюдов как об отдельных писателях, так и, гл. обр., по общим вопросам литературного творчества и эстетики. Много сотрудничал и в др. изданиях. Отд. изд. „Муки слова“ (1899), „Книги и люди11 (1908), „На Западе“ (1910). В 1909 г. под редакц. Г. вышло научное издание сочинений С. Т. Аксакова.--В теоретических работах по литературе Г. примыкает к научнофилософскому направлению В. Гумбольдта, Штейнталь-Лацаруса, Ииотеб-ни и Веселовского, рассматривая поэзию как коллективное познание в образах и привлекая к анализу писателя по преимуществу элементарные формы его творчества—стиль, язык II т. п.

Горн открытый очаг

Горн, открытый очаг, в котором интенсивность горения поддерживается при помощи искусственного вдувания воздуха. См. приложение Горн.

Горн

Горн, минный, минная камера, заряженная порохом или другим взрывчатым веществом и вполне подготовленная для взрыва. При взрыве образует воронку. Кратчайшее расстояние от центра заряда до поверхности земли называется линией наименьшого сопротивления (h); радиус верхнего основания воронки (на поверхности земли) называется радиусом воронки (г). Если г — ии, Г. называется простым; если r>h — усиленным. Если взрыв Г. не произвел воронки, по образовал выпучивание земли—то Г. называется выпучивающим; если же на поверхности земли не образовалось никаких следов взрыва, действие его не обнаружилось па поверхности земли, то такой Г. называется камуфлетом. Цель взрыва Г.: 1) образовать воронку, для занятия ея войсками и дальнейшого ведения минной войны от нового входа, 2) разрушение минных работ противника и 3) наполнение галлерей противника удушливыми газами. it. О.

Горн

Горн (Hoorn), мыс, крайняя южная оконечность Америки на одноименном островке под 55°58 ю. ш. Мыс Г. открыт в 1616 г. Ле-Мэром и Шоутеном и назван по родному городу последняго—Г.

Горн

Горн (Horn), город в нидерл. иров. Сев. Голландия, на берегу Зю-дерзее, 11.117 жит.

Горн

Горн (Horn), Арвид Бернгард, граф, швед. госуд. деятель, родился в 1664 г., участвовал в Сев. войне и пользовался особым доверием Карла XII, который отправил его в 1704 г. в Польшу способствовать избранию в короли Станислава Лещинского. После смерти Карла XII Г. был одним из главных участников в изменении государственного строя (1719), ограничившем права короны и передавшем власть в руки аристократии. Стоя во главе партии „шапокъ“ (смотрите Швеция), Г. в 1720— 1738 гг. был фактическим вершителем судеб Швеции; он придерживался мирной политики и старался, по возможности, залечить раны, нанесенные стране 20-летней войною. В 1738 г. перевес получила партия „шляпъ“, и Г. пришлось выйти в отставку. Ум. в 1742 г.

Горн Густав

Горн, Густав, шведский полководец, родился в 1592 г., участвовал в войне с Польшей и прославился взятием Дерпта (1625 г.). В тридцатилетней войне взял Кольберг, сражался под Брейтенфельдом и Лю-ценом, но в 1634 г., под Нёрдлин-геном, был взят в плен и пробыл в нем до 1642 г. В 1643— 45 гг. сражался против Дании, а с 1653 г. стоял во главе всей шведской армии с званием маршала; умер в 1657 г.

Горн

Горн (Ноогпе), Филипп II фон Монморанси-Ннвель, граф фон Г., нидерландский государств. деятель, родился в 1518 г., был членом государств. совета, адмиралом Фландрии и губернатором Гельдерна и Зютфе-на. Он сражался на стороне Испании против французов в битвах при С. Кантене и Гравелине, но вскоре навлек на себя подозрение Филиппа II. Сохраняя верность последнему и защищая привилегии дворянства, Г. в то же время стоял за терпимое и мягкое отношение к протестантам. Этого оказалось достаточным, чтобы Г. был арестован и казнен вместе с Эгмонтом в 1568 г.

Горн-Афван озеро в Швеции

Горн-Афван, озеро в Швеции (лен Вестерботтен), 820 кв. км.

Горн-Тук Джон

Горн-Тук (Horne Tooke), Джон, английский писатель, родился в 1736 г..

Горн

Для разведения очага устраивается каиеппый стол (рисунок 1 ) ИИа нем делается углубление А; в эю углубление и вдувается воздух при помощи фурмы В. Так как около фурмы рази иваетея наибольший жар, то все углубление А выкладывается огнеупорным киришчем. Все остальпия части Г. делаются нз обыкновенного квршга. В большинстве Г. ставится около стены здания, и в пей же прокладывается дымовая тру а С. Над столом делается зонт Д (нз кровельного железа) для того, чтобы дым не распространялся по всему зданию. Вытяжпоф отверстие К помещается внутри зопта. Присутствие зопта вообще сте-няет работу на Г., и потому иногда вертикальные степкп зонта делаются па петлях, как показано ва чертсжЬ, чтобы их можно было в случае надобности откинуть. Иногда зопта совсем не делают, и тогда вытяжное отверстие помещается гораздо

ниже, около 250 миллиметров. над поверхностью стола. При надлежащей высоте трубы подобное устройство окатывается вгиэдне достаточным, и дым почти весь уходит в трубу, не распространяясь внутри помещения. Для уменьшения количества кирпича под столом обыкновеппо делает я пустота Ж, которая в то же время может служить и местом для складывания различных вещей. Для образования подобной пустоты в кирпичную кладку вмазывается чугупная плита или делается сводик. Снаружи стол обыкновенно обделывается листовым же-лЬзом толщиной около 4—5 миллиметров.; по углам, чтобы онч не обивались, кладут железные угольники. Дутье от вентилятора или от ми.хов проводится по трубе //; для регулирования силы и для остановки дутья имеется кран или клапан К. Около стола всегда приделываетсясосуд для воды h, а иногда также сосуд и для угля. Вода употребляется для охлаждения инструментов и для поливки угля, чтобы оп лучвио спекался. Ипогда пе-сколько Г. ставятся рядом, и все вытяжки сводятся в одну общую трубу.

В и стоящее время большое распространение полу-ч ют Г. с чугуппыми столами. Такие Г. более удобны, так как их можпо перепосить и, кроме того, опи имеют более легкий, красивый вид. Состоят опи обыкновенно из чугунного ящика на четырех ножках или же делаются в виде вазы (рисунок 2).

Рисунок 2.

Если приходится пагревать предметы вне кузницы, то для этого употребляются небольшие переносные Г. Их имеется очень много различных конструкций; одна из них представлена па рисунок 3.

Рисунок 3.

Дутье в Г. производится вентилятором или мехами Последние в настоящее время употребляются только для небольших ручных Г. От вептилятора сжатый воздух проводится но трубам; около каждого Г. оть магистральной трубы берется отросток, подводящий воздух в самый Г. Этот отросток называется соплом. На конце сопла пасажнгается фурма В (рисунок 1). Фурма В под дейстиием жара постепенно перегорает, и ее приходится время от врсмепи переменять. Для того.

чтобы фурмы служили дольше, их делают иногда пустотелыми и пускают внутрь воду. Вода, охлаждая фурму, сама при этом нагревается и циркулирует, причем, проходя через широкий сосуд 2>, успевает снова охладиться.

Топливом для Г. может служить сильно спекающийся мелкий каыепн. уголь, древесный уголь, кокс и нефть. Свойство спекаться важно для кузнечных работ потому, что, спекаясь, уголь образует корку, которая служит как бы покрышкой и действует так же, как колпаки на Г., т. е. концентрирует жар. Для хорошо спекающагося угля достаточно, если толщина его слоя будет 150 миллиметров. Мелкость угля нужна для того, чтобы он плотнее прилегал к нагреваемому предмету, почему па-гревапие будет нттн ровнее. Уголь, удовлетворяющий этим условиям, в продаже известен под названием кузнечного.

Нужно заботиться о том, чтобы уголь не содержал много вредных примесей (например, серы), которые могут попадать в металл и вредить его качеству. Также уголь не должен давать много шлаков и содержать много золы—не более 10°/0,—так как их присутствие препятствует хорошему пагреванию.

Кокс и древесный уголь имеют то преимущество перед каменным, что они гораздо чище и потому совершенно не передают вредных примесей нагреваемому металлу, а также не дают столько дыма, по зато они, как не спекающиеся, не могут дать сильного жара, как каменный уголь; поэтому древеспый уголь является прекрасным материалом для нагревапия стали. Накаливаемые стальные предметы нужно класть в Г. тогда, когда огопь хорошо разгорится; силу дутья, од-пако, в особенности если закаливают предметы значительной толщины, нужно пемного ослабить и только под конец нагревания дутье можно опять усилить.

Обыкповеппые Г. работают вообще очень пф экономично и, кроме того, обладают тем неудобством, что в них пагреваемый предмет покрывается топливом и делается невидимым для кузнеца; поэтому нужен большой навык, чтоб нагревать изделие в надлежащем месте, до надлежащей температуры и не пережечь его. При сварке раскаленные частицы угля прилипают к полурасплавленной поверхности металла и делают на ней небольшия углубления, вследствие чего места сварки получаются шероховатыми, если только они не ирокованы самым тщательным образом, что, однако, не всегда возможно.

Для устранения эгих недостатков, вместо Г., устраивают особия печи-Г., устройство которых в общих чертах состоит в следующем. Камера, приспссоб-ленпая для горения известного рода топлива, соединяется с рабочим каналом: в камеру проводится дутье, холодпое или горячее,—последнее, разумеется, лучше; горячие газы с силой вырываются из камеры и летят вдоль раббчого канала, заворачивая потом в трубу. Рабочий канал покрывается сводом или плоским перекрытием. Свод приготовляется из огнеупорного кирпича, заключеппого в раму из углового железа. Рама должна быть настолько прочно связана, чтоб весь свод можно было безопаспо снимать. Под у печи делается вообще значительно шире свода (в 2—3 раза) и устилается кирничем, или же утрамбовывается кварце- I

вым песком. Па поде устанавливается песколько кирпичей, и на них свободно опускается рама со сводом. Разстояние между кирпичами может быть изменено, в зависимости от размера пагреваемых предметов. Пространство между перекрытием, подом и подпорами составляют рабочия окна. Ипогда является необходимость убрать все подпирающие свод кирпичи, оставляя только одни концевые. Высота свода над подом пе должна быть слишком зиачительпа, 100—125 миллиметров. совершенно достаточно. Специальные работы, папр., приготовление заклепок и болтов, сварка шин и цепей и прочие, требуют и специального устройства рабочого канала. Uа одной печи могут работать до 20 кузнецов. Смотря по характеру работы, нагреваемые предметы размещаются ближе или дальше от топочной камеры. Чем ближе к камере, тем температура выше.

На таких печахь-Г. можно работать дровами, каменным углем, торфом, нефтяными остатками и чистой нефтью.

Рисунок 4.

На рисунке 4 представлен пример газового Г. для нагревания небольших предметов. Газ приводится по трубе М и Л; воздух входит по трубе JV; инжектор I всасывает с собой газ, и смесь газа и воздуха поступает в отверстия L с одной стороны горна и в такие же отверстия с другой. Впутри газ зажигается, причем пламя одпого ряда рожков L проходит над нагреваемым предметом, а нла я другого, противоположного, ряда идет под предметом, закладываемым через отверстие О. Таким образом, впутри камеры получается огневой вихрь, омывающий нагреваемый предмет, и нагрев получается очень равномерный. Изменяя с помощью крапов О и Н состав смеси, можно по желанию получать пламя окисляющее, с высокой температурой, или же коптящее, с более низкой температурой.

А. Гавриленко.

получил богословское образование, но отказался от духовной карьеры, занялся изучением права и посвятил себя публицистике и научным изысканиям. Известность ему доставил памфлет, написанный им в 1765 г. в защиту Джона Уилькса (cat.); затем он вел полемику с автором „Писем Юниуса“ и издал ряд других памфлетов. За защиту восставших северо-американских колоний Г. был приговорен к одному году тюремного заключения; в 1794 г. против него было возбуждено обвинение в государственной измене, но процесс кончился оправданием. Попытки Г.-Т. попасть в парламент не увенчались успехом, т. к. избрание его, как духовного лица, не было утверждено. Из ученых работ Г.-Т. известностью пользуется „Ереа ptero-enta, or the diversions of purley“ (2 t. 1786—1805), обширный трактат грамматического содержания, в который автор, впрочем, нередко вставляет замечания по полит., обще-философским и т. и. вопросам. Ум. Г.-Т. в 1812 г.

Горный воск

Горный воск, см. озокерит.

Горный Дубняк

Горный Дубняк, болгарская деревня, лежащая в 18 в к юго-зап. от ИИлевны на Софийском шоссе. 12 окт. 1877 г. здесь произошло кровопролитное сражение между русскими и турками, составлявшее часть более широкой операции, имевшей целью полную блокаду Плевны.

Горный лен

Горный лен, см. асбест, IV. 61.

Горный хрусталь разновидность кварца

Горный хрусталь, разновидность кварца (смотрите), отличающаяся своей чистотой и прозрачностью.

Горные железные дороги

Горные железные дороги, см. железные дороги.

Горные породы

Горные породы, представляют геологически самостоятельные минеральные массы значительных размеров, имеющия в различных своих частях более или менее постоянный химический и минералогический состав. Всякое новообразование Г. п., происходящее ныне и происходившее в прошлия геологические эпохи, является ничем иным, как передвижением минеральной массы на новое место, нередко связанным с химическими превращениями среди передвигаемоймассы. Такие передвижения являются следствием деятельности геологических факторов двух категорий. Во-первых, факторов, черпающих свою энергию в физико-химических процессах, происходящих в глубине земных недр. Во-вторых, факторов, живая сила которых имеет своим источником энергию небесных тел. Деятели первой категории приводят к образованию горных пород в явлениях вулканизма, сущность которых заключается в том, что напряжения, возникающия внутри земного шара, выносят кверху расплавленные, огненно-жидкие минеральные массы, которые здесь затвердевают. Факторы второй категории— водные и атмосферические движения, жизнедеятельность организмов—перерабатывают поверхностные части земной коры. Они удаляют минеральные массы с одних пунктов земной поверхнос ти и нагромождают их в других. Согласно двоякому способу своего происхождения Г. п. делятся на две основные группы: вулканические и осадочные. Те и другия после своего образования претерпевают разнообразные изменения. Последния в одних случаях бывают незначительны, так что Г. п. не теряют своих существенных свойств. Такие изменения называются диагенезисом. В других случаях изменения являются столь глубокими, что приводят к полному преобразованию Г. и., даже к перемене их химического и минералогического состава. Эти глубокие изменения носят название чл<е-таморфизма. Под влиянием метаморфизма Г. и. указанных групп преобразуются так, что их первоначальная разница исчезает или сильно затушевывается, и на первый план выступают вновь приобретенные в процессе метаморфизма сходные черты. Таким образом, к двум вышеназванным группам Г. п. присоединяется третья естественная группа— Г. п. мета.трфические. Разнообразные Г. п. своей совокупностью слагают земную кору. Способ их расположения в земной коре называется их залеганием. Различие в генезисе Г. п. обусловливает и разницу в ихспособе залегания. Близ земной поверхности Г. п. обыкновенно представляют не сплошные, непрерывные твердия массы, а являются разделенными системою правильных трещин на отдельные части, приблизительно одинаковой формы и величины. Это явление носит название отдельности Г. п. Трещины, вызывающия отдельность, или происходят при сокращениях объёма Г. п., вызываемых остыванием у вулканических, или высыханием у Г. п. осадочных, или лсе являются результатом механических деформаций, совершающихся среди минеральных масс земной коры. Главнейшие из видов отдельности следующие: пластовая, когда система параллельных трещин делит массу Г. п. на части, имеющия вид слоев. При возникновении нескольких систем трещин получаются отдельности плитообразная, кубическая, парал-лелепипедальная, глыбовая, столбчатая. Развитие трещин в виде кривых поверхностей ведет к образованию шаровой отдельности. Всякая Г. п. представляет из себя аггрегат минеральных индивидуумов, принадлежащих то к одному, то к нескольким видам. Форма этих индивидуумов и способ их расположения обусловливают структуру Г. п. Среди минералов, слагающих ту или иную Г. п., различают главные или существенные от второстепенных или несущественных. Первые в составе Г. п. играют доминирующую роль, самый характер данной Г. п. обусловлен ими; вторые являются лишь незначительною к ним примесью.

Изверженные или вулканические Г. п. происходят при остывании магмы (расплавленной силикатовой массы), поднявшейся из глубоких недр земли, где господствует высокая температура, в поверхностные области. Магма застывает на земной поверхности или на некоторой глубине в промежутках между Г. п. Условия застывания в этих двух случаях резко не одинаковы, что ясно отражается на самом характере происходящих Г. п. На этом основании вулканические Г. п. разбиваются на излившиеся, или эффузивные, и глубинные.

или интрузивные, отличающияся глав-пейше формами залегания и структурой. Магма, излившаяся на земную поверхность, при жидкой, легко-подвижной консистенции, течет по наклону в виде потоков, так и застывает, на ровной поверхности она растекается, образуя озероподобпый покров. При густой консистенции магма растекается с трудом, а скопляется у пункта своего истечения в виде закругленного возвышения, имеющого форму щита или купола. Эти формы залегания—поток, покров, щит, купол и являются характерными для эффузивных Г. п. Глубинные п. застывают в подземных пустотах, формой которых и обусловливается их залегание. При застывании в трещинах образуются жилы. При выполнении неправильных пещерообразных пустот происходят штоки. Когда магма с силою втискивается между слоями, приподнимая их над собою в виде свода, то, застывши, она образует караваеобразную массу, называемую лакколитом. Для вулканических Г. п. характерно также присутствие в соприкасающихся с ними частях, окружающих Г. п., особого рода изменений, которым придается название контактного метаморфизма. Эти изменения вызываются нагрева-нием породы, проникновением в нее из магмы различных газообразных веществ и инъецированием самой магмы. Образование вулканических горных пород происходило в прежние геологические эпохи, как происходит и ныне. Так как геологическая хронология основывается исключительно на породах осадочных (смотрите геологические системы, XIII, 265), то геологический возраст вулканических Г. п. может быть определен лишь на основании изучения отношения их к породам осадочным. При застывании магма кристаллизируется. Процесс кристаллизации в одних случаях идет до конца, в других—магма лишь отчасти успевает окристалли-зоваться, а частью застывает в виде стекла. Наконец, иногда магма всей массой отвердевает в виде стекла. В зависимости от этого вулканические Г. п. бывают полно-кристалличсские, полукристаллические и стекловатыя. Форма выделяющихся кристаллов, способ их расположения и их соотношение со стекловатой массой обусловливают структуру вулканических Г. п. Эта структура зависит, главным образом, от физических условий затвердевания магмы. Отдельные минеральные индивидуумы, выделяющиеся при застывании магмы, или приобретают свойственную их веществу многогранную форму ограничения, или же их форма является случайной, обусловленной соприкасанием с другими индивидуумами. В первом случае получаются минералы ндиоморфныс, во втором — аллотрго-морфные. Переход от одних к другим составляют гипидиоморфные индивидуумы—такие, которые частью имеют собственное очертание, а частью их очертание обусловлено соприкасанием с другими минералами. Это различие дает возможность установить порядок выделения минералов из магмы, так как, очевидно, идиоморфные минералы должны были выделиться раньше аллотриоморф-ных. Главнейшими основными структурами вулканических Г. п. являются структура зернистая и порфировая. Первая наблюдается лишь у полнокристаллических Г. п. Она характеризуется тем, что главные составные части породы имеют приблизительно одинаковые размеры и перемешаны друг с другом без какого - либо определенного порядка. Разновидностями зернистой структуры будут: 1) гранитная. При этой структуре цветные минералы—слюда, авгиты, роговия обманки—по отношению к полевым шпатам, и последние по отношению к кварцу являются идио-морфными,—что указывает на такой порядок выделения: вначале цветные, затем полевые шпаты, а в заключение кварц. 2) Офитовая или диабазовая структура, в которой порядок выделения минералов обратный, так что полевые шпаты являются идио-морфными по отношению к цветным минералам. 3) Пегматитовая с., состоящая в том, что крупные индивидуумы одного минерала прорастают многочисленными неделимымидругого. Порфировая с. состоит в том, что среди мелко-зернистой, плотной, или стекловатой массы заключены более крупные кристаллы. Эту структуру принимают как полно-так и полу-кристаллические Г. п. Важнейшия разновидности: L) полнокри-сталлически-порфировая, когда окри-сталлизована вся основная масса, 2) по-лукристаллически-порфировая с., при которой основная масса породы частью окристаллизовалась, а частью отвердела в виде стекла. Если при этом в ней преобладают кристаллы, то получается а) интерсвртальная с., при преобладании стекла с микролитами происходит Ь) гиалопилитовая с. Часто микролиты располагаются потоками, обтекающими порфировия выделения, что обусловливает с) флюидальную с. 3) Стекловато-порфтровая или витро-фировая с. У нея вся основная масса является в виде стекла с микролитами.

В химическом составе вулканических Г. п. выдающуюся роль играет Si02, количество которого изменяется от 24°/0 до 85°/0. Вместе с ним присутствуют А1203, Fe20s, РеО, MgO, СаО, KgO, NaO. Другие окислы присутствуют в незначительных количествах. Относительным количеством окислов характеризуется с химической стороны тип горной породы. Для такой характеристики состав ея удобно выражать в числах, отвечающих молекулярному количеству окислов. С этою целью найденное анализом число % каждого окисла делится на молекулярный вес последняго, а затем полученные сведения перечисляются на 100. Для большей наглядности молекулярный состав изображается графически, или же находит выражение в различных формулах. Из график особенно наглядным является построение Мишель-Леви и Броггера. Оно состоит в том, что вычерчивают 8-лучевую звезду и на ея ветвях откладывают отрезки, пропорциональные количеству молекул в данной Г. п. главных окислов. Концы отрезков соединяют линиями, очерчивающими замкнутую площадь. Графика Озанна, на которой молекулярный состав любой Г. п. выражаетсяодной точкой, устраняет многие недостатки громоздкого построении Мишель-Леви, но зато теряет в наглядности. Для выражения состава Г. п. формулами особенно удобен метод Ле-винсона-Лессннга. Названный ученый молекулярные количества окислов делит на три группы: в одну относит Si02, в другую—окислы типа R203, в третью соединяет окислы R20 “и ИЮ, обозначая их RO, и таким образом получает магматическую формулу птЖ). nR203. pSi02. Химический тип Г. и., прежде всего, зависит от количества Si02. Для характеристики в этом отношении служит т. наз. кислотный параметр и коэффициент кислотности. Кислотным параметром (его обозначают буквой Левинсон-Лессинг называет число, показывающее отношение количества молекул Si02 к количеству молекул основных окислов. А коэффициент кислотности (d)—это частное, полученное от деления числа атомов О, связанных с Si, на число тех же атомов, связанных с основаниями. По содержанию Si02 Г. и. делятся на кислыя, средния и основные. Кислия породы характеризуются избытком кремнекислоты над основаниями. Содержание Si02 в них свыше 01%. У них р > 2, а > 2,4. В средних породах Si02=от 57 до 61%, а > 2 и <2,4. В породах основных Si02< 57%. Минералогический состав вулканических Г. п., конечно, прежде всего зависит от химического состава магмы, давшей начало данной Г. и. Роль главных составных частей пород играют очень немногие минералы, именно: кварц, полевые шпаты и их заместители — нефелин, лейцит,— группа слюд, пироксены, амфиболы, оливин. Кварц выделяется из магмы лишь при избытке в ея составе Si02. Из магм, богатых щелочами, выкристаллизовываются щелочные полевые шпаты (ортоклаз, микроклин, альбит), если магма в то же время избыточествует Si02; при недостатке же Si02 выделяются заместители полевых шпатов — нефелин, лейцит, содалит и др. При значительном содержании в магме СаО образуются плагиоклазы и анортит. Кварцы, полевые шпаты и их заместители по своей светлой окраске получили название лейкократовых составных частей (Xeuxo’s—белый), а окрашенные минералы—биотит, амфиболы, пирок-сепы и олифин называются мелано-кратовыми составными частями (це/.а-во; — черный). При минералогической характеристике Г. п. необходимо отличать первичные минералы, выделившиеся при затвердевании магмы, от вторичных, происшедших из первых путем их изменения вследствие различных гидро-химических процессов. Вторичными минералами наи-чаще являются: хлорит, каолин, серпентин, эпидот, кальцит и мн. др.

Вулканическая магма с физикохимической точки зрения представляет смешанный раствор. Ея состав более сложен, чем состав происходящих из нея I1. п., так как в ней растворены различные газообразные вещества—водяные пары, углекислый газ, хлористыя, фтористыя, сернистия и др. соединения, которые выделяются из магмы при ея затвердевании. Эти вещества имеют важное значение при кристаллизации магмы, облегчая выделение тех или иных минералов. Они называются минерализаторами. Последовательность выделения из магмы минералов определяется не температурой их плавления, а степенью растворимости при данных условиях в магме. При этом кристаллизация какого-либо компонента раствора не может наступить, пока температура последнего выше его точки плавления при данных условиях. Если для магмы положение пресыщения этим компонентом наступает при температуре выше его точки плавления, то он выделяется в виде жидкости, не смешивающейся с основной магмой. Таким путем в массе магмы обособляются участки иного состава. При отвердевании они дают начало т. наз. шлирам. Кристаллизация магмы подчиняется законам эвтектики. Эвтектической смесью называется смесь двух или нескольких веществ, дающих сплав, в таком соотношении, при котором температура плавления смеси является наиболее низкой. При охлаждении сплава такой смеси компоненты еякристаллизуются одновременно, весьма тесно прорастая друг друга. Если состав смеси не соответствует эвтектике, то при охлаждении сплава вначале, до наступления эвтектической температуры, выделяется излишествующий по отношению к эвтектике компонент смеси, пока последняя не достигнет эвтектического состава. В дальнейшем компоненты смеси застывают одновременно. Разнообразие вулканических Г. п. обусловливается дифференциацией первоначальной магмы на части, различные по составу. При изучении вулканических Г. п. полевия исследования разрешают вопросы о форме их залегания, о их взаимном соотношении и их возрасте. Изследования лабораторные направлены к выяснению их химического и минералогического состава и их структуры. Химический анализ Г. п. производится обычными в химии методами. При этом необходимо выяснять вместе с валовым составом Г. п. и состав отдельных ея компонентов. Для разделения последних наичаще пользуются методом тяжелых жидкостей. Порошок породы помещают в сосуд с тяжелой жидкостью, минералы более легкие, чем последняя, всплывают, отделяясь от тяжелых, падающих на дно. Таким путем, при помощи изменения удельного веса тяжелой жидкости прибавлением соответствующей более легкой (обыкновенно воды или бензола) возможно разделить друг от друга все составные части породы. Для выяснения характера Г. п. особенно важно знакомство с ея минералогическим составом. Последний изучается с особой тщательностью при помощи поляризационного микроскопа. Для этого из Г. п. приготовляют тонкие прозрачные шлифы, которые исследуются под микроскопом. Микроскопический метод в петрографии введен англичанином Сорби в 1858 г. и получил всеобщее распространение, благодаря, главным образом, стараниям Циркеля. Этот метод, непрерывно совершенствуясь, в настоящее время достиг весьма высокой точности. Полученные укапанными способами данные о Г. н., комбинируясь, освещают характер последних, выясняют их генезис и, проверяясь экспериментально при получении искусственных Г. п., дают возможность обрисовать те физикохимические процессы, результатом которых они являются. Однообразной, общепринятой классификации вулканических Г. п. не существует. В основу классификации одними исследователями ставится минералогический состав Г. п. (Циркель, Розенбуш, Мишель-Леви), другими же на первый план выдвигается химический состав (Левинсон-Лессинг, Красс, Иддингс, Пирсон, Вашингтон). Пока более распространенной и более удобной является классификация минералогическая. Указанные выше основные группы—глубинные и излившиеся п.—по химическому и минералогическому составу не имеют различий. Отличие между ними существует в формах залегания, подробно указанных выше, и в структуре. Глубинные п., отвердевшия под большим давлением в присутствии минерализаторов, всегда полно -кри-сталличны и особенно склонны к зернистой структуре. Излившиеся п., отвердевающия при слабом давлении и потому без минерализаторов, дают структуры преимущественно порфировыя. В их основной массе наичаще присутствует стекло. Подразделения внутри указанных групп основываются на характере лейкокра-товой части. Различают: А) полевошпатовия Г. п.; В) Г. и. с заместителями полевых шпатов; С) Г. п. без полевых шпатов и их заместителей. Дальнейшее отличие производится на основании присутствия или отсутствия кварца и па основании характера меланократовых элементов Г. п. Среди излившихся Г. п. проводят еще различие по их геологическому возрасту.

Обзор важнгъйииих вулканических горных пород. I. Глубинные породы.

А) Полевошпатовия Г. п.

1) Ортоклазовыя: а) кварцевыя. Сюда относится семейство грангитов. Это кислия Г. п. Si02 в них около 70%; р=3,85. Минералогический состав: кварц и щелочной полевой шпат

2015

(главнейше ортоклаз, затем микроклин с альбитом), из темных минералов—биотит и амфибол, реже пироксен. Часто присоединяются кислые плагиоклазы и мусковит. Порядок выделения минералов: 1) темные, 2) полевые шпаты в порядке возрастающей кислотности, 3) кварц. Структура гранитно-зернистая (об отдельных членах семейства гранитовых см. гранит), б) Ортоклазо-вия безкварцевия Г. п. Семейство сиенитов. Это средния Г. п. В пих Si02 от 55 до 65%; (3=2. Структура гранитово-зернистая, иногда порфировидная. От гранитов это семейство отличается меньшей кислотностью и в соответствии, с этим отсутствием кварца. Подразделения сиенитов соответствуют подразделениям в гранитовом семействе. По характеру полевых шпатов и здесь отличают нормальные сиениты от щелочных. По характеру меланократового минерала отличают роговообманковый, биотитовый, пироксеновый сиениты.

2) Плагиоклазовия Г. и. а) с кислым плагиоклазом. Семейство диоритов; Si02 от 50 до 67%; р=1,6. Структура гранитно-зернистая. Минералогический состав: плагиоклаз кислый, чаще всего олпгоклаз и андезин, сильно преобладает, составляя до % массы породы; к нему присоединяется в небольшом количестве кварц и щелочной полевой шпат. Из темных минералов чаще амфибол, реже пироксен или биотит. Отличают: роговообманковые диориты, кварцево-роговообманковые, квар-цево-биотитовые, биотитовые, пироксе-новые и др. Диориты рядом переходов связаны с гранитами и сиенитами. б) Плагиоклазовия Г. п. с основным плагиоклазом. Сюда относятся габбро и нориты, основные Г. п. В них Si02 от 45 до 50%; мало щелочей и сравнительно много ПО, р для габбро=1,05, для норитов=1,43. Структура то гранитная, то офитовая. Минералогический состав: основной плагиоклаз от лабрадора до битов-нита; в меланократовой части обычнее пироксен, реже амфибол или биотит. Более основные из этих пород содержат оливип. Отличают

1) габбро—из плагиоклаза и диаллага;

2) оливиновос габбро—из плагиоклаза, диаллага и оливина; 3) роговообманко-вое габбро—из плагиоклаза и роговой обманки; 4) норит—из плагиоклаза и гиперстена; 5) олгивиновый норит и др.

B) Г. п. с заместителями полевых шпатов. Основные породы гипидио-морфно-зернпстой структуры. Сюда относится: миссурит, состоящий из лейцита и пироксена; ийолит—из нефелина и пироксена; шонкинит состоит из нефелина вместе с ортоклазом и из темных минералов, главнейше из пироксена, затем из биотита и амфибола.

C) Г. п. без полевых шпатов и их заместителей. Основные I1. п. с малым содержанием Si02, с большим количеством РеО и MgO. Состоят из меланократовьих минералов, среди которых преобладает оливин. Сюда относятся: группа перидотитов, в которых преобладает оливин: дунгт состоит почти исключительно из оливина; верлит— из оливина и диаллага; лерцолит— из оливина, диопсида и энстатита; роговообманковый перидотит—из оливина и роговой обманки; слюдяной перидотит—из оливина и биотита. Группа пироксенитов. Ея члены слагаются тем или иным пироксеном с весьма небольшой примесью оливина. К этой группе относятся диал-лагиты, гиперстениты, бронзгтиты.

II. Излившиеся Г. п.

А) Полевошпатовыя.

1) Ортоклазовыя—а) кварцевыя. По химическому и минералогическому составу—аналоги семейства гранитов. Структура порфировая. Основная масса тонко-зернистая, или плотная, стекловатая. Лейкократовые минералы преобладают над меланократовьими. Сюда относится кварцевый порфир. В нем полевой шпат представлен ортоклазом с небольшой примесью плагиоклаза. Основная масса тонкозернистая, или полукристаллическая интерсертальная. Это древневулканическая Г. п., дотретичного возраста. Липарит. Полевой шпат представлен санидином. Основная масса ин-терсертальная или гиалопилитовая.

Ново-вулканическая Г. п. Обсидиан— вулканическое стекло. Пехштейн или смоляной камень—тоже стекло, но с значительным содержанием воды. Перлит—стекло, разбитое трещинами на мелко-шаровую отдельность. Пемза—пористое стекло. Ь) Ортоклазовия безкварцевия Г. п. Аналоги сиенитов. Сюда относятся: Ортофир—древне-вулканич. Г. и. Полевой шпат представлен ортоклазом. Основная порфировая масса мелкозерниста. Трахит—нововулканическая Г. п. Порфировия выделения составляют санидин и немного плагиоклаза. Количество темных минералов невелико. Основная масса флюидального строения, состоит из мелких пластинчатых кристалликов санидина. По темному минералу различают слюдяной, авгитовый, роговообманковый трахит.

2) Плагиоклазовия Г. п. а) с кислым плагиоклазом. Излившиеся аналоги диоритов. Полевой шпат принадлежит олигоклазу или андезиту. Сюда относятся: порфирит кварцевый и безкварцевый из древне-вулканических пород. А из ново-вулканических дацшш, состоящие из плагиоклаза, кварца и темного минерала; по характеру последнего отличают биотитовые, роговообманковые и пиро-ксеновые дацнты; андезиты состоят из тех же минералов, но без кварца. Отличают биотитовые, роговообманковые, энстатитовые, гипер-стеновые андезиты. Ь) Плагиоклазовия Г. п. с основным плагиоклазом. Аналоги габбро. Плагиоклаз принадлежит лабрадору, битовшиту и анортиту. Темные минералы преобладают. Из древневулканических Г. п. сюда относятся диабазы; они сложены плагиоклазом и авгитом, к которым часто присоединяется оливин (оли-виновьие диабазы); структура зернистоофитовая; диабазовые порфириты—из плагиоплаза и авгита, структура порфировая; мелафир—из плагиоклаза, авгита, оливина, структура порфировая. К нововулканическим породам этой группы принадлежат базальты оливишовые и безоливиновые, состоящие из плагиоклаза и авгита с олишином или без него. Породымелкозернистыя, до плотных, темного цвета, иногда с порфировой структурой. Для базальтов очень характерна столбчатая отдельность. -

B) Г. п. с заместителями полевых шпатов. Лейцнтовия породы, представляющия излившиеся аналоги мис-суритов: лейцитит состоит из лейцита и авгита; лейцититовый базальт—из лейцита, авгита и оливина. Нефелиновия породы—аналоги ийолитам: нефелинит—из нефелина и авгита; нефелиновый базальт—из нефелина, авгита и оливина.

C) Г. п. без полевых шпатов и их заместителей. Пикриты и пи-критовые порфириты представляют аналоги перидотитов. Состоят из авгита и оливина.

Осадочные Г. п. происходят путем переработки атмосферой, водой и организмами горных пород, ранее образовавшихся. Оне скопляются на дне водных бассейнов и на поверхности суши. Соответственно этому их подразделяют на водно-осадочные и континентальные образования.

А. Водно-осадочные Г. п. в противоположность вулканическим характеризуются слоистостью и содержанием окаменелостей. Породообразующими минералами в группе осадочных Г. п. служат, главным образом, углекислыя, сернокислия и галоидные соединения, а также кварц в виде обломков. Из силикатов важную роль играет лишь каолин, который в вулканических Г. п. является минералом вторичным. Структура водно-о садочных Г. п. редко - зернистая, а чаще пластическая, состоящая в том, что порода слагается из разнообразных обломков. Минеральные массы приносятся в водные бассейны текучими водами или в виде растворов, или в виде механически взвешенных и механически передвигаемых веществ. Последния при наступлении благоприятных условий падают на дно бассейна. Растворенные вещества выпадают из раствора при испарении. Затем, они служат организмам материалом для образования их твердых частейскелетов, раковин и тому подобное. После смерти организмов их твердия части, скопляясь па дне, образуют значительные минеральные массы. Согласно изложенным способам происхождения водных осадков, осадочные Г. п. делятся на обломочные, химические осадки и органогенные.

1. обломочные Г. п. представляют скопления разнообразных обломков минералов Г. п. Структура пластическая. Песок представляет рыхлое скопление мелких зерен различных минералов, главным образом, кварца. Песчаник—зто песок, сцементированный в плотную массу каким-либо минеральным веществом. В зависимости от цемента различают кварцевые, известковые, железистыф, глинистые песчаники. Гравий—рыхлое скопление окатанных обломков Г. п. Щебень—рыхлое скопление угловатых, неокатанных обломков. Конгломерат—представляет сцементированный гравий. Брекчия—сцементированный щебень. Глина—сложена мельчайшими хлопьями каолина с примесью разных минералов—кварца, кальцита и других. Суглинок—состоит из каолина с значительной примесью песка. Мергель—Г. п. смешанного типа. Состоит из обломочного материала (главнейше из глины, частью из песка) и углекислых извести и магнезии. Количество карбонатов от 25% до 75%.

2. Химические осадки представляют результат кристаллизации из водных растворов. Структура зернистая или плотная. Каменная соль. Гипс. Ангидрит. Лимонит. Часть известняка.

3. Органогенные Г. п. Структура преимущественно кластическая. Лишь позднейшия изменения, приводящия к перекристаллизации массы Г. п., придают этим породам зернистую структуру. Известняк—сложен зернами кальцита. Зернистый или плотный, часто состоит из мало измененных обломков твердых частей организмов. Его разновидности: известняк плотный, коралловый, нум-мулитовый, фузулиновый, мел, оолитовый, мрамор. Доломит—сложен зернами доломита. Трепел, кизельгур— представляют скопления мелких кремневых панцырей диатомовыхводорослей. Антрацит, каменныйуголь, бурый уголь, торф.

В. Континентальные отлозисения представляют минеральные массы обломочного характера, скопляющияся на поверхности суши. Их накопление обусловливается деятельностью ледников, переносною силою ветра и временных водных потоков. Валунный суглинок слагает основную и конечные морены ледников. Он состоит из глины, песка, мелкого щебня и крупных валунов, беспорядочно смешанных. Слоистость отсутствует. Лесс также лишен слоистости. Он представляет светложелтую зернистую массу, состоящую из мелких, пылеватых, глинистых и кварцевых частичек с примесью до 30% углекислой извести. Это—скопление мелкой пыли, осевшей из воздуха. Дюнные пески (смотрите дюны)— песчаные холмики, нагромождаемые деятельностью ветра.

Метаморфические Г. п. Коренные изменения Г. п., ведущия к преобразованию минералогического и химического состава их, наступают тогда, когда оне при опускании земной коры и нагромождении сверху новых минеральных масс переходят в более глубокие части литосферы. Здесь оне подвергаются воздействию высокой температуры и высокого давления, преобразующее влияние которых усиливается деятельностью перегретой воды. Г. п. испытывают двоякое давление: во-первых, равномерное по всем направлениям от вышележащих минеральных масс, во-вторых, одностороннее, развивающееся при горообразовании. Метаморфизующее воздействие обусловливается, главным образом, последним. По химическому и минералогическому составу метамор-фич. Г. п. частью близки к вулканическим (гнейс, амфиболиты), частью к осадочным (филлиты, глинистые сланцы). Под влиянием бокового давления в них развивается сланцеватость, обусловливаемая параллельным расположением пластинчато-чешуйчатых минералов—слюды, серицита и др. В силу развития этого свойства метаморфические Г. п. называются кристаллическими сланцами. Их структура носит название кристаллобласти-ческой. Если составные части кристаллических сланцев имеют одинаковые размеры, то получается гомеобла-стическая с., в противном случае— гетеробластическая. По возрасту кристаллические сланцы относятся, главным образом, к самым древним образованиям—архейским и альгон-ским, но встречаются и среди палеозоя, а в редких случаях и среди мезозоя. Главнейшие представители матаморфических Г. п., гнейсы, состоят из кварца, щелочного полевого шпата (ортоклаза, микроклина) и слюды. К ним присоединяются кислый плагиоклаз, амфибол, пиро-ксены и др. (подробности см. гнейс). Слюдяные сланцы сложены кварцем и слюдою. По характеру последней отличают биотитовый, мусковитовый, двуслюдистый, парогонитовый сланцы. Кварцитовый сланец состоит из кварца и небольшого количества слюды, кварцит — из одного кварца. Хлоритовый сланец сложен хлоритом, тальковый—тальком. Роговообманковый сланец состоит из роговой обманки; амфиболит из роговой обманки и полевого шпата. Глинистый сланец состоит из тончайших листочков слюды и каолина. Литературу см. в приложении к ст. география. А. Нечаев.

Горные учебные заведения

Горные учебные заведения. Зарождение их относится Кb XVIII В., когда открылась Фрейбергская горная школа (1765 г.) в виде правильно функционирующого учреждения. Преподавание же горных наук предшествовало основанию этой школы. При малом развитии естеств. наук отдельные лица — профессора ест. н. в областях с сильно развитой горной промышленностью (Саксония) — могли являться энциклопедистами в узкой сравнительно области горного дела. Первым русским, специально командированным с целью всестороннего изучения последнего заграницу, был Ломоносов, посланный (1736 г.) в Марбург, учившийся там до 1739 г. у X. Вольфа, а затем до 1740 г. во фрейберге. Вернувшись в Россию, Л. читал лекции по минералогии, химии и пробирному делу, опубликовал соч. „О рождении металлов трясением земли“, „О движении воздуха в рудникахъ“, издал первый курс—энциклопедию горнозаводских наук в России под назв. „Первия основания металлургии“ и начал собирать материалы для издания минералогии России. Первым горным учебным заведением в России было горное училище, основ. в 1773 г. в Петербурге, переименованное в 1804 г. в горн. кадетский корпус, а затем, с переходом горных инженеров в 1863 г. из воен. чинов в гражданские,—в Торный Институт (с 1896 г. Г. и. Имп. Екатерины II). Г. и. вплоть до конца XIX в служил единств. выаиим горн. учебным и ученым заведением. При нем учреждены были выделившиеся постепенно в отдельные учреждения: главная физич. обсерватория, горный ученый комитет, геологич. комитет и так далее В настоящее время, кроме Петербургского Г. и., есть еще Екатеринославский Г. и., преобразов. в 1912 году из основан. в 1899 г. Высшого Горного Училища. Оба Г. и. имеют отделения горное и металлургическое. Горные отделения имеются в Донском и Варшавском политехникумах и Томском Технол. и., а ме-таллургич. в петерб. политехникуме и харьков. Техн. и. Высшее горнозаводское образование, т. обр., по числу уч. з. является обеспеченным. Средния, а особенно низшия Г. у. з. по количеству ничтожны; число учащихся в них в несколько раз меньше, чем в высших Г. у. з. На лицо следующия Г. у. з., характер кот. виден из указываемой продолжительности занятий и ценза для поступления: Уральское Г. у. з. в Екатеринбурге (основ. 1853 г., в нын. виде с 1904 г.), продолж. занятий 4 г., городск. училище; Иркутское г. у. (с 1893 г.), п. з. 4 г., 2 классн. учил.; Домбровское г. у. (с 1889 г.), п. з. 4 г., 2 кл. уч.; Лисичанское г. у. (1871 г.) и Горловское г. у. (1877 г. частное у. з.), оба в Донецком бассейне, п. з. 4 г., одноклассн. уч.; Турьинское г. у. (северный Урал), п. з. 4 г., однокл. училище; Макеевская школа горных десятников (с 1908 г. частное уч. з.) принимает рабочих на 2 года и является единственным учебным заведением столь нужнаготипа. Кроме этих учебных заведений Горного Ведомства, есть еще в Министерстве народного просвещения: пермское реальное уч. с горнозаводским курсом (3 г. после V классов реальнаго), такое же таганрогское, существует горнозаводское училище в Нижнем Тагиле и открывается горнозаводское уч. в Юзовке. В открываемом мин. торг. в 1912 году политехническом уч. в Томске устраивается горное отделение (2 года после YI кт.). Уставы и программы Г. у. з. в настоящее время в переработке. Насколько низко стоит в России среднее и низшее горное образование, показывает то, что при очень сравнительно крупной роли горнозаводского дела в русской промышленности число лиц, получивших его в 1910 г., составляло всего 0,3°/0 числа учащихся во всех среди, и низших профессиональных учебных заведениях империи. А. М—ий.

В Германии есть Гор. акад. в Фрей-берге, Берлине (1770) и Клаустале (Пруссия, 1775); горное и металлург. отд. в высш. технич. училищ. Аахена и металлург. в техн. уч. Берлина, Бреславля, ПИтуттгарта и Кетена. Средних и низших горн. учил. в Пруссии 11, в Саксонии 2 и так далее В Австро-Венгрии высш. горн. уч. имеются в Леобене (Штигрия), в Пржнбра-ме (Богемия) и в НИемнице (Венгрия) и двухгод. горн. курс при технич. учил. в Львове; 5 среди, и низших горн. училищ. франция имеет высш. горн. уч. в Париже и в Сент-Этьене и электро-металлург. отделение в Гренобле. Бельгия: в Льеже, в Монсе, при лувэнск. унив. В Англии: Imperial College of Science and Technology, поглотившее в 1907 году Royal School of Mines; кроме того, имеется спец. школа металлургии железа и стали в Бирмингеме и горные учил. в Уигэне, Кэмборне и Редруте. Горноведение представлено еще отд. курсами в шеффильдск. унив., в Armstrong College в Ньюкасле на Тайне, в унив. колледже в Ноттингэме и др. В Соединенных Штатах С. Ам.: в Гольдене, в Гаутоне, при колумб. унив. в Ныо-Иорке, горн. и металл. отделение в Massachusetts Intitute of Technology в

Бостоне; School of Mines and Metallurgy в Ролле (при мнссурийск. унив.), College of Mining в Беркли (при кали-форн. унив.), School of Mines при мин-несотск. ун. в Миннеаполисе, School of Mines при вашингт. унив. в Ситле, горн. отделение в пенсильв. колледже в Стэт-Колледже и др.

Городельский сейм

Городельский сейм, см. Вчтовт, X, 341.

Городенка

Городенка (Horodenlca), мест. в юго-вост. Галиции, 11.783 ж.

ГородецкийСергей Митрофанович

Городецкий,Сергей Митрофанович, писатель, родился в 1884 г. См. XI, 631.— „Ярь“, „Ярило“, „ярый“, „яростный“, „яркий“ — вот любимия слова поэта, влюбленного в „трепет солнечной игры“. В своем стихотворении „Поэтъ“ он с полным правом может заявить: „Я рассказал косноязычный природы яростную глушь, и был отраден необычный мой быстрый стих для ярких душъ“. Народное творчество питает фантазию поэта, который „обернулся зорким оком к близкой сердцу старине“. Природа дает ему свои разнообразные краски; не даром он владеет пф только пером, но и кистью. Солнечный Бальмонт, мифотворец Вяч. Иванов, мистик Александр Блок и даже Чулков с его „мистическим анархизмомъ“ налолсили свою печать на его книги: „Ярь“, „Перунъ“ и „Дикая воля“. Он подхватывает готовую формулу без критического анализа. В сборн. „Факелы“ (кн. II, стр. 195), в статье „На светлом пути“ он пишет нечто в роде credo: „всякий поэт должен быть мистиком-анархистом, потому что как же иначее“. Это „как же иначе“ часто заменяет аргументацию. Но не в этих формулах, а в „ликовании бытия“ значение поэта, которого любит „Ангел веселия“. Его образы — „перья жар-птицы“—радостно сверкают и бодрят тоном после дряхлых и анемичных стихов. Он один из первых заклеймил кружковщину и старческое эстетство „Весовъ“. Он назвал их „преждевременно одряхлевшим организмомъ“, „мертвецкой“, храмом, где „умершее стало более желательным, чем живое“ („Золотое руно“, 1908 г., А5 7—9, стр. 107). Первыйего сборник был ярче, богаче ритмами, чем послед. В сборн. „Русь“— влияние Некрасова. Растрепанность и небрежность его стихов, к сожалению, с течением времени не уменьшаются. Поэт в опьянении кладет широкие мазки своей „удалой кистью“ и сам говорит о „яростном звуке“ и „горящем стихе“ своих произвед. В них много непосредственности, движения, удали, но еще более чего-то ненужного, лишняго. Иногда кажется, что все эти стихи „Ярые“, „Яркие“ написанные с пылу-с жару черновики. В поэзии Г. есть золото, но оно не промыто. И все-таки стихотв. „Великая мать“, „Кладбище“, „Поясокъ“, „Мать“, „Золотой спасъ“, „Христова невеста“, его сказка „Яга“ не затеряются среди массы стихов и останутся в литературе. В прозе Г. не ярок. В. Львов-Рогачевский.

Городец

Городец, иначе Верхняя или Болыи. Слобода, старинное село балахнин. у., Нижегородской г., на р. Волге, 6.330 жителей, обширная торговля хлебом, центр поповщинской секты. В ХП в был известен под назв. Радилова или Волжский Г.; в 1238 г. был разорен Батыем; в 1263 г. здесь скончался Александр Невский.

Городец на Саре

Городец на Саре, урочище ростовского у., Ярославской г., близ с. Дебол, с остатками древнего укрепления, приписываемого мери; при раскопках найдено много каменных и бронзовых орудий, но также и предметы гораздо более позднего происхождения (арабские монеты и др.).

Городец

Городец, местечко кобринск. у. Гродн. губ., при Днеп.-Бугск. канале, пристань, 2.978 жит. Упомин. в лето-пис. под 1142 г. во время удельн. междусобий. 31 июля 1812 г. здесь происходил бой 3-й армии под начальств. Тормасова с австро-саксонск. корпусом Шварценберга и Ренье.

Городище

Городище, остатки древних укреплений, состоящие из вала и рва, очень разнообразной формы, черезвычайно широко распространены по всей Европе, встречаются также и в западной Сибири; число их не определено даже приблизительно, но во всяком случае считается тысячами; некоторые ученые дают громаднуюцифру 40.000 Г. Особенно часто Г. встречаются в славянских землях или в местностях, населенных прежде славянами, но все же в них нельзя видеть особенности славян; несомненно, Г. сооружались не одним народом и в самия разнообразные эпохи; древнейшия Г. восходят к неолитическому веку, позднейшия воздвигнуты в исторические времена. Точной и строго научной классификации Г. до этих пор не существует и, вообще, пока очень мало сделано для их изучения; в них видят то остатки постоянных укрепленных поселений, то временные укрепления, служившия лишь убежищем в случае неприятельского нашествия, то, наконец, священные места, назначенные для жертвоприношений, общественных молений или народных собраний. Эти объяснения во многих случаях, впрочем, не противоре-чат, а дополняют друг друга.— Особую группу Г. составляют так называемые „обожженные“ или „остеклованные“ валы (remparts vitrifies, Glasburgen, vitrified forts), у которых земля или камни, составляющие вал, действием сильного жара приведены в особо твердое, стекловидное состояние. Теперь трудно сомневаться в том, что это делалось умышленно и с помощью очень сложных приемов.

Городище

Городище, уездн. гор. Пензенск. губ., 4.692 ясит.

Городище

Городище, местечко черкасск. у., Киевск. губ., 17.173 ж., свеклосахарный, кирпичный и др. заводы; в окрестностях ломки лабрадора.

Городищенский уезд находится в юго-вост

Городищенский уезд находится в юго-вост. углу Пензенской губернии, граничит с Саратовск. губ. Занимает пространство в 6.046,7 кв. в Местность холмистая. Орошается рекой Сурой. Почва преимущественно песчаная, покрыта лесом и только отчасти, на востоке, супесчано-черноземная. Под лесом 48% площ. у., под пашней—37% площ. К началу 1911 г. считалось всего населения 211,6 тыс. человек (35,0 человек на 1 кв. в.), в т. ч. 5,3 тыс. человек городск., а по переписи 1897 г.—172,6 тыс. Преобладающее население — великороссы

(71,2%), значительную часть составляют также инородцы. Большая часть производ. населения занята земледелием. Довольно значительно развита фабрично-заводск. пром., главн. обр., суконное и шерстоткацкое произв. Из кустарных промысл. развиты: экипажный, выделка краш. дерев. посуды, лопат, гребней, рогож, кулей и гончарный. Надел. землевл. составл. 37,9% площ. у.; среди, разм. на 1 дв. 8,4 дес. Части, землевл. составл. 42,2%, сосредоточено преимущ. в руках дворян (65,8%). Среди, разм. 1 влад. у двор. 1.556 дес., у крест.—48,1 дес. Значит. часть земель уезда (19,9%) принадл. госуд. и учрежд.

Городищенския горы

Городищенские горы, возвышенность на прав. бер. Волги, верстах в 30 выше Симбирска, до 200 фут. выс. над уровнем реки.

Городло

Городло, посад грубешовск. у., Лю-блннск. губ., 3.734 жит.

Городничий

Городничий, прежде начальники полиции уездных городов, ныне заменены исправниками. Должность Г. установлена по учреждению о губерниях 1775 г. и уничтожена в 1862 г.

Городня

Городня (Городно, Городна), мест. пинск. у., Минск. губ., 6.278 жит.

Городня

Городня, уез. гор. Чернигов. губ., на берегу р. Городнянки, 7.026 жит.; муж. гимн.

Городнянский уезд находится в зап

Городнянский уезд находится в зап. части Черниговской губернии, гра-нич. с губ. Минской и Могилевской. Занимает пространство в 3.528 кв. в Местность — низменная равнина, орошаемая р.р. Днепром, Сожем и Сно-вою и отчасти Десною, из которых две первия судоходны. Почва принадлежит к типу дерновых и подзолистых супесей и глинистых песков; в сев.-вост. части уезда переходит в дерновые и слабо-подзолистые суглинки на лёссе; значит. часть у. на зап. составляют тростниковия болота. Под лесом—2б°/о площ. у., под пашней—48% площ. К началу 1911 г. считалось всего населения 201,0 тыс. человек (57,0 человек на 1 кв. в.), в т. ч. 4,7 тыс. человек городск., а по переписи 1897 г.—153,0 тыс. человек Преобладают малороссы. Грамотн. насел. 17,8%. Большая часть насел. занята в земледелии; заводская промышленность мало развита; между производствами наибольшее значение имеют винокуренное и свеклосахарное. Кустарные промыслы развиты сравнительно слабо. В торг. и трансп. занято 7,6%. Над. землевл. составл. 42,5°/о площ.; среди, разм. над. на дв. 6,1 дес. Частное зфмлевлад. составл. 48,6% и в значительной степени сосредоточено у крестьян (30,7%).

Городовое положение

Городовое положение, см. город (XV, 649 сл. и городское самоуправление).

Городовые магистраты

Городовые магистраты, см. город, XV, 645/47.

Городокский уезд находится в вост

Городокский уезд находится в вост. части Витебской губернии Занимает пространство в 3.107,1 кв. в Местность холмистая, орошается р.р. Ло-ватыо и Оболью. Центральная часть у. расположена на значительной Ви-тебско - Невельской гряде, служащей водоразделом здешних рек и падающей на зап. и вост. Почва в центр. части у. суглинистая, а на вост. и зап. преобладает супесчаная. Под лесом—37,5% площ. у., под пашней 28% площ., под лугами и выгонами—19,5%, под болотами и песками 15%. К началу 1911 г. считалось всего населения 140,9 тыс. человек (45,3 человек на 1 кв. в.), в т. ч. 6,2 тыс. человек городск., а по переписи 1897 г.—

112,0 тыс. человек Главн. обр. белоруссы (84,4%). Грамотн. насел. 11,2%. Большая часть населения занята в землед. и лесных промыслах; фабрично-заводск. промышл. и кустарные промыслы развиты очень мало. Надельн. землевлад. составл. 48,1% площ.; среди, разм. над. на дв. 10,6 дес. Частное землевл. составл. 34,9% и сосредоточено преимущ. у дворян (52,1%). Довольно значит. часть земель у. (17%) принадлежит госуд. и учрежд.

Городок

Городок, уез. гор. Витеб. губ., 7.182 жит., при рр. Нещедре и Горожанке.

Городок польск Грудек

Городок, польск. Грудек, мест. бе-лостокск. у. Гроднеиск. губ., 3.925 жит.

Городок

Городок (Грудек), мест. каменец. у. Подольск. губ., 8.848 жит., сах. зав.

Городолюбское озеро

Городолюбское озеро, небольш. оз. близ города Вышняго-Волочка, входящее в состав Вышневолоцкого водохранилища.

Городо-форпостинская

Городо-форпостинская (или Атаманская) станица, оживленный рыбопромышленный пункт на прав. бер. Волги, против Астрахани, основ. в 1764 г., 3.917 жит.

Городская дута

Городская дута, см. город—городское самоуправление.

Городская управа

Городская управа, см. город—городское самоуправление.

Городския училища учреждены по Положению з1 мая 1872 года

Городские училища учреждены по Положению 31 мая 1872 года, в связи с другими реформами школьного дела 60—70-х гг. прошлого столетия, и должны были заменить собой прежние уездные училища. Министерство нар. просв. признало, что курс уездных училищ не только „непригоденъ“ к „практическим потребностям местного городского населения“, но „еще в сильной степени затрудняет правильный ход учения в гимназияхъ“, так как туда „поступают не только те, которые имеют в виду законченное научное образование, но большей частью те, которым родители, не довольствуясь уездными училищами, желали бы дать образование выше элементарного, но вместе с тем менее строго научное и более приноровленное к непосредственным житейским целям, чем какое сообщается в гимназияхъ“. Создавая новия училища, министерство стремилось „учредить для городского населения, и преимущественно для бедной части оного, школы, соответствующия современным потребностямъ“. По Положению, Г. у. „имеет целию доставление детям всех сословий начального умственного и религиозно-нравственного образования“. Состоя в „главном ведении“ попечителей округов и „ближайшем заведывании“ директоров народных училищ, Г. у. содержатся или правительством, или земствами, городами и частными лицами. Учебный курс Г. у. продолжается 6 л. и состоит из закона Божия, чтения и письма, русского языка и церковно-славянского чтения, арифметики, практической геометрии, географии и истории отечества с необходимыми сведениями из всеобщей истории и географии, естественной истории и физики, черчения, рисования и чистописания, пения и гимнастики;

кроме того, по желанию местных обществ и при ассигновании ими не менее половины необходимых средств, может быть вводимо обучение ремеслам в неклассное время. С разрешения министерства, в Г. у. могут быть преподаваемы дополнительные предметы, и во многих из них, в качестве необязательных предметов, преподаются: новые языки, местные языки, музыка и пение, гигиена и медицина, ручной труд, бухгалтерия, садоводство, огородничество и нек. др. Преподавание закона Божия других исповеданий, кроме православного, допускается лишь в после-обеденное время, для желающих учеников и на русском языке. При многих Г. у. учреждены различные профессиональные классы, отделения, мастерские и так далее Первоначально в Г. у. была введена классная система преподавания, но впоследствии попечителям округов было предоставлено заменять ее системой предметной, которая и стала быстро распространяться. По желанию местных обществ и на их счет при Г. у. могут быть устраиваемы вечерние и воскресные курсы для взрослых. В системе общеобразовательных учебных заведений Г. у. поставлены в обособленное положение: по закону, детям 10 —13 л., успешно прошедшим курс первых 4 л. Г. у., предоставлено поступать без испытания только в первый класс гимназий и реальных училищ, но и это право почти уничтожено министерским „разъяснениемъ“ (1900 г.), по которому оно признается только в том случае, когда число кандидатов для поступления в 1-й класс среднего учебного заведения не превышает числа имеющихся вакансий, в противном же случае требуются конкурсные испытания, наравне с другими поступающими. Во всех казенных Г. у. взимается плата за учение. По своей общей организации Г. у., в огромном большинстве, являются правительственными школами бюрократического типа. По закону, если учредители Г. у., содержащие его на свой счет, желают, чтобы оно пользовалось правами правительственных Г. у., то учащие должны быть назначаемыправительством лишь „по предварительном соглашении“ с учредителями; в противном случае училища подчиняются общим узаконениям о частных учебных заведениях. Очень долго Г. у. стояли почти совершенно в стороне от земской и городской деятельности по народному образованию, в количественном отношении развивались очень медленно и открывались почти исключительно в городах. Только в самые последние годы Г. у. стали все чаще и чаще открываться в сельских местностях, появились Г. у. общественного типа (в Москве и Петербурге), и начала все более укрепляться мысль об использовании Г. у. в качестве высшей народной школы общеобразовательного характера, являющейся органическим продолжением начальной народной школы. Общими циркулярными распоряжениями 1904—1908 гг. поставлена на очередь выработка общей правильной сети Г. у.; одновременно стали значительно увеличиваться государственные ассигнования на них. Положение 1872 г. имело первоначально в виду лишь мужские Г. у., причем предполагалось открыть особия женские Г. у. Однако, вопрос этот очень долго не получал реального движения. Первое женское Г. у. было открыто лишь в 1886 г. (в

1880 г.

Училищ. 231

Учащих.

Учащихся 24.039

Окончивших курс 908

Расходы (рубли)

В т. ч.: от казны..

„ городов.

„ земств.

Литература: „Сборник постановлений по минист. народи, просвещ.“. Т. V (1877, стр. 1174—1304); „Городские, уездные и Мариинские училища“. Состав. Г. Фальборк и В. Чарнолуский (1903); „Настольная, книга по народному образованию“. Т. IV. Состав. В. Чарнолуский; „Труды первого всероссийского съезда учителей городских по положению 1872 г. училищ 7—14 июня 1909 г. под редакцией В. Самсо-

Г, Таганроге), а в 1907 году министру народного просвещения предоставлено право разрешать прием девочек во все Г. у. и вводить в них, таким образом, совместное обучение. Относительно Г. у. Варшавского, Виленского и Рижского учебных округов действуют особия законоположения, еще более ограничивающия возможность общественного влияния. Законом 25 июня 1912 г. постановлено все Г. у. преобразовать в течение 3 лет в высшия начальные училища (смотрите народное образование). В 1909 г. состоялся первый всероссийский съезд учителей Г. у., который подробно осветил современное их положение и принял ряд важных резолюций о назревших в этой области реформах. Съезд высказался за введение системы единой - общеобразовательной школы, одно из звеньев которой и должны составить преобразованные Г. у., за передачу Г. у. в ведение училищных советов, за организацию их на началах автономности и за широкое участие общества и семьи в жизни школы.

По данным всеподданнейших отчетов министра народного просвещения, развитие и современное положение Г. у. представляются в таком виде:

1890 г.

1900 г.

1909 г.

407

548

992

1.669

4.538

51.120

89.471

132.445

3.199

7.457

15.434

1.956.699

3.623.880

6.593.533

984.726

1.472.150

3.715.446

369.528

755.632

1.185.954

147.880

261.898

нова и Г.

Тумима“, Т. I, Т.

II, части

1 и 2 (1910). В. Чарнолуский.

Городской голова

Городской голова, см. город—городское самоуправление.

Город

Город. Г. на Западе до XVIII в Г. —особый тип поселения, который эволюция различи, общественных отношений постепенно выделяет из категории сельских поселений. Современные Г. возникли в средние века. Эволюция Г. в древности не была или почти небыла учтена в эволюции современных Г., хотя основные типы древних Г. (город-государство в Греции, муниципии всех видов в Риме; Г. древнего востока свершили цикл своего развития, не завещав Европе почти никаких жизнеспособных принципов развития; помимо всего прочого, они и изучены весьма слабо) были воспроизведены в процессе средневекового развития. В своих зачатках средневековой Г. непосредственно примыкает к селу (смотрите Великобритания, ВПИ, 392; Германия, ХШ, 485). Увеличение количества Г. обусловливается сначала военными причинами, условиями обороны. Г. обзаводится стенами и становится крепостью (бург), т. е. более надежным оплотом против неприятеля (XIII,483). Но главное отличие создается не военными, а экономическими условиями. С ростом торговли является необходимость в постоянных учреждениях, удовлетворяющих ея запросам, и эти учреждения (рынок, гильдии, цехи и проч.) появляются в городах. В расцвет феодализма Г. редко не являются частной собственностью (VIII, 393 след.). Лишь с течением времени они приобретают самостоятельность: раньше всего в Италии, потом и в других странах (ВПИ, 399—401; ХШ, 486). По мере роста культуры важность для Г. укреплений постепенно падает, важность торговых и промышленных моментов постепенно возрастает. В истории средневекового государства Г. играют очень большую роль. Основной принцип существования Г. был противен принципам феодального уклада, и рост Г. сам по себе подтачивал феодальные устои. Но Г. и в более прямом смысле содействовали сокрушению феодального порядка. Господствовавшее прежде представление о том, что Г. были всегда союзниками королевской власти в ея борьбе с феодальными баронами, не вполне правильно. Союз осуществлялся или не осуществлялся не по воле Г., а королевской власти было не всегда выгодно иметь Г. союзниками. Во франции только при Филиппе Н Августе устанавливаются более прочные союзные связи с городами, а дотех пор отношения были очень неустойчивы: были случаи, что король прямо помогал барону, с которым бились Г. В Германии (XIII, 498 след.) салические императоры, начиная с Генриха IV, усердно старались, опираясь на Г., установить на твердых основах здание немецкого королевства. Но позднее королевская власть по соображениям династическим очень часто покидала эту политику, и одна из причин окончательного крушения идеи нем. королевства, несомненно, была та, что короли позволили князьям сокрушить политическую силу Г. В Англии роль Г. в процессе разложения феодального порядка менее заметна, потому что власть норманнских королей была достаточно велика и не нуждалась против баронов в таком союзнике, каким могли быть Г. Общая экономическая эволюция привела к тому, что значение земельной собственности в городах упало, и, наоборот, поднялось значение денежного капитала. Право гражданства, привязанное прежде к земле, стало прикрепляться теперь к участью в торговых и промышленных корпорациях (VIII, 420 след.; XIII, 523). Так как состав этих корпораций (точнее—их полноправных членов) аристократический, то новия условия знаменуют аристо-кратизацию городского управления (члены городских советов и бургомистры—мэры избираются исключительно из среды городского патрициата). Но по мере усложнения процессов промышл. производств поднимают голову ремесленники. В XIV в начинается борьба, которая на континенте, где государственная власть была еще слаба, разыгрывается без помех (ХИП, 549): побеждает та сторона, за которой реальная сила. В Англии борьба нередко прекращается вмешательством государств. власти (VIII, 423). В цветущий период жизни европейских городов (XIV—XVI вв.) в них сосредоточивается вся промышленность, вся торговля, все кредитное дело (VIII, 446 след., 567 сл. XIII, 544 след.). Г. становятся центрами, в которых зарождается и развивается европейский капитализм.

В науке еще недавно шел спор о том, какими путями создавался капитал в Г. Было высказано мнение, что главным его источником была земельная рента в Г. Эта гипотеза не выдержала фактической проверки, хотя внесла и нечто новое в прежние представления. Можно считать установленным, что прибыль на капитал в Г. не представляла чего-нибудь постояннаго: в нее входила и торговая прибыль, и прибыль с промышленности и кредитного дела, и земельная рента. Как бы то ни было, начиная с XIV века (в Италии, в других странах, за редкими исключениями, позднее) Г., по крайней мере наиболее крупные, начинают превращаться в гнезда капитализма. Вырастают большия кредитные предприятия (Медичи во флоренции, Вельзеры и Фуггеры в Аугсбурге), появляются зачаточные биржевия организации в Венеции, Барселоне и Брюгге. Возникают и исчезают огромные состояния.

Городская культура с очень ранних пор стала приобретать специфическия особенности

Городская культура с очень ранних пор стала приобретать специфические особенности. Уже в XI в летописец-монах обвинял жителей города Тиля в стране фризов во всяких пороках. Городские люди представляются непонятными человеку, который сам—типичный представитель средневековой культуры (Ср. Возрождение). И действительно, протест против средневековой культуры рождался в Г.: принимал ли он вид ереси, одевался ли в наряд художественной литературы, выливался ли в прямое публицистическое обличение. Само Возрождение— есть высшая кристаллизация средневековой городской культуры, а реформация получила в Г. готовыми все свои формулы.

Когда государственное начало окрепло, Г. должны были отказаться от своей независимости. Под охраной современной госуд. власти они выросли в те сложные организмы, которые окрашивают собою всю культурную жизнь. Ср. буржуазия.

Из общих сочинений по истории Г. на Западе, охватывающих ряд стран и дающих сравнительн. очерк,

наиболее важно классич. Hegel, „Stadte und Gilden d. germanischen Yolker im Mittelalter“. По-русски H. И. Карпов, „Государство—город древнего мира“;

К. Вюхер, „Возникновение народного хозяйства11, пер. I. М. Кулишера; А. К. Джтелегов, „Средневековые города в Западной Европе“. А. Дж.

Г. в России до конца XVIII века. Древнейшая история русского Г. мало известна. Наша начальная летопись не знает, когда возникли те Г., которые были найдены в пределах восточного славянства и соседних с ним финнов варяго-русскими князьями. Таковы: Ладога, Новгород, Из-борск, Белоозеро, Плесков, Полотен, Смоленск, Любеч, Киев, Чернигов, Переяслав, Ростов, Суздаль, Муром. Обратив внимание на то обстоятельство, что большинство этих Г. расположено по торным водным путям, полагают, что древнейшие русские Г. были созданы торговым движением, шедшим по этим путям. Главнейшим из торговых путей для восточного славянства в ту пору был волхово - днепровский, именуемый первым летопйсцем „из Варяг в Греки и из Грекъ“; но важное значение для восточного славянства имел и волжский путь, ведший в иноземные Г. среднего и нижнего Поволжья и отсюда на закаспийские рынки. На этом пути образовались крупные общественные союзы—Болгарский и Хо-зарский. Со столицами Хозарского и Болгарского царств,—Итилем и Бол-гаром, и пришлось войти в торговия сношения восточным славянам и появлявшимся на Днепре Руссам, таким же здесь пришельцам, какими были арабы и евреи на Волге. Если, с одной стороны, арабские свидетельства первой половины IX века говорят нам о торговых экспедициях русских купцов не только к Черноморыо—в Царь-град и другие византийские Г., но и к Каспию и за Каспий, даже до Багдада, если, с другой стороны, найденные в Подне-провье клады с арабскими деньгами позволяют констатировать, что торговля отсюда с арабским востоком началась не позднее VIII в., то не к более позднему времени следуетотнести и возникновение, по крайней мере, главнейших старинных рус-ких Г. Наиболее крупные Г. явились Г. - государствами, наподобие итальянских и германских городских коммерческих республик, в свою очередь, заставляющих вспомнить об аналогичном типе Г.-государства античного периода.

В начальной русской летописи сохранились следы того, что иногда древнейшие Г. восточных славян создавались из нескольких соседних селений, как, например, на то намекает темное предание о начале Киева. Но если бывали соединения нескольких селений в одно целое, в Г., то, при развитии Г., бывали и выделения из распространившагося Г. части его населения на иные места, казавшиеся более удобными в том или другом отношении; эти выселки - колонии тоже огораживались, становились во внутренних распорядках автономными, но, не теряя связи с метрополией, признавая авторитет родного Г., как старшего своего брата, они именовались его пригородами. Таким образом, понятие „управления“ в древнейшем русском Г. совпадало с понятием государственного строя, утвердившагося в землях восточного славянства и несколько более поздней Русской Земли. В начальной летописи есть указания на существование князей в землях восточного славянства, сидевших, вероятно, по Г. и до прихода в Подне-провье варяго-русских князей; но власть этих туземных князей, по-видимому, была не велика, и не ей должен быть характеризован политический строй древнейшого русского Г. - государства. Высшая распорядительная власть принадлежала не князю, а собранию всех жителей Г., вечу, как об этом еще более твердо свидетельствует та же начальная летопись,—и при том решения веча главного Г. считались обязательными и для его пригородов. Вот классическое место летописи, на основании которого составляется представление о политическом строе древнейшого русского Г. и об отношении к нему пригородов: „Новгородцы бо изначала и Смольняне, и Кияне, и Полопано и вся власти, яко же на думу на веча сходятся; на что же старейший одумают, на том же пригороди станутъ“. Итак, политический строй древнейшого русского Г. был демократического, земского характера, хотя и с примитивными формами; что касается туземных славянских князей, то они, вероятно, играли роль, аналогичную с тою, с какою принуждены были примириться позднейшие князья из Рюрикова рода, княжившие в Новгороде Великом; это роль исполнителей веления вечевой сходки. Но если такова была политическая роль туземного князя, то его экономическая роль была тождественна с тою, какая в тогдашнем городе принадлежала „нарочитым мужамъ“ его, участвовавшим в доходных внешних торговых оборотах, сколотившим крупные капиталы и потому влиявшим на вечевия решения,—словом, руководившим общей экономическою и политическою жизнью Г. и его волости. Остальная масса городского населения была послушным орудием в руках неизмеримо более экономически сильных „нарочитых мужей“. Из этих „мулеей“ выбиралась администрация Г., носившая общее наименование „старцев градскихъ“, и к этой группе принадлежал и туземный князь древнейшого русского Г. К тому времени, когда в Г. восточного славянства появляются варяго-русские князья и когда эти Г. собственно и получили название русских, городское общество было уже достаточно расчленено на две неравные указанные социальные группы— на массу чернорабочого люда и небольшой сравнительно класс торговой аристократии.

После того как волхово-днепровским путем завладели варяго-русские князья, значение этой аристократии должно было уменьшиться; на первом плане в городской асизни встали победители — князь-конинг главного Г. и его наместники, по общегерманскому друлсинному обычаю, посаженные им на кормление по всем остальным, более или менее выдающимся доходностью, Г. Но так как прительцы яе замедлили.принять самое деятельное участие во внешней торговле, то им пришлось признать значение городской аристократии, обладавшей недостававшими (вначале) победителям знаниями и навыками в привлекших их внимание торговых оборотах. Пришельцы соединили свои торговые интересы с интересами местных торговых воротил и сильно двинули вперед развитие внешней торговли, в сферу коей поступила собираемая варяго-руссами дань со славянских племен. Должны были варялсские князья считаться и с городской массой, привыкшей к вечевому строю, без деятельного участия которой—и в снаряжении пловучих коммерческих караванов, и в самых торгово-военных походах—варяго-русские князья не достигли бы и малой части своих политических и торговых успехов.

На этом сцеплении интересов и основывалось городское управление древнейшого периода русской истории (IX—XIII вв.). Значение каждого Г. в междукняжеских отношениях определялось его торговою ролью, теми выгодами, которые могла доставить севшему в нем князю направлявшаяся через этот город торговля; и Киев — мать Г. русских — долго оставался первенствующим русским Г., именно, как наиболее доходный коммерческий пункт, а отсюда и упорная, кровавая борьба князей из-за этого Г.

Русский Г. в древнейшую эпоху (да долго и позднее) представлял следующия части: 1) крепость, называвшуюся детинцем или кремлем,— место, обнесенное оградой, стеной— Г. в точном смысле этого слова; это правительственная и военная часть Г., служившая, в случае вражеского нападения, убежищем и защитой для жителей и остальных частей Г. и тянувших к нему „селъ“; 2) посад, разделявшийся на концы и улицы,— главная торгово-промышленная часть Г. и 3) слободы, прилегавшия с внешней стороны к посаду и населявшиеся позднейшими пришельцами из сел и других Г.—ремесленными и разного рода промысловыми людьми. Все городское население Киевской Руси делилось на три разряда: 1) „княжих мужей“, составлявших княжескую думу и дружину, высший слой которых и получил название бояр, 2) „нарочитых мужей“ — торговую аристократью и 3) „людей“—торгово-промышленное, ремесленное и чернорабочее большинство. К этому свободному населению надо прибавить еще рабов. По существу это разделение было свойственно всем значительным русским Г. древнейшей поры, но было различие в наименованиях, и, кроме того, разряд „людей“ расчленялся на его составные элементы. Так, в Новгороде Великом, где все население вообще делилось на лучших и меньших людей, существовала и более, чем в остальной Руси, дробная классификация городского населения; здесь, кроме бояр, упоминаются житьи люди, бывшие, по всей вероятности, „нарочитыми людьми“—крупными капиталистами, а затем—купцы и черные люди, два разряда, скрывающиеся несомненно в составе „людей“ Киевской Руси.

Так как русский Г. древнейшей поры был вооруженным оплотом внешней торговли, то, естественно, и административное разделение его отразило на себе это его, так сказать, боевое положение. Г. делился на 10 сотен и на соответствующее количество десятков, представляя собой тысячу или полк, предводимый тысяцким, тогда как сотнями и десятками командовали сотские и десятские.

С переходом обороны торговых Г. и путей Поднепровья в руки варяго-русских князей местные военные правители вошли в состав княжеских дружин, а военный характер должностей тысяцкого, сотских и десятских совершенно стушевался перед их чисто гражданскими функциями. Самой импозантной, показной фигурой Г. сделался князь, как его защитник и вместе с тем правитель; но, считаясь с местною торговою аристократиею, он привлек в свою думу и выборных военно-административных представителей ея, тысяцкого, сотских и десятских; эти

„старцы градские“ (из „нарочитых мужей“) и составили вместе с „княжими мужами® городской боярский совет при князе. Но варяго-русский князь считался и с народным собранием, с вечем, с которым он договаривался о многих важных делах и предприятиях; для этой цели князю вместе со своей думой приходилось идти на городскую площадь к собравшемуся здесь вооруженному народу, в поддержке которого князь нуждался.

Такого характера управление главного Г. волости - княжения, сливающееся с управлением государственным, было свойственно всем частям тогдашней Руси, с тою только разницею, что в одной ея части, в ИТоднепровье, собственно в „Русской земле“, отношения между указанными политическими силами Г. — ишязем, думой его (сложившейся из двух элементов — пришлого и местного, городского) и вечем находились в сравнительном равновесии, и что в других частях быстро возникло преобладание одной из этих сил, в Г. Галицко-Волынской Руси—земского боярства и его совета при князе, в Новгороде—вечевого собрания, которым руководил высший слой Новгородского общества.

Устройство управления пригородов было аналогично управлению главных Г., в зависимости от которых они состояли: и в пригородах, кроме веча и „старцев градскихъ“, нашла себе место и власть князя стольного Г. в лице его наместника и княжих мужей, и в пригородном управлении чисто государственные цели преобладали над местно-городскими. Так как управление древнейшого русского Г. носило земско-государственный характер, то оно и развиваться могло до тех пор, пока важнейшие Г. сохраняли свое чисто государственное положение, а это продолжалось, пока существовал источник, вливавший в Г. жизнь и делавший некоторые из них государствами; пала торговля Поднепровья с византийским югом и арабским юго-востоком,—захирели и южно-русские Г.—Киев, Смоленск, Чернигов и др., как государственные средоточия, стала замирать ии политическая жизнь на их площадях. Печенеги и половцы начали разрушение этой жизни, татары его закончили разрушением самых южно-русских Г. Западные и юго-западные Г. (Полотен, Галич, Владимиро-Волынск и др.) в монгольскую эпоху отошли к Польше и Литве, в этих Г. в литовско-польскую пору было введено Магдебургское право (XIV—XVI вв.,) и они имели свою особую историю, связанную с судьбой Польши и под иноземным владычеством слившуюся с историей западно-европейского Г.

Торговое движение, по закрытии южных и юго-восточных путей ии рынков, развивалось из северного и озерного края, из Новгородской области, в Балтийское море и в Верхнее Поволжье, почему продолжала развиваться и государственно - городская жизнь Новгорода Великого и его пригорода Пскова (XIII—XV вв.), в первой половине XIV в (1348 г.) ставшего независимым от метрополии.

Власть князя в Новгороде была сильно стеснена договором, или „рядомъ“, новгородцев с ишязем; в силу договора, ни как военноначаль-ник, ни как правитель и судья, князь не был в Новгороде самостоятельным: он во всех этих функциях своей власти находился под самым бдительным контролем выбираемых вечем высших должностных лиц. Князь, пришлец в Новгороде, был ему нужен, главным образом, как влиятельный посредник между этим вольным Г. и другими областями русского мира, с которыми Новгороду приходилось поддерживать тесные связи ради торговых интересов. Князь служил Новгороду, а потом и Пскову, как военноначальник и правитель, но в строго-определенных договором нормах. Верховная власть в русских вольных Г. de jure принадлежала, как и повсюду в древнейшей Руси, собранию всех свободных жителей города. Это—общегородское вече, правительственный орган всей новгородской и псковской общины.

Но вольный Г. делился на части,

представлявшия ряд общин, ведавшия свои местные дела на своих сходках, местных городских вечах; в общегородском вече были объединены отдельные общины Г. Как и остальные древнейшио Г. на Руси, так и вольный Г. представлял „ты-сячу“, или „полкъ“, и делился на сотни и десятки, бывшие и военными, и административно - полицейскими районами. Во главе всего Г. - тысячи стояли одни должностные лица, во главе его частей—другия. Так, во главе концов стояли кончанскиф старосты, выбиравшиеся на кончанских вечах; во главе улиц—уличанские старосты, выбиравшиеся на уличанских вечах. Общегородское вече выбирало исполнителей воли всего Г.—посадника и тысяцкого, называвшихся во время своего служения на этих должностях степенными; но и не выбранные вновь посадник и тысяцкий не теряли общественного значения и продолжали именоваться старыми посадником и тысяцким.

De jure законодательная власть принадлежала общегородскому вечу; но собрание всех горожан, конечно, не могло бы осуществлять эту власть, если бы у него не было авторитетного руководительства в лице учреждения, стоявшего над вечем и состоявшего из самых влиятельных элементов общества вольного города. Это городской совет господ (Herrenrath), или „господа“1, как его именовали в Пскове. В новгородском городском совете председателем был архиепископ или владыка, пользовавшийся в Новгороде громадным правительственным значением; членами городского совета были, кроме княжеского наместника, степенные—посадник и тысяцкий, кончанские старосты, сотские, старые посадники и тысяцкие, словом, высшия, действующия и бывшия, должностные лица вольного Г., называвшиеся также боярами. Эта высшая правительственная коллегия из немногих подготовляла дела и вопросы для окончательного решения их на общегородском вече, обыкновенно направляя дело и подсказывая самое его решение. Таким образом, настоящая фактическая власть в городской общине, в конце концов, оказывалась в руках городской олигархии, опиравшейся на свое экономическое значение в вольном Г. и его области. Тем не менее, демократическая форма правления вольного Г.-государства давала полную возможность и народной его массе проявлять свое значение, и она далеко не безучастно относилась к руководительству боярских партий, на которые неизбежно разбились общественные верхи, приняла деятельное участие в их борьбе за власть и сообщила его жизни много движения, шума и ярких красок. Этому весьма драматическому колориту всей истории Новгорода и Пскова, да и отдаленной колонии перваго—древней Вятки (организовавшейся по образу и подобию своей метрополии) содействовала примитивность самого народного собрания, напоминающого современную нам сельскую сходку. Обычное право вольного Г. допускало широкий простор личной и коллективной воле—и в созыве веча, и в объявлении его решения обязательным для всей общины. Каждый, умевший повлиять на толпу, мог ударить в колокол и собрать вече, и всякая толпа, если обладала действительной силой, могла объявить себя полновластным вечем, постановления которого считались законными. При глубокой социально-экономической розни и борьбе, то затаенной, то бурно прорывавшейся наружу, между меньшими и лучшими людьми описанный примитивно-демократический государственный строй часто ввергал общественную жизнь вольного Г. (особенно—Новгорода) в анархию, содействовавшую падению его политической независимости.

Далеко не столь ярка была жизнь северо-восточного русского Г., затерявшагося в начале его истории среди сумрачных лесов Верхнего Поволжья. Древнейшие русские Г. в этом финском краю, Ростов и Суздаль, тоже имели вечевое устройство; но довольно рано княжеская колонизация сюда, опиравшаяся на новые, основанные самими князьями Г., стеснила правительственную деятельность местных земских элементов. Здесь князьвыступал хозяином и верховным управщиком „Земли“. Северо-восточные Г. не имели такого торгового значения, какое приобрели Г. Подне-провья и северо-западного озерного крац, а потому в них и не оказалось таких экономически властных общественных сил, которые могли бы потягаться с князем-колонизатором, с материально властным основателем новых Г. Вот почему вечевия собрания с государственным авторитетом рано исчезают из жизни северо-восточного русского Г.

Северо-восточная Русь—не столько городская, сколько сельская Русь. Но было бы ошибочно думать, что Г. этой Руси в удельную пору (XIII—XV вв.) не был торгово-промышленным центром и по занятиям своих жителей совсем не отличался от села. Торговое движение было здесь значительно слабее, но оно не обошло и северовосточного Г., торговавшего и с Новгородом Великим, и с средним Поволжьем. В северо-восточном Г. было купечество, снабжавшее хлебом Низовой земли безхлебный Новгород и пользовавшееся в местной жизни известным значением. Эти более или менее влиятельные горожане, вероятно, и руководили народным восстанием, вспыхнувшим в Твери и других Г. против татарских баскаков. На такого рода горожан северовосточного Г., особенно центрального Г. Великороссии—Москвы, а через них и на все городское население и опирались впоследствии московские князья в своей борьбе за объединение северо-восточных княжеетв под их властью: объединение было необходимо для торговых интересов великорусского купечества. Поступив под власть московских князей, северо-восточные Г., пользовавшиеся в удельную эпоху известною долей самоуправления, попали под власть московских наместников; но в средине XVI в московское правительство в интересах упрочения государственной централизации вспомнило прежнее самоуправление и возложило на него полицейско-судебные и фискальные обязанности. В Г. появляются земские избы с выборными

„излюбленными головами и старостами“ (не бывшими, впрочем, администраторами Г., как особой единицы). Хотя возложенные на эти учреждения общественно-государственные обязанности были тяжелы для Г., тем не менее областная реформа Грозного там, где она принялась, оживила городскую жизнь, укрепила в городском населении определенное политическое самосознание и тем самым, вероятно, оказала косвенное, но значительное влияние на деятельность Г. по восстановлению государственного порядка, разрушенного Смутой.

В Московском государстве Г. (которых за XVI в насчитывают 220) имели между собою ту общую черту, что все они были правительственными и военными пунктами; но различались они между собою тем, что одни Г. были лишь таковыми, а другие, сверх того, торгово-промышленными центрами более или менее обширных районов, центрами, по своему складу жизни и отношениям стоявшими весьма близко к селу. Г. попрежнему состоял из собственно Г., кремля, посада и слобод. В каждом Г. были правительственные агенты и ратные люди, и последних было тем больше, чем Г. больше имел правительственно-военного значения, особенно присущого окраинным Г.; все остальное городское население в Москве делилось по материальному положению на гостей и сотни — гостиную, суконную и черную, а в остальных Г. носило общее название посадских, делившихся на лучших, средних и молодших. Чем ближе стоял Г. к границе государства и чем, следовательно, он был моложе, тем посадских в нем было меньше; в южных пограничных Г. посадских оказывалось 2°/о—6°/о всего городского населения. В новых Г. Московского государства на восточной окраине, бывших, как и южные, крепостями, московское правительство стремилось завести русское торговопромышленное дело: так, в Казань, имевшую большое торговое значение в инородческом мире, московское правительство перевело купцов из разных других Г., поставив здесьпереведенцев в привилегированное положение—очевидно, для более успешной конкуренции с местными торговыми воротилами.

В Московском государстве были Г., как центры торгово-промышленной жизни, но эта жизнь не создала здесь особого городского сословия; ибо, по своему социальному составу, Г. представлял нечто пестрое,—и торговлей и промыслами в нем занимались не только купцы, но и служилые люди, и крестьяне, и духовные лица. Да и самые частные торговые обороты великорусского Г., даже Москвы XYI — XVII вв., были ничтожны сравнительно с оборотами западноевропейского торгового Г. Если где и замечаются некоторые черты сословности, то лишь в небольшой группе служилого купечества, в группе гостей, услугами которых правительство пользовалось в торговле на свое имя и в других фискальных делах, и потому внимало их просьбам и давало им привилегии; привилегированное положение гостей давило собой всю остальную массу тор-гово - промышленных людей. Из общественных классов, не принадлежавших к посадским, но имевших в Г. торговлю и промыслы, городское или посадское тягло несли лишь приписавшиеся к посаду крестьяне: служилые и духовные его не несли. Между тем в ХВП в посадское тягло сделалось тяжелее сельского; на Г. же падали и единовременные процентные сборы в виде пятой, десятой, пятнадцатой деньги, практиковавшиеся в XVII в., которые, однако, не касались непосадских, селившихся не на тяглой городской земле, где-нибудь в слободе, но извлекавших неоплаченную налогом материальную выгоду из городской жизни и потому как бы являвшихся городскими захребетниками. К числу последних следует отнести т. наз. „беломестцевъ“, т. е. лиц, освобожденных грамотами или именными указами от городского тягла (или его части) лично или потомственно. Дворы таких лиц наз. „беломестными“, тогда как те, с кот. неслось тягло, „чернослободскими“. С другой стороны, и I

посадское население, состоявшее из людей не только торговых, но и пашенных, не было до Уложения прикреплено к определенному Г.; каждый посадский мог перейти в другой Г. и даже в другую общественную группу; и действительно, городское население было весьма подвижным, вследствие чего многие тяглые участки оставались пустыми; а это обстоятельство заставляло посадскую общину отдавать их первым желающим, почему городское население становилось еще более пестрым по своему социальному составу; иные из тяглой посадской общины переходили в слободы, на нетяглия места и, не участвуя в платеже податного оклада, делали положение городских тяглецов еще более тяжелым. Отмеченная неустойчивость посадского населения вредила интересам фиска, вследствие чего Московское правительство стремилось выделить собственно посадское население в особую группу, как обязанностями по отношению к государству, так и правами по отношению к занятиям. Ряд мер в этом направлении завершило Уложение 1648—49 гг., прикрепившее посадских к месту и торгово-промышленной деятельности, к торгам и промыслам, с которых они несли и впредь были обязаны нести свое тягло и которыми только они в Г. и получили право заниматься. С этого момента русский Г., кроме стратегического, правительственного и экономического, быстро приобрел и сословный характер. С этим характером тягловой сословности русский Г. и застает реформа Петра I. Реформа городского управления и была произведена в интересах лучшого поступления сборов с торгово - промышленного сословия.

Самоуправление посадской общины, столь жизненно проявившееся в Смутное время, во второй половине XVII в захирело, ибо сильно было стеснено властью воеводы, оказавшагося, в конце концов, очень убыточным и для населения, и для казны; и вот правительство, продолжавшее пользоваться услугами выборных из купечества в сфере сбора косвенных налогов, втак называется „верном управлении“ (кабацкие и таможенные головы и целовальники), вспомнило о прежней „земской избе“ в местном управлении и решило передать управление торговопромышленным классом в руки выборных из его среды. В Г. эти выборные составили Земские Избы, заменившия собой Приказные Избы с воеводами во главе, а в Москве—Бур-мистерскую Палату (смотрите), которая явилась и высшим сословно - государственным учреждением, управлявшим через Земские Избы всем городским сословием в России и местной Земской Избой, ведавшей торгово-промышленных людей Г. Москвы. Как высшее государственное учреждение для управления городским сословием, Бурмнстерская Палата заменила собой Приказ Большой Казны и другие приказы, в которых ведались „гости и купецкие и промышленные люди“. Бурмнстерская Палата в том же году стала именоваться Ратушей. Члены Ратуши и Земских Изб, получившие название бурмистров, избирались на год и должны были заведывать сборами податей и других налогов с городского сословия, а также разбирать тяжбы, возникавшия среди него, отправлять суд и расправу по нфуго-ловным делам. Кого и сколько человек выбирать в бурмистры,—это предоставлялось усмотрению самих избирателей, т. е. посадскому сходу, состоявшему из всех разрядов посадского населения. Изложенная замена приказно-воеводского управления городским самоуправлением была объявлена указом в 1699 г. Но так как конечная цель этого самоуправления была прежняя—возможно лучшее удовлетворение государственным потребностям,—то оно было использовано, главным образом, в фискальных интересах и не изменило тяглосословного характера русского Г. Не изменило этого характера и преобразование в конце царствования Петра I ратушского управления в магистратское. Это—новая попытка Петра I упорядочить управление торгово-промышленным классом, „собрать рассыпанную храмину“ (о чем мечтал еще

Ордын-Нащокин), а также ввести в более точные нормы разные слои городского общества. В 1720 году была начата городская реформа учреждением в Петербурге „Главного Магистрата“, которому было поручено „ведать всех купецких людей и рассыпанную сию храмину паки собрать“. Главный Магистрат должен был учредить магистраты по Г. и цехи. Лишь в конце 1724 г. эта реформа была закончена. Как раньше Московская Ратуша стояла во главе всех городских ратуш—„земских избъ“, будучи их высшей инстанцией, так теперь петербургский Главный Магистрат был поставлен во главе всех городских магистратов; но в члены магистрата избирались не посадским сходом, а только выборными бурмистрами и первостатейными людьми города; к тому же в магистрат мог выбираться не всякий, а только из первостатейных горожан, и самое число членов магистрата было поставлено в зависимость не от усмотрения избирателей, а от численности жителей Г.; при этом Г. в отношении этого вопроса—с количестве магистратских членов—были разделены на 5 разрядов (последний из которых совсем не получил коллегиального управления, — здесь единственная, хотя и выборная власть бурмистра,—а первый получил право на 5 членов — четырех бурмистров и президента). Отличием от ратушского управления было и то, что в магистраты члены выбирались пожизненно. Компетенция магистратов была расширена сравнительно с тою, которою обладали ратуши: кроме финансовых и более сложных судебных обязанностей (в число которых включается суд и по уголовным делам), магистраты должны были ведать внутренний порядок и благоустройство Г., а также заботиться о развитии торговли и промышленности; но на деле на первый план опять-таки выступало не столько местное, сколько общегосударственное назначение магистратов, обязанных на местах извлекать изъГ. возможно больший казенный интерес городскими же руками и потому бывших сословнобюрократическими учреждениями. Сословностью проникнута вся организация, данная Г. Петром I. Все население Г. законодатель разделил на две группы, из которых только первая ведалась магистратским управлением. Это так называемые регулярные граждане. Они, представляя собой торгово-промышленную часть городского населения, в свою очередь делились на 2 гильдии; к первой гильдии принадлежали крупные, первостатейные купцы, доктора, аптекаря, золотых и серебряных дел мастера и живописцы; ко второй—мелочные торговцы и ремесленники, причем для последних, сверх того, вводилось цеховое устройство. Жители перечисленных разрядов собственно и были настоящими гражданами; они и составляли Г. в социальном смысле этого слова. Все остальные жители Г.—из дворянства, духовенства и иностранцев—именовались нерегулярными гражданами, и их не касалось магистратское управление, старая тягло - сословная сущность которого была включена в новыя, перенесенные из Германии, формы.

По смерти Петра В. введенное им городовое устройство разрушается. Главный Магистрат отменяется, а городовые магистраты (которые с этого времени начинают называться ратушами) подчиняются воеводам и губернаторам. Такой порядок продолжается до Елизаветы, которая восстановляет магистратскую организацию своего отца. Магистратское управление в царствование Елизаветы, при сильной зависимости его от губернаторов и воевод, не пользовалось и той самостоятельностью, какая предоставлялась ратушам и магистратам по указам Петра I. Как учреждения не столько с правами, сколько с обязанностями по отношению к государству, магистраты и ратуши и могли быть только послушными орудиями государственной администрации. К настоящим местным нуждам городских или посадских миров эти учреждения не имели никакого отношения. Магистраты были начальством над посадскими мирами с их выборнымистаршинами и старостами. Сами же посадские миры жили своей прежней общинно-посадскою жизнью, и их насущные интересы, постоянно выражаясь в челобитьях и жалобах правительству, проявлялись также в посадских сходах; и нельзя сказать, чтобы посадская община не пыталась осуществить некоторых своих прав; но из этих попыток ничего не могло выйти уже потому, что в самой посадской общине (около 58°/о которой состояло из ремесленников, огородников и чернорабочих) господствовала социально-экономическая рознь между большинством и немногими первостатейными купцами, рознь, усугубленная и постоянной поддержкой, оказываемой властью именно первостатейным купцам; эти последние были агентами правительства, заседавшими в муниципальном управлении, и в качестве таковых они не могли быть истинными представителями большинства городских обывателей, а отсутствие влиятельных руководителей обрекало посадскую общину на полное безсилие не только перед правительственною властью, но и перед ея орудием — городским магистратом.

Екатерининское царствование было эпохой в истории русского Г. Просвещенная императрица в своем законодательстве старалась устроить Г. на иных, более рациональных, началах, выдвинула новое понятие Г.

Межевой Инструкцией 25 мая 1766 г. Екатерина отграничила городские земли от уездных, а своим „Учреждением для управления губерниями“ 1775 г. децентрализовала городское управление. Губернские магистраты по отношению к городовым магистратам данной губер-нии получили то же значение, какое раньше имел Главный Магистрат по отношению к магистратам и ратушам всей России. Высшей инстанцией по отношению к губернскому магистрату становится местная палата, делающая ненужным существование Главного Магистрата,—и „это центральное учреждение исчезаетъ“. Но несмотря на эту коренную перемену в постановке городского управления, все-таки и по Учреждению о губерниях Г.

попрежнему явился установлением сословного характера.Попрежнему, считая принадлежащими к городскому сословию не всех городских обывателей, а только купцов и мещан, закон склонен, как и раньше, смотреть на торгово-промышленных людей, по крайней мере, на большинство их, как на государственных тяглецов; но теперь эти тяглецы разделяются по объявленному капиталу 1) на платящих подушный оклад— это те, которые имеют не свыше 500 р., 2) на неплатящих его,—это те, которые имеют свыше 500 р.: они должны были, вместо подушной подати, платить процентный сбор с их капиталов, и, наконец, 3) на не платящих и °/о сбора,—это фабриканты и заводчики, которые тем самым выделялись, в интересах развития промышленности, в привилегированную социальную группу. Таким образом, в соответствии с происшедшей в среде торгово - промышленного класса дифференциацией, законодатель, не освободившийся от фискального взгляда на него, различно ставит разные группы городского сословия по отношению к государству, сообразуясь с их материальным состоянием и их государственными повинностями. Освобождая группу заводчиков и фабрикантов, обязанных тянуть к государству крупною промышленностью, совсем от денежных взносов в казну, законодатель тем самым еще более усиливает их значение в среде городского общества и, следовательно, в городском управлении.

Поворотным моментом к современному муниципальному управлению является „грамота“ Екатерины II на права и выгоды городам Российской империи (1785 г.). „Городовым Положениемъ“ этой „грамоты“, прежде всего, предписывалось: „город строить по утвержденному плану за подписанием руки Императорского Величества“; затем, за городом подтверждались „правильно принадлежащия по Межевой Инструкции или инако законно земли, сады, поля, пастьбы, луга, реки, рыбные ловли, леса, рощи, кустарники, пустия места, мельницы водяные и ветряныя“, словом, вся городская недвижимость, которою он мог „пользоваться мирно и вечно на основании законовъ“.

При составлении „Городового Положения“ 1785 г., Екатерина широко воспользовалась теми материалами, которые остались после „уложенной“ Комиссии 1767 г., как результат громадной работы ея частных комиссий в период 1767—1772 гг. Источники „Городового Положения“ разнообразны: кроме „Экстрактов из законов лифляндских, эстляндских и финляндских, выбранных при Комиссии сочинения проекта Нового Уложения 1767 г.“, Екатерина, усердно подготовлявшаяся к законодательствова-нию чтением иностранных юридических трактатов (Блекстон), не обошла своим вниманием и подлинных иностранных законоположений, относящихся до городского устройства (Шведский цеховой устав 1669 г., ремесленный устав 1733 г.); из русских источников главное и прямое влияние оказала на „Городовое Положение“ „Жалованная грамота дворянству“, составленная несколько раньше составления „грамоты“ городам. Это влияние „Жалованной грамоты“ выразилось, между прочим, в разделении горожан на 6 разрядов, аналогичных 6-ти разрядам, на которые было разделено дворянство. Разряды эти следующие: 1) „настоящие городовые обыватели“; это „те, кои в городе дом или иное строение или место и землю имеютъ“; 2) купцы х):

1- ой гильдии, объявившие „за собою капитал от 10.000 и до 50.000 р.“;

2- ой гильдии—не менее 5.000 р. и

3- й—не менее 1.000 р.; 3) цехи, т. е. „мастера, подмастерья и ученики различных ремеслъ“; 4) „иногородные и иностранные гости“, которые „ради промысла или работы, или иных мещанских упражнений“ приписались к городу; 5) „именитые граждане“, уже прошедшие городскую службу по выборам и получившие „название сте-

) С 1783 г. купечество было освобождено от натуральной рекрутской повинности (ук. 3 мая): за каждого рекрута оно должно было вносить в казну 500 рублей.

ленныхъ1“, ученые с академическими или университетскими аттестатами, или иными письменными свидетельствами о познаниях, признанными, по испытании, в Российских Главных Училищах, художники, а именно, „архитекторы, живописцы, скульпторы и музыкосочинители““, имеющие или академическое звание или признанные аттестаты—„о своем знании и искусстве““; капиталисты, объявившие капитал не менее 50.000 р., банкиры, занимающиеся переводом денег и обладающие капиталом не менее 100.000 р., оптовые торговцы, кораблехозяева, отправляющие „за море“ „собственные корабли““; 6) посадские старожильцы города, в нем родившиеся, а также и вновь поселившиеся, кормящиеся промыслом и черной работой и не записанные в другой класс „городовой обывательской кни-ги“. Все эти разряды, или классы, имевшие характер сословных групп, составляли „общество градское““, как особое юридическое лицо: во всесословности, города и заключалась новая идея городского устройства. Раз в три года городские обыватели всех 6-ти классов созывались на собрание, на котором, согласно Учреждению о губерниях, выбирались городской голова, бургомистры и ратманы, а также заседатели губернского магистрата и совестного суда на три года (но старост и судью словесного суда тому же обществу предписывалось выбирать ежегодно). В этот же момент общество граждан, не получившее права обращаться непосредственно к верховной власти, могло делать представления губернатору о „нуждах и пользах города. В собрании „общества градского“ могли участвовать все горожане, но право голоса и право избрания в городские должности (пассивное право) имел лишь тот, кто был не моложе 25 лет и обладал капиталом, %°/о с которого были не „ниже 50 рублей““; „безкапи-тальный“ и не достигший указанного возраста не имел даже права „си-деть“ в собрании градского общества. Сверх того, учреждались две думы— общая и шестигласная. Общая дума (которую не надо смешивать с собранием „общества градского““, хотя на практике „функции“ этих двух учреждений смешивались) составлялась по сословному принципу. Тоже раз в три года в каждой части города собирались отдельно жители каждого из 6-ти классов „градского общества“—по куриям и выбирали из своей среды представителя; совокупность представителей каждого класса в общей думе должна была дать всего один голос; следовательно голосование зависело не от большинства ея членов, а от большинства сословных представительных групп, пришедших к тому или другому заключению. Общая городская дума ведала хозяйство и благоустройство города; эта дума должна была играть распорядительную роль по делам, входящим в ея компетенцию, и собираться по мере надобности. Она из своей среды избирала от каждого из 6-ти разрядов по 1 члену в шестиглассную думу, которая ведала текущия дела города, собираясь раз в неделю; но было позволено собираться и чаще, если того требует нужда и польза. Городской голова председательствовал в обеих думах. Обе думы не имели права вмешиваться в судебные дела между жителями города, оставленные в строго сословной компетенции магистрата. Недовольным тою или другою думою предоставлялось приносить жалобу в губернский же магистрат; в общем компетенция магистрата, получившего как бы право надзора за думами, и компетенция самих дум достаточно смешивались и в законе, и в жизни; сословный магистрат и всесословные думы за-ведывали делами одного и того же порядка. Однако, сословность взяла верх. Не говоря о видной контролирующей роли магистрата, общая дума, заслоняя собой собрание „общества градского“, скоро из органа всего городского населения превратилась в орган купцов и мещан. Во главе градского общества попрежнфму осталось именитое купечество, преимущественно первых двух гильдий. Ему несомненно принадлежала и решающая роль в городском самоуправлении, в магистрате и шестигласной думе, которая на практике управляла городским хозяйством, мало считаясь с общей думой, собиравшейся очень редко. Если именитое первостатейное купечество и не добилось шпаги, которая испрашивалась им в „уложенной“ комиссии, то оно за то получило право ездить по городу в карете парою и четвернею; в карете же, но только парой, а не четверней, было позволено ездить купечеству 1-ой гильдии, парою же, но не в карете, а в коляске, получили право ездить купцы 2-ой гильдии; именитое купечество было освобождено от телесных наказаний, от которых не освобождалось купечество 3-й гильдии, лишенное права владеть фабриками и заводами, а также загородными дворами и садами; этому купечеству ездить по городу в карете совсем запрещалось, а в экипаж, соответственный 3-ей гильдии, запрещалось впрягать более одной лошади. Все это указывает, как государственная власть, тоже пользуясь дворянскими аналогиями, внимательно относилась к высшей городской буржуазии. В руках этого общественного слоя, городской олигархии, и находилось городское самоуправление.

Таким образом, высказанная Екатериной идея „общества градского“, идея всесословноети города, тогда не перешла в городскую жизнь. Эта императрица сделала лишь безнадежную попытку соединить в одно социальное целое городские группы, разделенные своими правами и обязанностями и не имевшия между собою солидарности, основанной на общих материальных и духовных интересах. В конце концов, на практике выходило, что в торгово-промышленном сословном посаде, каким (несмотря на данный ему грамотой 1785 г. герб) остался и екатерининский город, действительными господами были представители сильной правительственной власти, в губернском—губернатор, в уездном—городничий.

Из-под фактической власти правительственной администрации не вы-тпла и городская полиция и в тех городах, где в 1782 г. была учреждена „Управа благочиния“ (по Учреждениям о губ. 1775 г., не отмененным и в 1785 г., в столицах были обер-полициймейстеры, в губернских городах полициймейстеры, в уездных коменданты и городничие; раньше, с Петра I, полицией заведы-вали в Петербурге—генерал-поли-пиймейстер, в Москве—обер-поли-циймейстер, в городах—воеводы и губернаторы через магистраты и ратуши)—учреждение смешанного состава, где рядом с городничим и приставами уголовных и гражданских дел заседали два городовых ратмана; но суть дела была не в них, а в городничем: где во главе полиции стоял обер-полициймейстер или по-лициймейстер, там совсем не было введено „Управы Благочиния“. Немудрено поэтому, что, при фиктивном градском обществе, при малом на деле значении общей думы, более или менее активная шестигласная дума превратилась в правительственный орган лишь с выборным сословным составом. Под воздействием той же администрации был и городовой сиротский суд, установленный еще по „Учреждению о губернияхъ“ и, как и „Управа Благочиния“, подтвержденный „Городовым Положениемъ“, — учреждение уже не смешанного состава, с выборными — городским головой, двумя членами городового магистрата и городовыми старостами.

С таким общим характером своего устройства и значения, но в то же время и с новой идеей города, как всесословного общества, послужившей будущему, русские города встретили XIX век.

Фактическое бесправие русского города XVIII в обусловливалось слабым сравнительно с Западной Европой развитием промышленности и торговли в России. Петр I, стремившийся поднять доходность с города не только через упорядочение муниципального управления, но и через развитие профессиональных занятий горожан, много хлопотал о торговле, промышленности, ремесле, путях сообщения И толчок, данный петровской эпохой экономической жизни страны, двигая развитие крупной тор

Говли и фабрично-заводской промышленности, а вместе с тем и денежного хозяйства, увеличивая количество капиталов, тем самым вызывал и развитие некоторых городов, в особенности Петербурга, а также поволжских—Твери, Казани и Астрахани. Последние сильно поднялись после прорытия Вышневолоцкого канала и установления по нему торговых сношений между Петербургом и Поволжьем, а через последнее, между европейским Западом и азиатским Востоком. При Екатерине II, с приобретением Россией северночерноморского побережья, начали возникать и развиваться города на Юге. В соответствии со всем этим и было то внимание, с каким отнеслась к городу Екатерина П,—и ясно, что сословное управление его строилось императрицей на достаточно твердой социальной почве. Но при всем том, в общем, русский город в XVIII в не мог бы похвалиться, что он в народной и государственной жизни занял место, подобное месту западно-европейского города. Самое количество городов России было непропорционально ея громадным пространствам, почему, при введении Екатериной „Учреждений о губернияхъ“, пришлось наличное число городов (свыше 250) увеличить вдвое посредством превращения в города сел; многие из последних (целая сотня) так и не поднялись до настоящого города и были разжалованы снова в села. Да и большинство старых городов представляло очень захудалый,

скорее сельский, чем городской вид, и мещанство многих из них по старине занималось хлебопашеством. Причины плохого развития русского города в ХВИП в лежали там же, где лежали причины в общем слабого развития торгово-промышленного оборота России: в преобладании натурального хозяйства (над денежным), в крепостном праве и правительственном абсолютизме, давивших общественную самодеятельность и личную инициативу. Петербургская Россия, хотя не в той мере, как Московская, продолжала быть не столько торгово-промышленною, городского, сколько земледельческою, сельскою страной.

Литература: И. Д. Беляев, „Города на Руси до монголовъ“ (Журн. Минист. Нар. Просв. 1848 г., I); И. С. Беляев, „Из истории Новгорода“ (Русская Старина, 1909, XI кн.); Ключевский, „Боярская дума“; Милюков, „Очерки по истории русской культуры“, I; Чечулин, „Города Московского государства в XVI в.“; Дитятин, „Устройство и управление городов в России“; Кизеветтер, „Посадская община в XVIII в.“; его же, „Го-род. Полож. Екат. II 1785 г.“; Фирсов, „Правительство и общество в их отношениях к внешней торговле в царствов. Екатерины П“; его же, „Некоторые черты из истории торговопромышленной жизни Поволжья“.

Рост современных Г. В новейших статистических обследованиях Г. признается всякое поселение, имеющее свыше 2.000 жителей; с экономической же точки зрения Г. можно определить, как поселение людей, добывающих извне необходимые для продовольствия продукты сельскохозяйственного труда. В этом последнем смысле современные Г. являются продуктом новейшого капитализма. Вместе с его развитием возникают тяга в Г. и бегство из деревни и городской „асфальтовый период культуры“, составляющий одну из характернейших черт нашего времени. Развитие культурных стран за последние 100 лет обнаруживает не прекращающийся процесс их урбанизации. В Англии и Уэльсе городское население составляло в 1911 году 78°/0 всего населения, в Саксонии в 1905 г. — 71 °/0, в Шотландии—69 (1901 год), в Пруссии—62,5 (1910 год), во франции—42,1 (1906 год), в Горм. империи — 57,2 (1905 год), в Сев.-Ам. Соединенных Штатах— 46,3 (1910 год) и так далее (См. табл. 1—6).

Россия занимает последнее место— 13,9% (1911 год), но в отдельных губерниях городское население не отстает от многих зап.-европ. государств. Так, в Моск. губ. оно составляет—49,8°/0, в Спб.—72,3°/0, в Варшавской — 42,4, в Нюландской — 44,2. Рост городского населения обгоняет общий рост всего населения. В то время, как естественный прирост всего населения Герм. Империи в 1895 — 1905 г.г. составлял 15,3°/0, городское население увеличилось на 30,7°/0; во франции все население возросло с 1896 — 1906 г.г. на 1,9%, городское—на Ю°/0; в Шотландии все население с 1891—1911 г. увеличилось на 11,9°/0, увеличение городск. составляло 18,6°/0. Урбанизацией захвачены все страны—и земледельческие и промышленные, и крупные государства и малыя, страны со старой культурой и новыя, молодыя, как Австралия, Н. Зеландия и тому подобное.

В самом процессе урбанизации совершается, однако, еще и иной процесс, ярляющийся специфической чертой нашего времени, — огромная концентрация населения в одних и тех же пунктах, или рост больших Г. (Современная статистика различает: большие Г. — имеющие более 100 тыс. жит., средние—20—100 тыс., малые—5— 20 тыс. и Г.-села—2—5 тыс.). Те же причины, вызвавшия урбанизацию вообще, вызывают также и рост Г. и образование совершенно небывалых доселе Г. - колоссов. Еще в 1800 г. во всей Европе насчитывалось 22 больших Г. с общим числом жителей в 4 миллионов; через 100 лет, в 1900 г., в одной только Германии было 33 больших Г. с общим числом жит. в 9 миллионов, а в 1910 г.—48 с общим числом жит. в 13,81 миллионов В Англии и Уэльсе, где в 1811 г. было всего лишь 2 больших Г., в настоящее время их имеется 37. В 1870 г. 1 жит. большого Г. приходился в Герм. империи на каждые 20 жит. страны, в 1880 г.—на 13, в 1890 на 8, в 1900 на 6, в 1910 почти на 5. В настоящее время в больших Г. живет в Англии более В3 всего населения, в Германии более В5, в Бельгии—1/8. вофранции—В8, в Италии около В10 (смотрите табл. 7—11). Наряду с этим ростом больших Г. идет и исключительный рост столичных центров (смотрите табл. 13 и 14). — Огромную роль в увеличении городского населения играет пришлый элемент. В 1900 г. в крупных Г. Германской империи пришлый элемент (переселившиеся) составлял 57°/0 всего городск. населения; в отдельн. Г.: в Берлине—59Д°/0, в Шарлоттенбурге—81Д°/0, в Мюнхене—63,9°/0, в Дрездене—61,б°/0. Но в то же время в Лондоне—29,7°/0, в Ныо-Иорке — 44,9°/0 (смотрите табл. 12). Там, где значительная доля в увеличении городского населения приходится на пришлый элемент,довольно большой процент составляют жители пригородов или, вообще, соседних близлежащих местностей. Большую роль в этом отношении играет слияние пригородов с Г. и включение пригородного населения в состав городского. Естественный прирост населения в Г. довольно значителен, но отстает от общого прироста в стране и менее велик, чем в деревне. Указывают, что тяжелая борьба за существование в Г., неблагоприятные внешния, социальные и экономические условия, в которых приходится жить большей части городского населения, фабричный труд, рано изнашивающий организм, подчинение всех сторон жизни денежному хозяйству с его рационалистическим духом создают в Г. уменьшение плодовитости женщин и сокращение естественного прироста населения. Смертность в Г. значительна, более высока, чем в деревне, и, хотя рождаемость превышает смертность, но это превышение неизменно уменьшается (смотрите народонаселение). Но, с другой стороны, уменьшается и коэффициент смертности, и это составляет несомненную заслугу современного Г., развившего до высшей степени санитарн. деятельность гор. самоуправлений. Благодаря доставлению жителям здоровой воды посредством устройства водопроводов, очищению Г. от нечистот посредством канализации и общему оздоровлению Г. смертность уменьшилась, а в некоторых зап.-европейских Г. совершенно исчез целый ряд тяжелыхт эпидемических и даже не эпидемических заболеваний (смотрите санитария и гигиена).

Сильная концентрация городского населения вызывает черезвычайнук его скученность (смотрите табл. 15 — 17). Напр., в Берлине число земельных участков, на каждом из которых было более 20 квартир, составляло в 1900 г. 37% всего числа застроенных участков, тогда как в 1880 г. оно равнялось не более 30%; число участков с более чем 50 жит. составляло в 1900 г. 60,3% (в 1880 г,—50,6%). Среднее число жителей, приходившихся на 1 жилое строение, колебалось в 1905 г. в 33 больших городах Германии между 7,84 и 77,51. В отношении скученности населения германские Г. превзошли большие Г. во всех других странах: в Англии среднее число жителей, приходящееся на 1 жилое строение, колебалось в 33 б. Г. между 4,21 и 8,03; в Швейцарии между 11 и 18,4, в Бельгии в 1901г.—

4,6 и 8,9. За исключением Англии, во всех других странах эта скученность гор. населения растет вместе с ростом Г.

Скученность населения потребовала особой планомерной политики расширения городской площади. Это достигается путем переустройства старых кварталов Г., приобретения новых участков, на которых новые кварталы разбиваются согласно строгоопределенному плану, соответствующему санитарным, гигиеническим и эстетическим требованиям. Укажем здесь лишь на наиболее характерные мероприятия, связанные с жилищной политикой Г. В Англии изданными в 1890 г. дополнением к закону 1875 г. (Public Health Amendment Act), специальным законом для Лондона (Public Health London Act) и специальным законом о рабочих жилищах (Housing of the Working Classes Act) гор. самоуправлениям предоставлена была широкая деятельность в деле оздоровления целых кварталов, их переустройства, очищения и удаления отдельных необитаемых домов, снесения зданий, загораживаютих воздух, свет и х. л. (obstructive buildings); закон 1909 г. (Housing and Town Plaining Act) предоставляет право устанавливать не только планы городских улиц и построек, но и регулировать скученность населения, определяя максимальную высоту зданий, характер, внешний вид и максимальное число их на определенном участке земли (0,4 гект.). Во франкфурте н. М., по инициативе городского головы Адикеса, были изданы два специальных закона (lex Adickes, 1902 и 1907 г. г.), на основании которых Г. совершает разверстаниф земельных участков, принадлежащих различным частным собственникам. Особенное распространение получило в Бельгии, Венгрии, Англии (Holborn-viaduct в Лондоне) и Италии (Risona-mento del centra в Неаполе и Флоренции) так называемым право отчуждения целых кварталов, которые совершенно заново перестраиваются, причем на Г. лежит обязанность предоставить населению отчуждаемых участков новия квартиры. В Пруссии закон 1907 г., возложивший на городские самоуправления обязанность следить за тем, чтобы распланировка улиц „соответствовала охране исторических памятников и эстетическим требованиямъ“, предоставил Г. широкие права в деле полного переустройства и отдельных улиц, и целых кварталов, и всех жилых зданий. Особенно крупные расходы на оздоровление и распланировку городских участков, а также на постройку жилищ для рабочих, в частности рабочих особняков (коттеджей), за последнее время приходятся на долю английских городских управлений. В том же цаправлении, хотя и в гораздо меньшей степени, идет политика расширения город. площади и в германских Г.

Эти мероприятия вызвали характерные изменения в самом внешнем виде Г.: значение окраин сильно возросло; особенно настоятельной стала потребность в особняках, как наиболее удовлетворительном типе городского жилища; место жилья все более и более отделяется от места трудовой деятельности населения.

В тесной связи с этим находится и другая область муниципальной политики—развитие городских путей сообщения, главным образом, соединение окраин и пригородов с центральными частями города (в особенности, так называемым рабочие поезда, workmen trains (для предоставления рабочему люду возможности селиться на окраинах). Длина всех Г. жел. дор. в Лондоне (без трамваев) равнялась в 1906 г. 116,4 клм., в Париже в 1900 г.—36,2 клм., в Берлине (вместе с окрестностями) 784,4 клм. (1910 год), в Нью-Иорке—1990,3 клм. (1900 г.). В то время, как все население „Большого Лондона“ (Greater London) увеличилось с 1867 г. по 1903 г. на 86%, город. движение возросло на 499%. Это развитие городскойж.-д. сети приводит постепенно к децентрализации городского населения. За последние 20 лет в особенности наблюдается значительный рост населения на периферии и уменьшение его в центре, который служит в настоящее время исключительно центром торгово-промышленной, деловой жизни. Число жилых помещений и количество постоянно живущих в центре уменьшаются. В Лондоне в старом Г. число жилых домов равнялось в 1851 г. 14.580, в 1881 г.—6.493. В Берлине в старом I. за пять лет (1890—95) из 143 участков с жилыми домами убавилось 122, прибавилось 21. Относительно роста населения на окраинах и убыли его в центре см. табл. 18—21.

Однако, черезмерное усиление торговопромышленного характера центров, значительная потеря рабочими времени на передвижение и увеличение в виду этого расходов, обременительных для скудного бюджета рабочого (в Америке, например,при 5 цент. плате за проезд и 300 рабочих дней расход на передвижение составляет около 60 долл, в год, или 9,2% общого заработка), вызвали новое движение в пользу устройства так называемым Г.—садов (Garden-City, Gartenstadt). Идея эта возникла еще у Фурье и Пекёра, затем развивалась Рески-ном и У. Моррисом. В последнее время под влиянием англичанина

Гоуарда стали возникать Г. — сады, которые необходимо отличать от устраиваемых город. самоуправлениями кварталов вилл и рабочих поселков. Г. — сады, по мысли пропагандистов фтого движения,—самостоятельные Г. (с числом жителей не более 30 тыс.), которые должны осуществить соединение социальных и де-лов. преимуществ больш. Г. с приближающейся к деревне аггломера-цией населения. Такой Г. был устроен 8 лет тому назад в Летчворсе Гоу-ардом и имеет в настоящее время

9.000 жит., 100 магазинов и 30 фабрик. В Германии образовалось специальное товарищество для устройства Г. — садов (Gartenstadtgesellschaft), создавшее возле Дрездена Г. Геллерау, имевший в 1910 году 300 особняков с

2.000 жит. Распространение этого нового типа Г. находится, однако, в тесной связи с общими экономическими условиями в стране, в частности, с ея аграрными отношениями. В Англии и Бельгии, где почти совершенно отсутствуют села, как центры земледельческого труда, и где в последнее время земельная политика преследует цель обеспечения рабочих и мелких ремесленников небольшими земельными участками, на которых могло бы вестись самостоятельное мелкое хозяйство, Г.— сады получают распространение. И по мере того, как увеличение тегостей жизни в больш. Г., с одной стороны, и усиливающаяся индустриализация сельского хозяйства и перенесение фабрик из Г. в села—с другой, вызывают „возвращение к полямъ“,—растет и движение в пользу Г.—садов. Но, конечно, не в них заключается разрешение вопроса о судьбе больш. Г. Вопрос этот страстно обсуждался Руссо, который считал больш. Г. чудовищем, пожирающим человеч. род (Emil, I, стр. 36). Сильная смертность гор. населения в конце XVII и начале XVIII в., вызванная ростом капитализма со всеми его отрицательными сторонами и, в особенности, ростом пролетариата, дала повод первым статистикам (Дж. Граунт, Галлей, Петти, Зюссмильх) еще раньше говорить о вырождаемости гор. населения и считать, что деревня служит тем живым источником, откуда Г. постоянно и неизбежно черпают новый человеческий материал. В последнее время это же мнение получило большое распространение в реакционных аграрных кругах, в особенности в Германии, где целый ряд исследователей (Ганзен, Отто Аммон, Ад. Вагнер, Оль-денбергь и др.) считают переход к аграрному государству от современного промышленного (отличающагося количественным преобладанием гор. населения) главным средством для спасения страны от физического и морального вырождения ея населения. Большие Г. снова объявляются чудовищем, приносящим все ужасы пролетаризации, пауперизации, смертности, дегенерации и антиморальных условий жизни. Между тем, уменьшение плодовитости женщин, сокращение естественного прироста населения, сильная смертность давно уже пере-1 стали быть специфически городскими явлениями (как это доказано Вебером в Америке, Брентано, его учеником Кучинским и Момбертом в Германии). Все эти явления в не меньшей степени наблюдаются и в деревне, поскольку туда проникает денежное хозяйство с осложнением борьбы за существование и развитием женского фабричн. труда. Г., как сосредоточие торгово-промышленной деятельности, социальных противоречий, классовой борьбы, воплощают лишь в себе все отрицательные черты, специфически присущия совромеыпому капитализму. Но в них же достигают высшого развития духовные и материальные силы, ведущия человечество к освобождению от всех зол капитализма. Возникнув вместе с капитализмом, Г. растут вместе с ним, и судьба их неразрывно связана с его судьбой.

Библиография. „Statistical Abstract for the United Kingdom“ №№ 54 и 58 (1907 и 1911); „Statistique internationale du mouvement de la population“. Resume retrospectif (1907); „Annuaire statistique de la France“ (1907 и 1911); „Abstract of the Twelfth Census“ (1900); „Statistical Abstract of the United Sta-

Статистика роста современных городов.

1. Распределение населения между городом и деревней (табл. 1—6).

1. Англия и Уэльс.

Годыпереписи.

Все население (в тыс.)

Сельское.

Городское.

тыс.

о/

тыс.

%

1851

17.928

8.937

49,9

8.991

50,0

1S61

20.066

9.105

44,7

10.961

54,6

1871

22.712

8.671

38,2

14.041

61,8

1881

25.974

8.338

32,1

17.637

67,9

1S91

29.003

8.107

27,9

20.896

72,0

1901

32.528

7.172

23,0

25.351

77,0

1911

36.075

7.906

22,0

28.169

78,0

2. франция.

Городское.

Сельское.

ТЫС.

%

тыс.

9.135

25,5

26.648

74,5

10.790

28,9

26.597

71,1

11.235

31,1

24.868

68,9

13.097

34,8

24.576

65,2

14.311

37,4

24.032

62,6

15.974

40,9

22.987

59,1

16.537

42,1

22.715

57,9

Годыпереписи.

Все население (в тыс.)

1851

1861

1872

1881

1891

1901

1906

35.783

37.386

36.012

37.672

38.343

38.962

93.252

3. Сев.-Ам. Соединенные Штаты.

Годыпереп.

Всфнасел.

(тыс.)

Городское, тыс. | %

1800

5.308

211

3,9

1850

23.192

2.898

12.4

1860

31.443

5.072

16,1

1870

38.558

8.072

20,9

1880

50.156

11.319

22,5

1890

62.622

18.284

29,2

1900

75.995

24.992

32,9

1910

91.972

42.623

46,3

4. Германская империя.

Годыпереписи.

Все население (в тыс.)

Городское.

Сельское.

тыс.

%

тыс.

°/о

1871

41.061

14.791

36,1

26.219

63,9

1875

42.729

16.657

39,0

26.070

61,0

1880

45.236

18.721

41,4

26.514

58,6

1885

46.858

20.479

43,7

26.377

56,3

1890

49.428

23.243

47,0

26.185

53,0

1895

52.280

26.257

50,2

26.002

49,8

1900

56.367

30.633

54,3

26.734

45,7

1905

60.641

34.819

57,2

25.822

42,7

5. Городское население (в %).

6. Россия (гор. нас.).

Годыпереп.

Прус.

Бавар.

Саке.

Вюрт.

н

«

W

О

О

фс_

ш

яЗ

Годы.

Население

(тыс.)

% КО

вс.

нас.

1871

37

24

49,5

31

32,5

36

37

1724

328

3,0

1875

37

26

53

34

35

39

38

1782

802

3,1

1880

40

28

57

35

38

40

40

1796

1.301

1885

43

29

59

37

39,5

43

41

1812

1.653

4,4

1890

45

32

63

39

48

45

42,5

1835

3.025

5,8

1895

48

34,5

66

45

45

48

44,5

1851

3.482

7,8

1900

51

40

69

44

50,5

54

46

1867

8.157

10,6

1905

55,5

42

71

47,5

54,5

58

47

1897

1911

16.785

22.719

13,0

13,7

II. Распределение город.

7. франция.

населения по городам (табл. 7—11).

8. Германская империя.

Городасела.

Малые

Города.

Средние

Города.

Большие

Города.

о

Чис.

Нас.

тыс.

Чис.

Нас.

тыс.

Чис.

Нас.

тыс.

Чис.

Нас.

тыс.

1872

660

2.214

368

3.310

65

2.414

9

3.296

1886

714

2.404

416

3.810

86

3.289

11

4.263

1906

514

4.595

114

4.252

15

5.429

9. Англ, и Уэльс (°/0 ко вс. н.).

И«в

Другие

Ср. гор. (20—

£

б. гор.

100 т.).

1801

9,73

0

7,21

1811

9,93

2,08

6,10

1821

10,20

3,27

7,35

1S31

10,64

5,71

8,70

1841

11,75

6,52

10,63

1851

13,18

9,40

12,42

1861

13,97

11.02

13,22

1871

14,33

11,50

16,20

1881

14,69

14,91

18,40

1891

14,52

17,30

21,76

1901

14,0

25,5

21,45

1911

12,59

38,0

22,70

3

Гор ода-села.

Малые города.

Сред. города.

Бол. города.

О

Р-

Чис.

Нас.

мил.

%

Чис.

Нас.

мил.

%

Чис.

Нас.

мил.

°/о

Ч.

Нас.

мил.

%

1871

1.786

5,05

12,4

529

4,58

11,2

75

3,14

7,6

8

1,96

4,8

1880

1.950

5,74

12,7

641

5,67

12,5

102

4,02

8,9

14

3,27

7,2

1890

5,81

11,7

6,36

12,9

4,93

10,0

26

6,53

13,2

1900

2.269

6,8

12,1

864

7,6

13,5

194

7,1

12,6

33

9,12

16,2

1905

2.386

7,1

11,8

945

8,3

13,7

208

7,8

12,9

41

11,5

19,0

1910

48

13,8

21,3

10. Сев.-Ам. Соединенные Штаты.

Городасчисломжит.

(в тыс.)

1880.

1910.

Насел. в тыс.

°/о

Пасел. в тыс.

%

25—50

1.250

2,4

4.054

4,4

50-100

1.370

2,7

4.179

4,5

100-200

1.010

2,0

2.819

2,4

200-300

1.050

2,0

2.288

2,4

300-500

960

1,8

3.683

4,0

500—1м.

1.050

2,9

3.011

3,2

1—2 м.

1.350

2,6

3.724

4,4

Зм.ибол.

1.910

3,9

4.767

5,1

11. Россия (к 1906 г.).

Городасела.

Малые

Города.

Средние

Города.

Большие

Города.

Насел. Вb тыс.

%

Насел. в тыс.

%

ИГасфл. в тыс.

%

Насел. в тыс.

%

Евр. Россия.

639

4,1

4.389

28,0

5.511

35,1

5.132

37,8

Прив. губ..

69

2,7

771

30,1

623

24,3

1.099

42,9

Кавказ

24

1,2

862

44,1

742

38

324

16,7

Ср. Азия .. .

40

3,7

189

17,4

28,0

694

63,8

164

15,1

Сибирь

Во всей

35

5,5

179

427

66,5

России

809

3,7

6.392

29,2

7.998

36,4

6.722

30,7

III. % соотнош. между еотеств. прирос и др. фактор. увелич. насел.

Таблица 12.

Города.

Г о ды.

Вследестест.

прирос.

О

а §

Включ. пригородов .

Лондон. ..

1852—91

84,03

15,97

_

Копенгаг

1801—90

42,98

57,02

Кельн

1821—90

34,10

28,48

37,42

Берлин

1801-90

26,72

Вена.

1801—90

20,52

32,48

47,00

Лейпциг

1801-90

16,42

39,70

43,88

Париж----

1821-90

15,53

64,21

20,56

Бреславль..

1821—90

15,16

79,21

5,63

Мюнхен..

1811-90

10,59

72,26

17,15

ИВ Рост отдельных больших городов (табл. 13 и 14).

13. Россия (нас. в гыс.).

Города.

1897

1867

%>

увел.

Города.

1897

1867

%

увел.

С-Петерб

1267

539

136,7

Вильна

159

69

129,7

Москва ----

1035

351

194,8

Ташкент..

156

80

95,5

Варшава

638

180

253,0

Саратов ..

137

84

62,5

Одесса

405

118

240,4

Казань

131

63

106,9

Лодзь

315

32

872,0

Екатеринос.

121

19

508,0

Рига.

282

77

264,6

Рост. н/Д

119

29

310,0

Киев

247

68

261,7

Астрахань .

113

42

163,8

Харьков ..

174

52

236,0

Баку.

112

13

702,0

Тифлис

160

60

163,3

IV. Рост отделы“, больших городов.

Таблица 14.

Города.

1911

1850

°/оувел.

Города.

1911

1850

°/оувел.

Города.

1910

1850

увел]) Города.

1910

1850

°0

увел.

Ливерпуль. Манчестер Бирншигэм

Лидс

Шеффильдь Бристоль

Глэсго

Глэсго.

Бельфаст.

717

714

Ь26 446 45 5 357 784 385

397

336

242

172

145

154

329

87

88

112

117

159

237

131

138

342

Марсель..

Лион. .. ..

Лилль. .. ..

Гамбургъ1

Гамбургъ1.. Мюнхенъ1.. Лейпцигъ1.. Копенгаг Христиания

551

524

218

931

596

590

162

242

195 177 76 132 110 63 127 28

182

196

186

605

441

836

263

704

Стокгольм Брюссель .. Антверпен

Льеж

Триест Лемберг

Грац

Грац

Будапешт.

342

666

321

175

229

206

152

880

93

184

88

76

83

68

55

173

267

261

267

130

176

203

108

394

Цюрих----

Базель

Женева Амстердам Роттердам.

Гаага

Гаага

Мадрид Барселона .

189

132

126

574

427

281

572

560

35

28

42

224

90

72

2813

175

371

440

200

156

374

290

103

217

Города.

1909

1879’ °/о

Юи J увел

Города.

1910

1850

°/оувел.

Города.

1910

1850

7оувел.]

Города.

1908

1880

%

увел.

Неаполь Милан

Рим

Турин Палермо

599

591

549

375

321

459

293

289

232

237

30

102

90

61

35

ИИьго-Иорк. Бруклин ..

Чикого

С. Луи

Кливеленд.

4767

2185

687

560

516

97

29

78

17

675

7197

785

3191

Питтсбург. Буффало. .. С.Франциско Мильвокн .. Б.-Айрес..

533

428

416

373

1320

46

42

34

20

236

1045 914 | 1070 1763 459

Иокагама

Оссака

Сидней

Мельбурн. Брисбэн. .

394

1226

592

549

137

1704

487

383

49!

102

131

161

54

11

34

) ИУИО г. 3) 1S45 г. 3) 1S61 г. ) 1890 г.

V. Скученность населения в больших городах (табл. 15—17).

15. Германия.

16. Англия.

17. Германия (на 1 гект.).

Г орода.

На 1 жилое строение приход. человек

1895

1905

Бременъ____

7,84»)

7,96

Крефельд .

14,23

13,48

Страсбург.

И6.971)

16,10

Аахеп

17,30

16,25

Кельн

Браун-

14,76

16,41

швеиг

18,05)

17,35

Бармен .. .

18,21

18,46

Фрапкф.н.М

17,82

18,75

Эссен

Эльбор-

16,90

18,92

фельд

18,35

18,82»)

Альтопа----

20, ИИ

19,65

Нюрнберг.

19,49 ) 21,061)

_

ПИтуттгарт.

Дюссель-

19,46

дорф----

18,69

20,09

Дортмунд.

19,09

20,48

Ганновер .

19,27

20,98

Данциг

21,06

21,47

Манп гейм

22,16)

23,75

Галло и. 3..

20,13

23,92

Киль.

21,98

20,91

Кассель____

23,96

27,04

Лейпциг ..

27,84)

27,64

Дрезден..

28,6s1)

27,69

Хемниц

30,14)

30,29

Кеннг> б.-рг

30,29

30,31

Магдебург

31,31

35,23

Мюнхен

36,611)

36,53

Гамбург ..

33,59

36,81

Штеттин..

30,02

37,34

Познань

39,44

43,03

Бреславль..

51,22

51,97

ИНарлоттвнб.

60,07»)

69,78

Берлин

71,15

77,54

В среди

_

27,07

Без Берл..

24,2 >

19. Л о п

Д о н

(нас.

Города.

На 1 жилое строевие приход. человек

1891

1901

Галифакс .

4,44

4,21

Норич .. ..

4,53

4,44

Ноттипгэмь.

4.65

4,57

Лидс

4,71

4,53

Кингстон .

4,71

4,60

Олдгэмъ____

4,73

5,59

Брэдфорд .

4,78

4,36

Престон ..

4,82

4,67

Шеффильд

4,86

4,80

Болтон

4,89

4,07

Ленстер

4,89

4,64

Дерби

4,90

4.61

Блэкберн..

4,91

4,65

Бнр.чиигэм

5,01

5,04

4,84

Манчестер

4,99

Салфорд .. Соутгэмп-

5,06

5,02

тон

5,22

5,28

Кройдон

5,43

5,20

Портсмут .

5,43

5,17

Ливерпуль..

5,62

5,55

Биркенгед.

5,71

5,62

Брайтон ..

5,93

5.70

Тоттепгэ.м.

6,04

6.21

Кардифф..

6,30

5,87

Уэст Гэм.

6,39

6,46

Рондла

6,52

5,98

Бристоль.. .

6,09

5,65

Сепдерленд

6,99

6,80

Ныокаоль..

7,33

8,03

Уилледеп..

7,51

7,16

Лондон

7,73

7,93

Гетсгед

7,94

8,01

Плимут

8,51

7,86

В среди. ..

_

5,94

Без Лондн.

5,11

) 1900 г.

Города.

В городе с площ. 1871 г.

во включ. с 1871 — 1910 г. пригород.

1871

1910

1871

1910

Берлин

139,4

339,5

2,7

141,1

18,8

Нюрнберг.

73,7

204,8

2,1

Карлсруэ

65,2

194,0

2,4

6,6

Бреславль..

68,5

161,4

3,9

78,5

Эссен

58,5

148,4

5,9

54,7

Гамбург ..

47,4

145,6

1,3

5,2

Хемниц

54,0

143,0

6,4

34,5

Мюнхен

47,8

120,6

2,7

31,6

Дрезден

59,0

116,6

3,7

52,7

Лейпциг

61,5

110,6

11,2

70,7

Киль.

21,0

97,5

2,9

26,9

Бремеп. ..

48,2

86,1

4,1

27,5

Позпань

59,8

80,2

2,5

31,1

Маннгейм. Дюссель-

16,6

66,1

1,9

7,3

дорф

14,3

59,5

1,7

11,1

78,2

Штеттин..

12,7

30,3

23,2

дорф 14,3 59,5 1,7 11,1 Штеттин.. 12,7 30,3 23,2 78,2

VI. Децентр. нас, больш. гор. (18-21

18. Париж (нас. в тыс.).

Участки:

Население (тыс.)

Увелич.

(+) ИЛИ

уменьш. (—) въ%

Жителей на 1 гект.

1861

1896

1861

1896

Внутренние:

1. Лувр. ..

89

65

- 25

471

347

2. Биржа

81

67

- 18

784

682

3 Темпль.. .

99

88

- 12

813

761

4. Г. Дума..

108

98

- 10

693

629

Стайны:

1. В >жирар

56

135

-137

78

187

2. Пасси----

36

103

-182

52

143

3 Монсо-

75

385

-И2

169

416

4.Монмартр

106

228

-111

203

448

Весь Париж

1668

2537

Ь 48

214

326

20. В ]

21. Берлин.

X

о

Рн

Графство.

Сиги.

Графство без Сити.

Окраины.

Большой

Лондон.

1801

959,3

128,1

831.2

155,3

1.114,7

1851

2.363,3

127,8

2.235,5

317,6

2.680,9

1911

4.523,0

19,7

4. 03,3

2.730,0

7.253,0

По сравнению с

1801 г.

1801

100

100

100

100

100

1851

246

99,7

269

204

240

1911

467

15,3

541

1.756

650

Участки.

1869

1910

1 участок (внутр. гор.)

63.901

53.100

Видден

(торг. часть)

69.505

62.938

Фаворитен

(б. окраин.)

5.500

152.397

Оттакринг

(прежде ок.)

31.362

177.687

Вся Вена..

879.430

2.031.498

Во воючен.с 1871-1910 г. окраинах.

Большой

Берлин.

я

о/0уи)е.и.

Нас.

тыс.

% уяел.

о

Р-и

Насел.

по срав. съ1871 г.

по срав. съ1871 г.

1871

1.150

100

887

100

1890

8.328

724

1.854

209,2

1900

23.727

2.063

2.534

285,9

1910

60.554

5.266

3.418

385,5

tes“ (1911); „Statistisches Handbuch fiir das Deutsche Reich“ (1907, I); „Das Deutsche Reich in gesundheitlicher u. hygienischer Beziehung“ (1907); „The municipal Year-Book“ (1912); „Statistisches Jahrbuch deutscher Stadte“ (1903, 1907, 1910); S. Schott, „Die grossstadti-schen Agglomerationen d. Deutschen Reichs“ (1912); „Statist. Jahrbuch d. Stadt Wien“ (1912); „Города России“ (1904); „Статистич. Ежегодникъ“ (1906); „Россия в конце XIX века“; „Handbuch der Hygiene, hersgb. yon Weyl“ IY suplm. Band (1904); Eberstadt, „Handbuch des Wohnungswesens“ (1909); Wuttke, „Die deutschen Stadte“ (1904, I и II); P. Meu-riot, „Des agglomerations urbaines dans l’Europe contemporaine“ (1898); A. F. Weber, „The Growth of cities in the XIX Century“ (1899); R. Kuczynski, „Der Zug nach die Stadt“ (1904); K. Bailed, „Die Lebensfahigkeit d. stadtischen u. landlichen Bevolkerung“ (1897); P. Mom-bert, „Studien zur Bevolkerungsbewe-gung in Deutschland“ (1907); A. New-sholme a. T. Stevenson, „The Decline of human Fertility in the United Kingdom and other countries as shown by corrected birth-rates“, Journ. of R. Statistical Society (1906); Fuchs, „Zur Woh-nungsfrage“ (1904); L. Pohle, „Die Woh-nungsfrage“ (1910, I и II); A. Riess, „Kommunale Wirtschaftspflege“ (1911); L. Bauer, „Der Zug nach die Stadt u. d. Stadterweiterung“ (1904); Ad. Wagner, „Agrar — u. Industriestaat“ (1902); K. Oldenberg, „Deutschland als Industriestaat“ (1897); A. Weber, „Die Grossstadt und ihre sozialen Probleme“ (1908); E. Howard, „Garden-Cities of to-morrow“ (1902, русск. nep. 1911); H. Kampfmeyer, „Die Gartenstadtbewegung“ (1909); „So-zialdemokratischc Gemeindebibliothek“ № 2 и 4. G. Загорский.

Городское самоуправление на Западе и в России

Городское самоуправление на Западе и в России. Городское самоуправление, как особый специальный вид местного управления, предназначенный исключительно для городских поселений, существует не во всех странах Запада. Не знает особого Г. с. законодательство двух романских стран—франции и Италии. Точно также кф находим особого Г. с. в остающихся верными началам французского коммунального законодательства немецких: Бадене, Гессене, Вюртемберге, Пфальце, Рейнской провинции и Эльзас-Лотарингии. Однако, и здесь, где не делается различия между городской и сельской коммуной, и в остальных странах Запада, где городское управление получило особую организацию,—везде уже в основу коммунального управления положено начало самоуправления,—принцип участия самого населения в заведывании своими местными или местно-ограниченными государственными делами. Исключительно бюрократическое управление городами через правительственных профессиональных чиновников повсюду отошло в область истории Точно также повсюду Г. с. оказывается в настоящее время построенным по одному и тому же общему типу: 1) городской избирательный корпус, как база, 2) вышедший из его лона совещательный и распорядительный совет, 3) исполнительный орган и 4) на самом верху этой пирамиды—должностное лицо, облеченное ролью высшого представителя коммуны. Этот тип получил уже ныне преобладание даже там, где еще сравнительно недавно была господствующей система непосредственного народного управления; по крайней мере, наиболее крупные швейцарские городские коммуны (Берн, Женева, Люцерн, Фрей-бург, Цюрих и др.) окончательно отказались от сделавшагося практически невозможным решения коммунальных дел общинным сходом и перешли к представительной системе, организовав свои муниципальные учреждения по общеевропейскому типу.

Однако, ни общность основного типа организации, ни факт повсеместного базирования последней на одном и том же принципе самоуправления не исключают черезвычайного разнообразия, представляемого западно-европейским Г. с., как в отношении деталей организации и внешних форм, в которые в разных местах облекается одно и то же содержапие, так и в отношении самого содержания. Главная причина такого разнообразия,—это различие в степени и в способах применения начала самоуправления,—различие, обусловленноеособенностями той политической, общественной и бытовой обстановки, в которой складывалось Г. с. каждой данной страны. Отсюда, прежде всего, далеко не одинаковое отношение различных законодательств к вопросу о компетенции или круге предметов ведомства Г. с. (смотрите городское хозяйство). В общем и основном это—отношение двух типов: английского и континентального. В Англии, не знающей ни особых (от государственных) общественных дел, ни особых (от местного самоуправления) органов правительственной администрации и осуществляющей все свое внутреннее управление на местах через посредство органов местного самоуправления,—в Англии нет такой отрасли внутреннего управления, которую—раз только она поддается местному ограничению—можно было бы признать принципиально не подлежащей компетенции Г. с. Что ограничивает его компетенцию, это— единственно компетенция рядом с ним существующих органов самоуправления, так как до недавнего еще времени английское законодательство проявляло довольно сильную склонность создавать для удовлетворения каждой вновь возникающей местной задачи и повые специальные органы. Но со времени последних муниципальных реформ (1882—1894 гг.), усиливших общественное доверие к муниципальным учреждениям, эта тенденция значительно ослабела, и Г. с. сосредоточило в своих руках постепенно почти все предметы ведомства прежних особых органов. Нельзя считать ограничивающим компетенцию Г. с. и то положение английского права, в силу которого органы местного самоуправления ведают только предметы, точно указанные в законе,— нельзя потому, что Г. с. предоставлено промовировать частные парламентские билли, соответственно расширяющие компетенцию того или другого муниципалитета каждый раз, когда он по ходу дела найдет практически необходимым принять к своему ведению новый, ранее законом не предусмотренный, предмет. Можно поэтому сказать, что английское Г. с. в каждый данный период имеет всюту компетенцию, какую оно для себя признает действительно практически необходимою. Но этого отнюдь нельзя сказать о континентальном Г. с. На континенте более или менее строго соблюдается различие между делами общественными, составляющими естественную сферу компетенции местного самоуправления, и государственными. Различие это не всегда ясно и определенно выражено в законе, тем не менее фактически существует почти повсеместно. Если ведение некоторых государственных дел, следовательно, выполнение государственных функций и „поручается“ органам местного самоуправления ), то органам исполнительным, поставленным в непосредственную зависимость от правительственной власти и действующим под ея ближайшим руководством и надзором. Но по мере того, как исполнительные органы Г. с. из единоличных и чисто бюрократических (Голландия, Бельгия) превращаются в коллегиальные и общественные (Италия, Пруссия), континентальная система все более теряет свою первоначальную строгость и все более приближается к английскому порядку, единственно отвечающему понятью самоуправления,—к перенесению государственных функций на местах на коммунальные советы, следовательно, к распространению их компетенции и на поддающияся местному ограничению дела государственного управления.

Обращаясь, затем, к организации Г. с. на Западе, необходимо, прежде всего, остановиться на их базе—на

О Обычный круг „порученныхъ“ дел следующий: 1) опубликование законов и правительственных распоряжений, 2) организация местной полиции и заведывание ею, 3) издание распоряжений и обязательных постановлений по предметам, касающимся охраны порядка, имущества и личной безопасности, свободы движения, народных собраний, рынков, ресторанов, гостинниц, санитарной части, народного здравия, противопожарных мер и так далее, 4) регистрация и учет населения—браки, рождаемость, смертность, 5) донесение высшей власти о выдающихся с точки зрения общественного порядка событиях местной жизни и 6) выполнение разных в законе указанных поручений центральной власти.

действующих муниципальных избирательных системах. Господствующими доныне являются системы, построенные на цензовом основании,— имущественном или налоговом. Ан-тидфмократичность и антисоциальность этих систем усугубляется различными дополнительными нормами, назначение которых—усилить консерватизм городского избирательного корпуса, закрыть доступ к избирательным урнам малоимущим трудовым слоям городского населения, обеспечить зависимость городского дела от имущих классов вообще и от некоторых их категорий в особенности. Из такого рода норм особенного внимания заслуживают: требование от избирателей прав местного гражданства (Пруссия, Австрия, Швейцария, Бавария, Вюртемберг, Саксония), разделение избирателей (Пруссия, Австрия, Саксония) на классы (до 5 в Хемнице), предоставление крупным избирателям множественных вотумов (в Стокгольме—до 100 голосов одному избирателю), предоставление крупным плательщикам права входить в состав городских советов без выбора (в некоторых частях Австрии и в Венгрии), обязательность выбора известной части совета из среды домовладельцев (в Пруссии и Саксонии—1/2, в Вестфалии—2/3), наконец, разнообразные ограничения пассивного избирательного права (повсеместно, за единственным исключением Богемии, где, наоборот, пассивное избирательное право шире активнаго). Однако, все такого рода ограничения коммунального избирательного права являются ныне не столько живыми, сколько отжившими нормами, пережитками прошлого, не везде одинаково быстро, но неуклонно и безвозвратно исчезающими под натиском новых требований и новых идей. Цензитарная система, еще остающаяся господствующей, уже перестала быть исключительной. Имеется ряд стран, в которых муниципальные выборы производятся уже на основе всеобщого избирательного права (Бельгия, Испания, Норвегия, франция и частью Швейцария). Правда, это еще не то всеобщее право, котороесоставляет предмет стремлений демократии, так как оно искажается системой множественного вотума (Бельгия), подвергается значительным ограничениям в отношении возраста избирателей (в Бельгии, например, от избирателя требуется возраст не менее 30 лет), в отношении продолжительности проживания в общине (от 3 месяц. в некоторых швейцарских кантонах до 3 лет в Бельгии) и не распространено на некоторые категории населения, из которых самая обширная—женщины (впрочем, норвежское законодательство делает по отношению к ним ту поправку, что, не распространяя на них всеобщого права, тем не менее допускает их к участью в городских выборах на цензитарном основании—под условием уплаты небольшого налога). Но и в такой мере ограниченное и даже искаженное всеобщее избирательное право представляет собою значительный шаг вперед сравнительно с цензитарной системой, роль которой, несомненно, сходит на нет и там, где она еще остается в силе. Так, прусское законодательство оказалось вынужденным допустить отступления от коренных оснований трехклассной системы, предоставив городским управлениям производить такого рода изменения в ней, вплоть до замены ея так называемой двенадцатиклассной, которые должны были сделать, по крайней мере, более равномерным представительство классов.БъВенгрии значение исключительной привилегии, которая предоставлена владельцам крупных цензов, несколько ослабляется тем, что лицам, обладающим известной степенью образования, уплачиваемые ими налоги—при определении избирательных прав—засчитываются в двойном против действительного поступления размере, так что и они попадают в разряд крупных избирателей. Некоторые законодательства наряду с цензовыми избирателями предоставляют избирательное право более или менее обширным категориям лиц, не обладающим цензом, но удовлетворяющим известным интеллектуальным требованиям (capacitaires) (Нижняя

Австрия, Богемия и Италия; в последней capacitaires составляют даже большинство — более 60% — коммунального избирательного корпуса). Для массы городского населения, впрочем, гораздо большее значение, чем все эти поправки к цензитарной избирательной системе, имеет несомненная тенденция западно-европейского законодательства к понижению цензовых норм. В Дании недавно (в 1908 году) ценз для коммунальных выборов понижен с 1000 крон дохода до 800 кр., т. е., до низшого предела подлежащого обложению дохода. В Пруссии законом 1900 г. ценз понижен до 4 марок государственного подоходного налога, тогда кахс раньше он нигде не был менее 6 марок, а в некоторых областях даже выше. Значение этого понижения, местами повысившего количество городских избирателей на 50%, сделается понятным, если принять во внимание, что налог в 4 марки соответствует категории дохода в 660—900 м., доход же ниже 900 мар. свободен от обложения; таким образом, коммунальное избирательное право в Пруссии распространено теперь и па обширный контингент лиц, хотя фиктивно, для внесения в избирательные списки, и числящихся плательщиками налога, но в действительности его не платящих. В Италии коммунальный избирательный ценз в настоящее время настолько не высок, что, не будь здесь обязательной для избирателя грамотности, страна фактически имела бы почти всеобщее избирательное право, по крайней мере, в тех размерах, в каких его имеет французская коммуна. Не на много более низким, чем во франции, является также процентное отношение коммунальных избирателей к городскому населению в Англии, где избирательное право предоставлено всем—женщинам в том числе,—нанимающим дом или какого бы то ни было размера квартиру и уплачивающим соответствующий налог в пользу бедных. И в отношении распространения избирательных прав на женщин Англия не исключение: мы находим женщин в роли коммунальных избирательниц уже во всех скандинавских странах. Наконец, не менее важным улучшением действующих коммунальных избирательных систем является все учащающееся применение норм, имеющих задачей защиту прав меньшинства. В разных видах и вариациях мы встречаемся в настоящее время с такой защитой в избирательных процедурах некоторых из швейцарских кантонов (Берн, Женева, Люцерн, Фрейбург), Бельгии, Норвегии (факультативно, — в тех общинах, которые в силу предоставленного им законом права пожелали ввести еф у себя), Италии (обязательная во всех случаях, когда подлежит избранию не менее 5 муниципальных советников) и Баварии (по закону 1908 г. в общинах с населением более 4.000 д.). В конечном итоге, в какой бы мере устарелыми ни представлялись во многих отношениях действующия на Западе коммунальные избирательные системы, приходится все-таки установить, что, благодаря постепенной их демократизации, повсюду, даже в странах, остающихся при цензитарной системе, доступ к участью в городских выборах открыт уже и широким трудовым массам городского населения, — очень незначительный пока доступ в однех странах, довольно широкий и свободный в других.

Переходя от городского избирательного корпуса к выходящему из его лона городскому распорядительному органу — муниципальному, или коммунальному, совету, приходится, прежде всего, отметить, что состав последнего только в редких случаях является точным отражением избирательного корпуса. Благодаря действующим избирательным системам, получается искусственный отбор, в силу которого в состав городских советов попадают по преимуществу наиболее консервативные и наиболее имущественно обеспеченные элементы. Количество подлежащих избранию советников определяется или особыми и специальными для каждого города актами (инкорпо-рационными хартиями—в Англии, королевскими декретами —в пользующихся особыми статутами прусских провинциях) или же общим для всех городов законом; в последнем случае—обыкновенно устанавливается скала норм состава, приведенных в известное отношение к размерам городских поселении. Наименее много-численен состав датских городских советов—от 7 до 19 советников (нечетное число обязательно); самые многолюдные советы венгерские—до 200 членов, а в Будапеште даже 400, со включением членов ex officio. Срок служения городских советников колеблется между 3 годами в Англии и 9 г. в Баварии. Обновляются советы в большинстве случаев (кроме франции) по частям, причем выбывает обыкновенно 1/3 состава, в Англии каждый год, в Вюртемберге, Голландии, Италии, Пруссии—каждые 2 г., в Баварии каждые 3 года, в Бельгии каждые 4 года обновляется Вг совета, а в Дании каждые 2 года обновляется раз четная, другой—нечетная часть общого нечетного числа советников. В странах с частичным обновлением советов общие выборы происходят только в двух случаях: в случае роспуска совета правительством—во-первых, во - вторых—если в силу естественной убыли количество наличных членов совета опустится ниже известной нормы (в Италии, например, ниже 2/з). Цель, преследуемая частичным обновлением, понятна сама собою, это—гарантия против черезчур резких перемен в направлении муниципальной политики и вместе с тем возможно более долгое сохранение в совете накопленных опыта и знаний. В Англии той же цели служит еще сверх того институт ольдерменов, избираемых советом в количестве трети своего состава из числа наиболее опытных и заслуженных советников сроком на 6 лет, т. е. на срок вдвое больший, чем сами советники, и несущих обыкновенно обязанности председателей исполнительных комитетов. Большинство континентальных законодательств устанавливает известное количество обязательных заседаний

(сессий совета), главным образом, для рассмотрения городской росписи, годовых отчетов и для выбора должностных лиц Г. с. Все законодательства одинаково устанавливают ряд вопросов, для решения которых признается недостаточным простое большинство голосов совета, а требуется усиленное большинство, преимущественно 2/з голосов. Обыкновенно это — вопросы, затрагивающие наиболее важные имущественные интересы коммуны или касающиеся ответственности должностных лиц городского управления.

Вопрос о силе и действительности делаемых советом постановлений, следовательно, о пределах и объёме его власти различными законодательствами разрешается разно—в зависимости от того, как далеко простираются завоевания, сделанные общественным началом—принципом самоуправления—в нигде еще, кроме Англии и Швейцарии, не закончившейся борьбе его с началом бюрократическим. На Западе мы имеем еще налицо все стадии этой борьбы, все ступени, подымаясь по которым Г. с. достигает полной самостоятельности в принятии и осуществлении своих решений. На низшей, начальной ступени мы находим Бельгию, где почти все постановления совета лишены действительной силы, если они не утверждены надлежащей правительственной властью, и где администрации в лице префекта принадлежит право надзора не только за законностью, но и за целесообразностью постановлений (система опеки). На противоположном полюсе стоит Англия, где Г. с. достигло уже наивысшей степени самостоятельности: здесь постановления

Городского совета не подлежат ничьему контролю в отношении их целесообразности и отменяемы могут быть только судом, если он найдет их не соответствующими закону; если для очень немногих, особенно важных постановлений (о займах, о переустройстве городских поселений и так далее) и требуется утверждение, то его дает законодательная власть— парламент или высшие органы центрального управления, но не иначе,

как по уполномочию парламента и под условием его последующей санкции.

Степенью самостоятельности Г. с. в огромной мере определяется характер и структура его исполнительных органов. Система опеки не может получить полного осуществления, если к ея услугам нет исполнительного органа, находящагося в наибольшей зависимости от правительственной власти. Эта система предпочитает, как в Голландии, Бельгии, франции, в следующих французскому законодательству провинциях Пруссии и частью в Богемии, исполнительный орган не выборный (назначен- ный), единоличный или, во всяком случае, не коллегиальный и почти совершенно независимый от муниципального совета. Голландский, бельгийский или французский мэр — это, собственно, правительственный чиновник, известным образом вкрапленный в Г. с. Наоборот, там, где Г. с. достигло наивысшей степени самостоятельности, получив вместе с тем наибольшую свободу в определении структуры своих органов, там и исполнительные органы получают в наибольшей мере общественный характер. Англия так далеко ушла от бюрократической организации исполнительных органов, что таковых, особых от муниципального совета, мы там совсем не находим, ибо там муниципальный совет сосредоточивает в себе всю полноту местной власти—и распорядительной, и исполнительной. Между этими двумя полюсами, определяемыми системой опеки, с одной стороны, и наивысшей самостоятельностью Г. с., с другой, располагаются западноевропейские государства, постепенно все более отдаляясь от первой и все более приближаясь ко второй. Из особенностей же, присущих некоторым отдельным государствам, заслуживают внимания следующия: в Вюртемберге (какместами и в Швейцарии) исполнительный орган (гражданская управа) избирается не коммунальным советом, а непосредственно городским избирательным корпусом, причем каждые два года обновляется половина ея состава. В Саксонии допускается избрание шеффенов (членов управы) на „пробу11 на сокращенный против нормального срок. Здесь же один из шеффенов должен обязательно обладать степенью кандидата прав или доктора юридических наук; некоторые же местные статуты требуют еще, кроме того, чтобы среди остальных шеффенов были люди, обладающие какими-либо специальными техническими знаниями. Требование от членов исполнительной городской коллегии высокого образовательного и профессионального ценза составляет также характерную черту всего вообще германского муниципального строя. Существенно отличен от европейского германский порядок в отношении роли, играемой магистратом. Везде, где существуют исполнительные коллегии, оне имеют и свою более или мепее значительную особую компетенцию в отношении„ порученныхъ“ дел, а также, например, по назначению городских служащих, установлению разного рода такс и так далее; но поскольку на них возложено исполнение постановлений совета, оне находятся в более или менее подчиненном к нему отношении. Прусский лсе магистрат является исполнителем постановлении совета единственно постольку, поскольку он это сам находит нужным. Вернее даже будет сказать, что он выполняет только своисобственныяпо-становления, ибо постановления совета имеют силу только в том случае, если они состоялись по соглашению с магистратом. На магистрате же лежит обязанность, в случае признания им какого-нибудь постановления совета незаконным, передать его на рассмотрение правительственной власти. В действительности магистрат—не исполнительный орган совета, а равная ему и даже над ним стоящая инстанция, тот орган, которому принадлежит вся полнота и распорядительной, и исполнительной муниципальной власти. В этом отношении прусский магистрат аналогичен английскому совету с той огромной и существенной разницей, что он представляет собою коллегию профессиональных, хотя и выборных, но утверждаемых правительством чиновников.

Кроме предустановленных закопаем исполнительных коллегий под рэазньши названиями (управ, юнт, м таги стр ат ов), большинство западно-егвропейскнх законодательств дозво-лияет городским советам учреждать оособия исполнительные комиссии, как ииз членов совета, так и, вообще, ииз среды городских избирателей. ВЗ какой мере охотно прибегают к них учреждению в странах демокра-тгических, особенно враждебно относящихся к бюрократизации городских шеполнительных органов, можно судить по тому, что в одном Цюрихе, шапр., насчитывается более 70 комиссий, заведывающих различными отраслями городского хозяйства и городскими учреждениями. Существуют такие комиссии и в Пруссии, но здесь шх значение корректива против черезмерной бюрократизации городского управления умеряется тем, что оне состоят при магистратах под председательством их членов и не шмеют права непосредственного доклада городскому совету.

Во главе городской исполнительной власти стоит повсеместно лицо, обыкновенно избираемое советом и, большей частью, в нем же председательствующее (мэр, синдик, бургомистр, прево и др.). В некоторых государствах (Голландии, Бельгии) оно непосредственно назначается королем. В отступление же от общого порядка в некоторых швейцарских кантонах мэр избирается не коммунальным съездом, а непосредственно городскими избирателями. Особенность германских порядков в данном случае выражается, во-1), в чисто профессиональном характере этой должности (бургомистра), которая (с утверждения правительства) замещается исключительно лицами, сделавшими муниципальную службу своей профессией; во-2), в продолжительности срока, на который эта должность замещается: в Пруссии обыкновенно на 12 лет, в Мюнхене, Лейпциге, Штутгарте, Хемнице и многих других германских городах даже пожизненно; в-3), в обязательности высокого образовательного ценза: в крупных городах, располагающих правом иметь двух и даже более бургомистров, из которых один носит название обер-бургомистра, последний должен выдержать экзамен, доказывающий, что он обладает известными юридическими или административными познаниями, причем избавляется от такого экзамена только тот, кто уже раньше опубликовал известного рода научные работы или занимал соответственную должность. В Пруссии же в городах окружных бургомистр должен удовлетворять требованиям, которые предъявляются к аспирантам на высшия судебные и административные должности. Еще более высок уровень этого рода требований, предъявляемых к бургомистрам в Вюртемберге: факультет политических и государственных наук в тюбингенском университете, между прочим, и предназначен именно для подготовки бургомистров.

С должностью, о которой тут идет речь, связано выполнение не только муниципальных, но и государственных функций по „порученнымъ“ делам, и при том не только административных, но и судебных (в Англии, франции, Пруссии, Вюртемберге и др.). Повсюду, где лицо, эту должность занимающее, является одновременно по характеру своих функций агентом центральной правительственной власти, последняя пользуется правом отрешения его от должности. Между прочим, в Италии это право, совершенно уничтожающее общественный характер должности главы коммунальной администрации, компенсируется тем, что однородное же право предоставлено и коммунальному совету: по мотивированному письменному предложению, сделанному не менее, чем одной третью советников, коммунальный совет может мотивированным же постановлением, принятым двумя третями голосов, отрешить от должности почему-либо неугодного ему синдика. Та историческая парабола, которую проделала уже эта должность, начиная с всевластного французского мэра и кончая почти чисто декоративным мэром английским,—эта парабола неоставляет сомнения в том, что мы имеем дело с институтом, осужденным на исчезновение, с институтом, которому все меньше и меньше остается места по мере того, как Г. с. все более демократизируется, постепенно избавляясь от последних остатков бюрократизма и все более проникаясь началами, соответствующими понятью самоуправления.

Сообразно такой эволюции Г. с., по мере того как опека сменяется самостоятельностью, соответственно эволюционируют также органы надзора и контроля. Право утверждения постановлений совета перестает быть единоличным правом префекта (франция), а переходит к бюрократическому же, но коллегиальному учреждению (совету префектуры—там же—постановления об отчуждении и покупке недвижимых имуществ и т. н.). Это первая стадия. Вторая—переход этого права к полубюрократическим, полувыборным коллегиальным органам административной юстиции (провинциальная административная юнта в Италии, постоянная депутация — в Бельгии, провинциальная комиссия—в Голландии и так далее). Третья стадия—контроль высших инстанций местного же самоуправления (Швейцария, окружные советы в Пруссии, областные ландтаги в Австрии). Наконец, высшия стадии: контроль судебный (в Англии) и законодательных органов (большого совета в Швейцарии и парламента — в Англии). Понятно, что в условиях судебного контроля не может быть места даже намеку на какую бы то ни было опеку правительства над Г. с. Органы центрального правительства в этом случае имеют не больше прав, чем любой плательщик налогов, ибо обращаться в суд с ходатайством о признании незаконными постановлений совета может каждый городской плательщик. Само собою разумеется, что надзор был бы чисто платоническим, если бы в распоряжении надзирающих органов не было надлежащих мер воздействия на Г. с. На континенте главнейшия из этих мер следующия: 1) право инстанций, утверждающих бюджет, вносить в него не сделанные советом ассигновки на покрытие обязательных расходов, 2) право надзирающих инстанций непосредственно выполнить те акты, по закону для Г. с. обязательные, от выполнения которых оно уклоняется, 3) право тех же инстанций непосредственно приводить в исполнение утвержденные постановления совета, если того своевременно не сделал городской исполнительный орган, 4) право надзирающого органа в случае запутанности или медленности делопроизводства в учреждениях Г. с. назначать в них (за их счет) правительственного комиссара для приведения дел в порядок, 5) отрешение от должности главы городской исполнительной власти,а иногда и всей исполнительной коллегии, наконец, 6) роспуск общинного совета. В Англии все эти меры заменяются одной, наиболее соответствующей понятью самоуправления и в то же время наиболее действительной—судебным решением. В распоряжении английского центрального правительства, впрочем, имеется и еще одно средство воздействия на Г. с.,— лишение его субсидии, если оно ведет то дело, на которое субсидия предназначена, не так, как бы того желало правительство. Но, очевидно, в данном случае правительство выступает не столько в качестве власти, сколько в роли стороны, отказывающейся от договора в виду несоблюдения его другой стороной. Однако, изложенным не исчерпываются все существующие виды и формы контроля над Г. с. При всей бдительности государственных органов надзора один их надзор не может служить безусловной гарантией для интересов населения. Опыт устанавливает даже нечто гораздо худшее, именно, что вмешательство этих органов иногда только усугубляет вред, терпимый населением. Только контроль самого населения способен служить достаточной гарантией против нарушения муниципалитетом его интересов, и в наиболее прогрессивных законодательствах мы находим уже нормы, устанавливающия также контроль этого рода. Он осуществляется в раз-I ных формах. Наиболее важная изних—это муниципальный референдум, приближающий Г. с. к форме непосредственного народного управления. Классической страной муниципального референдума является Швейцария; но в частичном виде мы находим его уже и в трех монархических странах: Англии, Богемии и Италии. В Англии муниципальные советы могут промовировать билли (о расширении их компетенции) и расходовать необходимия на это средства только под тем условием, чтобы постановление совета по этому предмету было утверждено голосованием самих городских налогоплательщиков. В Богемии повышать старые налоги или вводить новые в целях получения средств, необходимых для устройства городских предприятий, коммунальный совет может только в том случае, если за такое повышение или введение нового налога выскажется не менее двух третей избирателей. В Италии, по закону 1903 года, референдум обязателен во всех случаях, когда совет решает произвести муниципализацию какого-либо предприятия. Избиратели простым „да“ или „нетъ“ должны высказаться за или против предположенной муниципализации; в том случае, если последняя референдумом отвергнута, предложение о ней не может быть возобновлено ранее истечения трехлетнего срока, но срок этот сокращается до одного года, если того потребует не менее трети избирателей. В Италии же имеет частичное применение и институт „народного иска“ (azione ророиаге). Это институт, с которым мы встречались уже в Англии, где, как было сказано, каждый налогоплательщик имеет право возбудить в суде дело о незаконности постановлений городского совета, вызывающих денежный расход. В Италии „народный искъ“ направлен не против незаконности действий или постановлений муниципального совета, а против нерадивости органов коммунального управления в отношении охраны интересов общины или сознательного попустительства их нарушению. В силу действующого коммунального закона, каждый городской плательщикимеет право за свой страх и риск предъявлять иски и возбуждать дела в охрану прав и в защиту интересов коммуны, а суд, в который поступили жалоба или исковое прошение, должен сделать постановление, обязывающее муниципалитет вступить в дело.

Из общих всему Западу черт коммунального устройства следует отметить еще следующия. Даже законодателю, наиболее проникнутому идеями равнения и шаблона, фактически нет возможности совершенно игнорировать основной определяющий фактор городской жизни — численность населения. Более или менее с ней считаются все законодательства: одни, как австрийское, саксонское, прусское, настолько, что находят даже необходимым два особых муниципальных строя для крупных и мелких городов,—другия, каковых большинство, ограничиваются тем, что ставят в зависимость от численности населения более или менее существенные частности организации городского управления. В результате повсеместно получается упрощенная организация, а частью и суженная компетенция мелких городов сравнительно с более крупными. В значительной мере тем же моментом—численностью населения—определяется и то обстоятельство, что почти все столицы (Париж, Лондон, Берлин, Вена, Брюссель, Стокгольм, Копенгаген) имеют особое муниципальное устройство, существенно отличающееся от обычного в каждом соответствующем государстве. Впрочем, кроме того, что столицы обыкновенно являются наиболее крупными в стране центрами скопления людских масс, тут имеет значение также их исключительная важность, как политических центров, в которых сосредоточены все высшия государственные установления. Общими чертами их муниципальной организации являются: во-1-х, подчинение столичного самоуправления усиленному контролю и надзору центральной правительственной власти, причем последняя, между прочим, сосредоточивает исключительно в своих руках столичную полицию безопасности, во-2-х, разделение города на мелкие муниципальные единицы, деятельность которых координируется центральным муниципальным органом.

Расположив страны Запада в порядке возрастающей демократичности их муниципальных учреждений и возрастающого проникновения их началом самоуправления, мы увидим, что порядок этот всегда резко изменяется с переменою признака, положенного в основу группировки. В одном восходящем порядке располагаются страны, если мы их сгруппируем по избирательным системам, в другом—если оне сгруппированы по объёму компетенции, в третьем— по степени самостоятельности и так далее Это значит, что западноевропейские страны в своем стремлении к возможно большему усовершенствованию муниципального строя начинают это совершенствование не в одно время и не с однех и тех же сторон своего коммунального устройства. Иначе и невозможно, если принять в соображение разнообразие действующих в данном случае причин и условий. Но повсеместная эволюция Г. с. в сторону какого-то идеального строя в результате всех группировок оказывается не подлежащей сомнению. При этом обнаруживается, что и самый идеал, каким, по крайней мере, он рисуется современному нашему правосознанию, представляет собою уже нечто конкретное, почти вполне осуществленное и испытанное, только не в его органической целости и полноте, а разрозненными частями в разных странах. Собранные воедино эти разрозненные части дают такую схему доведенного до высшей при наличных условиях степени совершенства коммунального самоуправления: 1) всеобщее, тайное и равное без различия полов избирательное право, 2) распорядительный орган, составленный по принципу Пропорционального представительства, 3) исполнительные органы, организуемые по свободному усмотре-нию самого распорядительного органа, с широким участием в них населения,—пред ним ответственные иему подчиненные, 4) замещение исключительно по выборам всех ответственных муниципальных должностей с правом Г. с. досрочно отрешать избранных от должности в случае потери ими доверия своих избирателей, 5) компетенция, распространяющаяся на все местное управление городского поселения, включая сюда и область чисто местных польз и нужд, и поддающиеся местному ограничению предметы государственного управления, 6) полная самостоятельность, обеспеченная судебным контролем, наконец, 7) референдум и право „народного иска“.

В прямую противоположность тому, что мы только что видели на Западе, наше муниципальное законодательство на протяжении более века проявляет устойчивую тенденцию к стремлению вспять. XIX век начинается с отмены—в 1800 г. Павлом I—созданного Екатериной II городского самоуправления (смотрите город в России, XV, 648) и замены его почти чисто бюрократическим управлением. Со вступлением на престол Александра I, в 1801 г., действие Жалованной Грамоты городам восстановляется, и Город. ИИолож. 1785 г. с небольшими модификациями и за небольшими исключениями остается в силе вплоть до городской реформы 1870 г. Однако, это сила—чисто бумажная. Муниципальная реформа, произведенная Екатериной II, была не столько реформой, сколько революцией, ибо не усовершенствовала стария учреждения, а поставила на их место совершенно новыя, построенные на новых же началах, являвшихся коренным отрицанием старого порядка. Это-начала всесословности и самостоятельности, являющияся основными предпосылками истинного самоуправления Тем не менее, муниципальная революция 1785 г. была уже заранее роковым образом осуждена на бесплодие, потому что совершена была сверху чисто кабинетным путем, исходя изт теоретических соображений, а не вт силу категорического императива снизу, со стороны заинтересованного в городском деле населения. Новое городское самоуправление было создаш без соображения с живой действи-

“гельностью, как государственною, так и специально городского, с наличными потребностями, с реальным соотношением общественных сил. Не только в XVIII, но на протяжении / девятнадцатого века несоответствие новых муниципальных правовых норм действительности и вытекавшим из нея потребностям должно было быть, поэтому, огромным. И черезвычайно характерно для законодательного творчества Екатерины, что несоответствие проявилось именно в черезмерной широте новых норм,— такой широте, что, с одной стороны, ихъне мог вместить в себетогдашний государственный строй; с другой, оказался безсильным наполнить их живым и деятельным содержанием тогдашний город. В представлявшем собою систему организованного произвола самодержавно - бюрократическом и сословно-крепостническом государственном строе не могло быть достаточно места ни для всесословности,ни— тем более—для самостоятельности общественного управления. В лишенном промышленного и культурного значения городе, в составе сословий которого самое многочисленное — мещанское— почти сплошь занималось земледелием и не имело потому никаких специально городских интересов, точно так же, как никакими своими интересами не было органически связано с городом только „проживавшее“ в нем дворянство,—в таком городе, каким был русский город вплоть до последней трети прошлого века, не могло и возникнуть сколько - нибудь серьезных всесословных нужд и потребностей, удовлетворение которых могло бы составить задачу всесословного городского хозяйства, следовательно, и управления. Наконец, со стороны той части населения, которая должна была быть более или менее близко заинтересована в городском деле и состояла частью из разночинцев, главным же образом—из купцов и мещан же (живших мелкими городскими промыслами),—от этой части населения трудно было, принимая во внимание ея культурный уровень, ожидать сознательного отношения к обще-городским нуждам, и еще менее моленобыло, считаясь с ея навыками, забитостью и бесправием, предполагать в ней способность противостоять начальственному произволу. Естественно, что на протязкении первых двух третей XIX в мы наблюдаем, как под суровым давлением извне, лишенное внутренней энергии и внутреннего, соответствующого форме содержания и потому в огромной степени „пустотелое“ городское самоуправление постепенно деформируется, сокращается, сжимается и, наконец, фактически совершенно исчезает. С самого начала номинально всесословное, оно становится в действительности купеческо-мещанским. От самостоятельности скоро не остается ни малейшого следа: шестигласная дума превращается в слепую и послушную исполнительницу губернаторских распоряжений. Вместе с тем, в силу того закона, что с прекращением функции атрофируется и выполняющий ее орган, мало-по-ма-лу отмирают и атрофируются те части муниципального организма, которые в наибольшей мере воплощали в себе общественное начало: к половине XIX в не оказывается уже на Руси ни одного города, где имелась бы еще общая дума, и только в немногих городах продолжают еще существовать депутатские собрания. Обследование же, произведенное в 1867 г., обнаружило не мало городов, где исчезла и шестигласная дума, следовательно, не осталось никаких органов городского самоуправления: ни распорядительных, ни исполнительных. Да и была ли в них надобность там, где, с одной стороны, не существовало общегородских задач, с другой — все равно всем безконтрольно распоряжалась губернская власть, имевшая к своим услугам наиболее соответствующий ей исполнительный орган—полициюе

Систематическое вырождение екатерининского городского самоуправления, обусловливая собою жалкое состояние городского хозяйства и скудость городских касс, таким образом, частью косвенно, частью непосредственно задевало— и нередко весьма чувствительно— интересы казенные и правительственные. Уже одно это служилодостаточным стимулом для правительства — предпринять новое, наиболее соответствующее его интересам преобразование городского управления. В 1821 г. начинается работало пересмотру Городового Положения, завершающаяся четверть века спустя част-нойреформой—введением в Петербурге Город. Пол. 1846 г., распространенного затем, с некоторыми изменениями, на Москву, Одессу и Тифлис. Эта реформа, давшая несколько существенных технических улучшений, делает крупный шаг назад в смысле принципиальном. Его характерные черты: черезвычайное повышение (в 6 раз) избирательного ценза, более резкое проведение сословного принципа и сугубая бюрократизация городского управления, не только путем усиления правительственной опеки, но и прямым введением в состав „распорядительной думы“ назначаемого министром внутренних дел „члена от короны“.

Крестьянская реформа, коренным образом изменившая социально-экономическую и отчасти политическую структуру русского государства, создав вместе с тем совершенно новия условия городской жизни, снова резко и повелительно поставила на очередь вопрос об общей для всей России городской реформе. Решением этого вопроса явилось Городовое Положение 1870 г. Будучи одним из заключительных актов великой эпохи реформ, это Положение не могло не отразить в себе реакционных тенденций, которыми правительство все более пропитывалось по мере удаления от 19 февраля. Абсолютно нормы нового Положения (в особенности, главнейшия, определяющия избирательное право, компетенцию и пределы власти Г. с.), шире соответствующих норм Положения 1785 г. Но в то время, как последнее было значительно шире дореформенной городской действительности и открываемых ей возможностей, Город. Полож. 1870 г. значительно уже тех возможностей, которые возникли в условиях нового, пореформенного города и которые действительно приняты были в расчет в первоначальном, широко задуманном, но неосуществившемся плане городской реформы. И не только в таком относительном смысле Городовое Положение 1870 г. делает попятный шаг в сравнении с Положением 1785 г.; оно становится и абсолютно ниже последнего введением в группировку избирателей строго классовой) принципа: прежняя шестиразрядная система (смотрите XV, 650), строго сословный характер которой к тому же существенно нарушался всесословным составом первого разряда и сараси-taires’aMH пятого,—эта система открывала возможность несравненно большей равномерности представительства, чем то обратно-пропорциональное представительство, которое создано было в 1870 г. путем раздела избирателей, сообразно размеру уплачиваемых ими городских сборов, на три класса, из которых каждый, независимо от численности его состава, избирал одинаковое с другими количество гласных.

Само собою разумеется, что крайняя неравномерность представительства в огромной степени уничтожала ту пользу, которую городское население могло бы извлечь из большой широты избирательного права. Но широта эта, во всяком случае—и в этом ея большое принципиальное значение— была такова, что в мелких и средних городах избирательное право было фактически почти всеобщим, открывая доступ к избирательным урнам и малоимущей массе городского населения. Не менее серьезное принципиальное значение имело категорически выраженное в законе признание самостоятельности Г. с. Но именно эти два важнейших основания реформы 1870 г. заранее осуждали на гибель вновь созданный муниципальный строй по той простой причине, что самостоятельный—хотя бы только номинально—орган местного самоуправления, базированный на широко - демократическом избирательном праве, коренным образом несовместим с самодержавным политическим строем. Исчезновение первого становилось, поэтому, роковой неизбежностью с того момента, как правительство вздумало бы серьезнозаняться укреплением незыблемости последняго. В конце 80-х и начале 90-х гг., как известно, правительство, действительно, усиленно занялось таким укреплением, и в результате—вместе с другими приобретениями, сделанными русским народом в освободительную эпоху, у него было отнято и Городовоо Положение 1870 г. Той задачей, которую поставил себе на этот раз законодатель—приведение городского управления в строгое соответствие с самодержавно - бюрократическим строем государственной власти, сделав его вместе с тем возможно более верным и послушным слугою последней, этой задачей с логической неизбежностью предопределялись и те диаметрально-противоположные предыдущим начала, которые имели быть положенными в основание нового городского устройства; место самостоятельности должна была занять административная опека, широкое же общественное участие в городском управлении должно было смениться возможно большей его бюрократизацией.

При всем усердии творцов контр-реформы совершенно устранить из городского управления общественный элемент оказалось невозможным, так как по существу многих задач, лежащих на этом управлении, такое устранение поставило бы в затруднительное положение самое правящую бюрократию. Городское управление продолжает, поэтому, оставаться „городским общественным управлениемъ“ рядом и параллельно с „городским полицейским управлениемъ“, но исчезает „городское общество“, как субъект права, и остается только „городское поселение“, как объект управления. Избирательное право предоставляется ничтожному меньшинству городского населения, предполагавшемуся— и не без основания, как показал опыт—наиболее приверженным к самодержавно - бюрократическому строю. Это, во-1), владельцы недвижимых имуществ, обложенных оценочным в пользу города сбором и стоющих по оценке от 300 р. в мелких городах до 3.000 р. в столицах, во-2), владельцы торговых и промы

шленных заведений, выбирающие купеческие свидетельства. При этом евреи совершенно лишены избирательных прав. В результате—избирательное право оказывается предоставленным едва одному проценту городского населения; его лишены: вся рабочая масса, все ремесленники, все мелкие торговцы и домовладельцы. Это— во-первых. Во-вторых, как то установлено пишущим эти строки на основании избирательных списков (смотрите журнал „Народное Хозяйство“, ноябрь и декабрь 1901 г.), в большинстве провинциальных городов главную массу цензовых домовладельцев составляют служащие и отставные чиновники разных ведомств и всякого ранга, так что в общем на 100 избирателей купцов приходится от 120 до 150 избирателей разночинцев. Создан, таким образом, городской избирательный корпус, во-1-х, чуждый интересам трудовой массы, во-2-х, в огромной степени пропитанный бюрократическим духом и уже поэтому очень мало склонный и способный оказывать противодействие бюрократическому давлению на городское управление. Городовым Полож. 1892 г. приняты особия меры, чтобы специфические особенности избирательного корпуса определяли собой соответствующия, но только еще более резко выраженные особенности городского распорядительного органа: состав городской думы сокращен вдвое и даже втрое против прежнего (от 20 до 160 гласных, смотря по количеству населения и административному рангу городов). Создано, таким образом, ровно столько думских мест, сколько, по предположению законодателя, может быть замещено канди-тами, представляющими интересы наиболее крупных цензовиков. На тот же случай, если бы у последних почему-либо не хватило сил для заполнения всего думского комплекта, Город. Положение избавляет их от необходимости замещения свободных мест представителями более мелких интересов, узаконяя недовыбор одной трети гласных, — сделавшийся в нашей муниципальной практике обычным явлением. Естественно, что по дан-

2ибным о ценности и доходности недвижимых имуществ гласные дают теперь вдвое и даже втрое высшую среднюю имущественной состоятельности, чем избиратели, так что по своим имущественным интересам состав городских дум стоит еще дальше от массы городского населения, чем избирательный корпус. Неизбежна и большая сравнительно с этим корпусом бюрократичность городских дум. Имея часто численный перевес в рядах городских избирателей и, обыкновенно,уже в силу своей большей интеллигентности, обладая большей активностью, разночинцы, естественно, получают еще большее преобладание в городских думах. Последния к тому же составляются не исключительно посредством выборов: в состав их входят также гласные по прямому назначению администрации и члены ex officio. Во всех тех случаях, далеко не редких, когда недовыбор гласных превышает Вз состава, недостающее до полного комплекта количество гласных назначается администрацией из гласных предыдущого четырехлетия, хотя бы даже забаллотированных на новых выборах. В городах же еврейской черты оседлости администрацией назначается известное число гласных евреев J). Кроме того, в состав городской думы входит председатель уездной земской управы и представитель духовного ведомства. Наконец, существенно отзывается на составе городск. дум обязательность посещения гласными ея заседаний под страхом кары за неявку,—мера, принижающая звание гласного и отбивающая охоту добиваться его у всякого, кто дорожит своей независимостью и в то же время не имеет каких-либо сильных личных или общественных стимулов к тому, чтобы, поступившись ею, принять это звание. Каждый шаг думы строго регламентирован, число заседаний ограничено минимумом в 4 и максимумом в 24 в

’) Вообще, число гласных аз нф-христиан, хотя бы последние преобладали в избирательном корпусе, но может превышать xjb части общаги числа гласных.

Год

Год, причем росписание их должно быть составлено за год вперед. Вне росписания черезвычайные собрания могут быть созываемы не иначе, как с разрешения начальства. Дума лишена прав устанавливать порядок своего собственного делопроизводства, а должна руководствоваться неполными и несовершенными правилами, установленными для общественных собраний в Общем Учреждении Губернском,— ограничение понятное, приняв во внимание, что контр-реформой 1892 г. городское общественное управление введено в состав „губернского учреждения“ и „административных местыи лицъ“. Компетенция думы сильно ограничена, у нея отняты, между прочим, те широкие права, которыми она пользовалась раньше в отношении городских выборов. Ни одно ея, даже самое ничтожное, постановление не признается окончательным; огромное большинство их по самым существенным вопросам городской жизни получает силу только под условием утверждения их правительственной властью, все остальные могут быть приведены в исполнение не раньше определенного срока, в течение которого губернатор может остановить их исполнение не только потому, что найдет их незаконными, но и в том случае, если найдет их неправильными по существу. Таким образом, властью, решающей в конечном итоге все вопросы местной муниципальной жизни, является правительственная администрация, голос же местного представительства-городской думы—получает в действительности значение голоса совещательного,—не более. Результаты такой организации городского распорядительного органа сказались очень быстро. Слишком малый состав городских дум затруднил их работутам, где оне хотели бы работать. В большинстве дум никакая угроза штрафом не устраняет массового абсентеизма гласных, не имеющих серьезного интереса к общественному делу. Вполне определенный в социальном отношении состав городских дум не мог не отразиться соответственным образом на тоне и направлении городского хозяйства, почти совершенноигнорирующого интересы и нужды городской массы (смотрите городское хозяйство). Надзор и опека администрации не сократили, а увеличили количество не-ааконных и неправильных думских постановлений: администрация не могла устоять перед соблазном использовать как можно больше в своих интересах зависимость от нея городского управления, хотя бы и вне пределов закона, никем и ничем серьезно не ограждаемых; это особенно резко обнаружилось в большом количестве незаконных ассигновок из городской кассы, почему-либо выгодных бюрократии. Понятно, что, требуя сама незаконного, администрация не может не потворствовать и своекорыстным притязаниям тех верховодящих в городском управлении элементов, под влиянием и воздействием которых эти требования безропотно удовлетворяются.

Организация городского исполнительного органа в еще большей мере, чем данная организация думы, отдает городское дело в руки администрации. Городская управа нормально состоит из городского головы, состоящого одновременно председателем думы, и двух членов управы1). Количество последних по усмотрению думы может быть увеличено в городах губернских, областных и значительных уездных до трех, в городах с населением более ста тысяч—до четырех и в Москве — до шести. Дальнейшее увеличение невозможно без специального разрешения министра внутренних дел. Вссь состав управы избирается думою (кроме столиц, где городской голова назначается Высочайшей властью), но считается состоящим на государственной службе и соответственно роспи-сан по классам (в отношении чинопроизводства) и по разрядам (в отношении шитья на мундире). Управа, следовательно, есть коллегия выборных чиновников и в таком качестве, понятно, не может быть поставлена в зависимость от городскойи) В вебольишх уездных и безуездвых городах допускается исполнительный орган в лице одного городского головы.

думы, а подчиняется всецело правительственной администрации. Последняя утверждает и определяет этих выборных (в данном случае по существу только рекомендованных думою) чиновников к должностям и увольняет их от таковых; администрация же ревизует их действия, преподает им указания и дает им распоряжения под страхом дисциплинарного взыскания за неисполнение. Городская управа всего менее орган думы. Благодаря данной организации городского исполнительного органа, непосредственное ведение городского хозяйства—всецело в руках бюрократии; ей принадлежит инициатива, поскольку последняя предоставлена исполнительному органу, ей же—и исполнение думских постановлений, поскольку они ей признаны действительными, как совпадающия с ея собственной волей и желаниями. В соответствии с этим черезвычайно, сравнительно с прежним, расширен круг самостоятельной компетенции городской управы. Характерно, что теперь исключительно ей, под надзором и руководством губернатора, предоставлено все выборное производство. Есть случай,—на практике весьма частый,—когда управа всецело становится на место думы: если двукратно не состоится заседание думы, то подлежавшие ея рассмотрению доклады и заключения управы признаются равносильными постановлениям думы и направляются к исполнению в том же, как и эти последния, порядке. У права, впрочем, не единственный исполнительный орган: дума может создавать и другие,—более общественного характера, именно, исполнительные комиссии из гласных и, вообще, избирателей. Но эти комиссии действуют, „подчиняясь управе“, и „вступают в отправление своих обязанностей с разрешения губернатора“. Соизволение губернатора требуется и вообще для занятия какой-нибудь должности в городском управлении, хотя бы и по вольному найму. Практические результаты, отсюда получающиеся, не представляют собою ничего неожиданного. Городское дело серьезно страдает и от не всегда достаточного численного состава городских управ, а в особенности от того, что выбирать в городские головы и члены управы и назначать на все другия городские должности приходится не тех, которые наиболее пригодны к выполнению соответствующих функций, а тех, которые имеют больше шансов на утверждение их администрацией. Немалое практическое значение имеет и принципиальная противоположность между думою, как-ни-как органом общественным, и управою — организацией бюрократической. Тут всегда неизбежны трения, часто переходящия в ярый антагонизм, разрешающийся беспощадной взаимной борьбою за гегемонию,—борьбою, редко способною дать что-нибудь полезное для городского дела.

То, наконец, что венчает здание, возведенное Городовым Положением 1892 г., делая его строго выдержанным в стиле бюрократической опеки над местной жизнью, это — крайняя ограниченность бюджетного права, предоставленного городскому управлению. И здесь, в важнейшей для населения области городского финансового хозяйства, полным хозяином является правительственная администрация: дума только составляет проект городской приходо - расходной росписи, администрация же вольна и отказать ей в своей санкции и изменить по своему усмотрению сделанные думою сметные исчисления и раскладки (смотрите городское хозяйство). Кроме общого нормального муниципального строя, основные черты которого только что изложены и который действует в 456 городах, Городовым Положением установлено еще упрощенное городское общественное управление для мелких городских поселений (229). Оно отличается от нормального, во-первых, тем, что в нем городское управление объединено с сословным, мещанским, во-вторых, что думу заменяет собрание уполномоченных, избранных городским сходом, и, в третьих, тем, что вместо управы здесь единоличным исполнительным органом является староста, который, впрочем, может иметь помощников. Опека правительственной администрации надупрощенным управлением еще сильнее, чем над нормальным.

Необходимо еще отметить, что с 1903 г. Городовое Положение 1892 г. потеряло силу по отношению к Петербургу. Последний имеет теперь общественное управление, организованное на основании особого, специально для него изданного Положения 8 июня 1903 г. Отметим наиболее существенные пункты, которыми это Положение отличается от предыдущого. 1) В Петербурге избирательное право предоставлено также наиболее крупным плательщикам квартирного налога. 2) Избиратели делятся здесь на два разряда, из которых первый, образуемый наиболее крупными плательщиками, вносящими в сложности одну треть общей суммы дающих избирательное право сборов, избирает одну треть думского состава, остальные же две трети избираются вторым разрядом. 3) Срок служения гласных в Петербурге не четырех-, а шестилетний, и обновление думы происходит не сразу, как в других городах, а по частям: каждые три года выбывает половина. 4) Петербургская дума получила особого председателя, ежегодно избираемого ей из среды гласных. 5) Значительно поднято значение должности городского головы, трактуемого петербургским Положением, как особый исполнительный орган, стоящий частью рядом с управою, частью над нею. 6) Получил особую организацию контроль над городским финансовым хозяйством — в форме особой контрольной комиссии, состоящей под председательством лица, назначенного министфр. внутрен. дел с Высочайшего соизволения, из одного им же назначенного и трех избранных думою членов. Как это предсказано было еще во время разработки проекта Положения 8 июня, между прочим, и пишущим эти строки (в журнале „Право“), петербургская реформа, произведенная Плеве не столько в интересах населения, сколько в интересах бюрократии, привела не к улучшению, а скорее к ухудшению положения дел в петербургском городском общественном управлеыии. Самое расширение избирательных прав в пользу наиболее крупных квартиронанимателей, при составе столичного населения, как то и предсказывалось, привело не к демократизации, а к сугубой бюрократизации и аристократизации петербургского городского управления, пребывающого в рядах наиболее отсталых муниципалитетов в России.

Нужно еще отметить, что на окраинах, в том числе в 116 гор. Царства Польского, и теперь еще — пол-века после крестьянской реформы и 40 лет после городской реформы 1870 г.—продолжает действовать чисто бюрократическая система управления городами,—система, в сравнении с которой даже Городовоф Положение 1892 г. может показаться благом.

Библиография. Ашлей ИИерси, „Местное и центральное управление. Сравн. обзор учреждений Англии, франции, Пруссии и Соедин. Шт.“ СПБ. 1910; Шоу А., „Городские управл. в Запади. Европе“, М. 1899; Пифферун Ф., „Европейские избирательн. системы“, СПБ. 1905; Ferraris С., „Теогиа del dicentramento amministrativo“, Milano, 1898; Modona Neppi, prof., „Controli sull’amministrazione comunale e provinciate e referendum“, 1902; Редлих I., „Английское местное управление“, СПБ. т. I, 1907, т. II—1908; Вотье Морис, „Местное управление Англии“, СПБ., 1896; Полонский И., „Местное управл. в Англии“, М. 1906; Bertolini Р., „И governo locale inglese“, 2 vol., Torino, 1899; Hugo (Lindemann), „Die deutsche Stadteverwaltung“, Stuttgart, 1904; Verein fur Sozialpolitik, Bb. 117 —120 „Verfassung und Verwaltungsorganisa-tion der deutschen Stadte“; 121 — Schweiz, 122—Ostreich, 123—England, Frankreich und Nord-Amerika (Leipzig, 1906); Gorso A., „Nuovo comento della legge comunale e provinciale“, Napoli, 1900; Свиыишков M., „Основы и пределы самоуправления“, СПБ. 1892; Кизеветтер А., „Места, самоуправление в России“, М. 1910; Дитятин, „Устройство и управление городов России“, 2 т., СПБ. 1875, Яросл. 1877; „Материалы, относящиеся до нов. об-ществ. устройства в город. Империи“, т. т. I—IV, СПБ. 1877—1888; Семин О.,

„Основные вопросы местн. самоуправления“, Баку, 1910; Вернер И., „Го-родск. самоуправл. в России“, М. 1906; А. Б., „Городское самуправле-ние в России“, М. 1905; Семенов Д., „Городское самоуправление“, СПБ. 1901; Михайловский, А., „Реформа го-родск. самоуправления в России“, М. 1908; Шрейдер Г. И., „Наше городское общественное управление“, СПБ. 1902; его же, „Город и Городов. По-лож. 1870 г.“, том IV, издан. Бр. Гранат и К° „История России в XIX в.“; его же, „Городская контр-реформа 11 июня 1892 г.“ в V томе той же „Истории“; Щепкин, М., „Общественное самоуправление в Москве“, М. 1906; Колычев Ал., „По городским вопросамъ“, СПБ. 1910; Джабар М., „Муниципальные вопросы“, Тифлис, 1910; Муромцев С., „Статьи и речи, вып. IV. В Московск. Городск. Думе“, М. 1910; Новиков А., „Записки о городском самоуправлении“, СПБ. 1904; его же, „Записки городского головы“, СПБ. 1905. Гр. Шрейдер.

Городское хозяйство

Городское хозяйство (на Западп, и в России). С точки зрения целей, преследуемых Г. х., оно ничем не отличается от других видов принудительного общественного хозяйства: государственного и земского—областного или провинциального. Подобно им, оно призвано к удовлетворению определенного круга наличных потребностей и к созданию коллективными силами и коллективными средствами тех условий общежития, которые представляются необходимыми для того, чтобы человечество имело возможность наиболее уверенным, твердым и быстрым шагом идти в направлении, ведущем к наивысшим ступеням всестороннего физического, умственного и нравственного развития и материального благосостояния. Но к одной и той же цели можно стремиться в разных областях и разными путями. Если Г. х. не только по форме и по объёму, но и по существу своего содержания является отличным от других видом общественного хозяйства, то причиной тому служит, именно, особенный характер той области, в которой проявляется в данном случае направленная надостижение только что указанных целей коллективная хозяйственная деятельность. Это область, которая характеризуется понятием города.

Поскольку город является таковым, т. е. не внешним образом и не формально только, а по самому своему существу отличным от других видов и форм общежития, постольку в нем неизбежны также особыя, только ему одному присущия, только в его обстановке способные возникнуть, нужды и потребности. Понятно также, что в специальных условиях городской обстановки и потребности вполне однородные с теми, которые существуют в других видах общежития и которыя, следовательно, удовлетворяются другими видами общественного хозяйства, отливаются здесь в иные формы, получают иное выражение, иной характер, требуя от городского хозяйства других средств, способов и приемов для их удовлетворения.

Город зто пункт наибольшей плотности населения

Город — зто пункт наибольшей плотности населения, обусловленной скоплением больших и разнородных по составу людских масс на сравнительно небольшой территории. Такое скопление является, прежде всего, источником целого ряда огромной важности отрицательных условий городской жизни, каковы, например, накопление отбросов, загрязнение почвы, воздуха и воды, трудность добывания пищевых продуктов, вообще, а доброкачественных, в особенности, трудность и опасность неурегулированного движения по неблагоустроенным городским путям сообщения, скопление значительного числа неспособных к труду, наконец, целый ряд моментов, в черезвычайной степени благоприятствующих развитью проституции, преступности, распространению заразных болезней и так далее и так далее Все это—условия, беспрепятственное и безостановочное развитие которых не только привело бы к физическому и моральному вырождению городского населения, но сделало бы даже, в конце концов, невозможным самое существование города, и в то же время все это условия, устранение которых выходит далеко запределы власти, сил и способностей отдельного индивидуума: борьба с ними лежит поэтому на обязанности коллектива и должна быть предметом общественной заботы, значит, и общественного хозяйства. Таким образом, получается первый—самый важный по существу и самый обширный по объёму—род задач Г. х., определяемый необходимостью борьбы с отрицательными условиями городской жизни, или, выражаясь иначе, необходимостью борьбы с концентрацией, как с фактором отрицательным. Но, действуя в качестве такового в одном направлении, та же самая концентрация и в то же самое время действует в другом направлении, как фактор положительный. Именно, большая численность и высокая плотность дифференцированного и тесно своими экономическими и культурными интересами с городом связанного населения создают тот прочный базис (в одних случаях—материальный, экономический, финансовый и технический, в других—интеллектуальный и психический), на котором только и могут быть построены как раз наиболее важные мероприятия в целях городского благоустройства, понимая последнее в самом широком смысле, каковы, например, канализация, водопроводы, трамваи, или же больницы, народные дома, театры, музеи, библиотеки, аудитории и тому подобное. Таким образом, определяется второй род задач Г. х., именно, направленных на использование, расширение, умножение и развитие тех немалочисленных положительных средств и возможностей, какие заключает в себе городская концентрация населения. Какой из только что указанных двух различных родов задач является в данном пункте и в данный период времени количественно и качественно преобладающим, это зависит от двух имеющих неодинаковое значение и различно действующих условий: от размера и степени концентрации — во-первых, от уровня развития Г. х.— во-вторых. По мере того как город растет, по мере того как в нем скопляется все большая масса населения.

пропорционально, а нередко и в ускоренной прогрессии разрастаются и умножаются также отрицательные условия городской жизни, следовательно, и соответствующия им задачи первого рода. Но при известных условиях развитие Г. х., хотя оно само в большей мере зависит от роста концентрации, способно, тем не менее, идти более быстрым темпом, чем этот рост; при известных условиях оно может (и должно) идти впереди назревающих городских общественных нужд и потребностей, справляясь с отрицательными условиями городской жизни — в смысле их смягчения или совершенного устранения—быстрее, чем они успевают вновь возникнуть под влиянием роста населения, и даже предупреждая теми или другими положительными мероприятиями самое их возникновение. В такого рода случаях, понятно, превалирующее значение получают задачи второго рода. Практически, впрочем, оба рода задач, положительных и отрицательных, иногда не только совпадают, но и сливаются: так оно происходит в тех нередких случаях, когда уничтожение дефектов, обусловленных скученностью городской обстановки, само собою создает новые положительные моменты, или же, наоборот, когда использование в указанных выше целях Г. х. тех средств и возможностей, которые дает ему концентрация, попутно, само собою в каком-либо размере или в каком-либо отношении уменьшает влияние последней, как фактора отрицательного. Так, например, устройство доступных массе дешевых и гигиенических жилищ, уничтожая зло перенаселенности и дороговизны квартир, является вместе с тем положительным залогом физического, морального и экономического благосостояния городского населения, или, наоборот, устройство электрического трамвая, не осуществимое там, где оно не находит достаточно широкой и прочной базы в высокой степени концентрации 1),

и) Ио расчету пнжеп. А.. Вульфа, например, в России трамвай может быть безубыточнымслужит в то же время как раз весьма действительным средством для разрежения населения, для уменьшения его плотности в центральных частях города.

Займется ли Г. х. и, если займется, то в какой мере данными, ставшими на очередь, задачами, для разрешения которых имеются налицо все необходимия условия,—это зависит уже, конечно, не от степени концентрации гор. населения, а от других факторов, имеющих в данном случае гораздо более важное значение. Прежде всего, нет почти такой частности в строе и организации ведающих Г. х. учреждений, даже совершенно незначительной на первый взгляд, которая не оказывала бы на это хозяйство какого бы то ни было—прямого или косвеннаго—влияния. Тем большее значение имеют для него, особенно в отношении порядка и полноты разрешения стоящих на очереди задач, те главнейшия основы коммунального строя, которыми определяется степень способности муниципальных учреждений реагировать на назревающия в городе нужды и потребности, мера их готовности принимать на себя разрешение тех или иных задач— большей или меньшей сложности, затрагивающих те или другие интересы, наконец, размер, род и характер тех интеллектуальных, правовых и материальных средств, какими они для разрешения таковых располагают. На первом месте в ряду этих основ следует поставить избират. систему. Едва ли не наиболее яркую иллюстрацию того влияния, которое оказывает демократизация избират. систем, дает история английск. Г. х.: наиболее высокая в Европе степень его развития в связи с усиленным вниманием, кот. уделяется в нем нуждам и потребностям наиболее широких слоев гор. населения, находится в прямой причинной связи с реформами 1835—1882 гг., благопредприятием только в городах с населением не ниже 60 тысяч и то при том условии, если городом на его устройство будет затрачен собственный свободный, а не заемный капиталдаря которым муницип. власть, находившаяся в руках привилегированного меньшинства, превратившего гор. учреждения в самоизбирающияся, замкнутия и своекорыстные корпорации, перешла в руки большинства гор. населения и—частью—его трудовых элементов в том числе. Если демократизация избират. систем не везде так заметно отразилась на Г. х., как в Англии, то потому, что, кроме избират. системы, огромное значение имеют еще круг предметов ведомства и пределы власти, кот. предоставлены законом гор. самоуправлению. И пока из числа западно-европ. город. самоуправлений как раз именно английское—в результате полувековой упорной и настойчивой борьбы за расширение своей компетенции и пределов своей власти— успело необычайно широко раздвинуть рамки своей компетенции, получив в то же время необходимую полноту власти. Но мы знаем уже (смотрите городское самоуправл.), что и остальные страны более или менее быстро эволюционируют в том же направлении. Даже во франции государственному совету, столь охотно, систематически и настойчиво ставящему препоны стремлению коммун к расширению сферы Г. х., приходится все чаще идти на уступки, допуская постепенно из года в год расширение круга муницип. предметов ведомства. Затем необходимо считаться также с серьезной зависимостью Г. х. от устройства муниц. исполнит. органов,—устройства, которое пока нигде еще не предоставлено всепело и исключительно усмо-трению самих коммун: даже в

Англии закон в некоторых случаях точно определяет конструкцию того исполнит.органа, которому должны быть поручены известные функции, например, комитетов, на которых должно быть возложено по закону заведывание полицией, народным образованием, делом борьбы с эпизоотиями и тому подобное. Благодаря этому, в той же франции, например, слабый прогресс Г. х. и вообще плохое его состояние (сравнит. с английским или немецким) было бы совершенно ошибочно относить исключительно на счет черезмерной централизации и административной опеки: если подрядная, концессионная и откупная системы получили тут такое необычайное развитие, что находят применение даже по отношению к содержанию муницип. учеб. завед., то в огромной степени виною тому является предустановленная законом организация муницип. исполнит. власти, сосредоточенной всецело в лице одного только мэра и уже поэтому являющейся совершенно неприспособленной к широкой постановке Г. х. Наоборот, система исполнит. комитетов— один из наиболее серьезных факторов того и по темпу, и по объёму изумительного прогресса, который в течение последнего полувека выдвинул на первое место английское муницип. хоз., точно так же, как немецкие города высоким уровнем своего благоустройства обязаны в огромной степени превосходному (с точки зрения профессиональной подготовки и деловой добросовестности) составу их магистратов. Понятно, далее, что высшей степени развития, в смысле наиболее полного удовлетворения стоящих на очереди потребностей, Г. х., при всех прочих равных условиях, может достигнуть только там, где оно располагает наибольшими для того материальн. средствами. Количество же последних зависит как от характера тех источников, из кот. ведающия Г. х. учреждения черпают необходимые им финансовые рессурсы, так и от того, насколько эти учреждения свободны в распоряжении своими финансами вообще, в особенности же— насколько от их свободного усмо-трения зависит производство расходов на те или другия нужды и потребности, делая выбор между теми, удовлетворение кот. непосредственно и с необходимостью вытекает из прямого назначения местного хоз., и теми, удовлетворение кот. за счет местных средств из него не вытекает, имея другия основания. Государство, конечно, заинтересовано в том, чтобы платежные силы населения не были истощаемы местным обложением, и, пользуясь своим финансовым суверенитетом, оно подвер-

Гает различным ограничениям бюджетное право коммуны. Одни из ограничений не идут дальше крайне необходимого, останавливаясь на той черте, переход за которую явился бы серьезным нарушением начала самостоятельности местн. самоуправления. Начало же это требует, чтобы у коммуны были свои особые от государственных налоговые источники, своя особая и самостоятельная финансовая система, чтобы коммуна и в распоряжении своими рессурсами располагала полной свободой, кот. исключает утверждение правительством коммун. бюджетов и контролирование им муниципальн. отчетов, не допуская иного контроля, кроме судебного. Таков именно порядок, действующий в Англии, к которой в известной мере приближаются порядки: бо

Гемский, саксонский и частью прусский. Ограничения другого рода— это те, которые государство пускает в ход, именно, как наиболее действительное средство наибольшого подавления самостоятельности коммун. самоуправления, для более прочного и решительного подчинения его правит. опеке. Это достигается тем, что фискальное право коммуны вводится в черезвычайно тесные рамки, что коммуне почти совсем не предоставляется самостоятельных, особых от государственных налоговых источников, что черпать из таковых она может только в очень тесных пределах установленной нормы, превышение которой, если и допускается, то не иначе, как с разрешения администрации, что, наконец, самое составление коммун. бюджета подвергается строгой и мелочной регламентации, открывающей правительству возможность широкого вмешательства в существо финансовых распоряжений муниципалитета. На таких, именно, началах построено бюджетное право французской и итальянской коммун, а также частью бельгийской, вюртембергской и др.

Укажем теперь хотя бы только главнейшие из обычных источников, из которых муниципалитеты получают необходимия им средства.

Источник 1.—Прибавки к прямым

Госуд. налогам: к личным (поквартирному, подоходному), как то практикуется, например, в Пруссии, Голландии, Бадене, Вюртемберге, и к реальн.— поземельному и подомовому (франция и Италия), налогу на окна и двери и патентному сбору (франция), налогу на доходы от капиталов (Вюртемберг). Дополнительный в пользу коммун сбор с объектов госуд. реального обложения выражается в сантимах двоякого рода: а) ординарных, размер кот. определяется или действующим коммунальным законом (Италия), или ежегодно в госуд. бюджете (франция), и б) экстраординарных, взимаемых с особого каждый раз разрешения на покрытие черезвычайных расходовъ» Источник 2. Налоги на потребление (косвенные) в форме налогов на увеселения, на предметы роскоши, на лошадей, собак, кошек, соловьев, сбора с солода, пива, убоя скота, в особенности же—в форме октруа (заставных сборов), взимаемых коммуной с ввозимых в ея пределы пищевых продуктов, напитков, фуража, топлива, строительных материалов и тому подобное. В тех случаях, когда дело идет о продуктах, по преимуществу напитках, уже обложенных государством (акцизом), октруа в пользу коммуны ограничивается только известной надбавкой к госуд. налогу. На только что указанных двух источниках, на добавочных сантимах и октруа, базируется финансовое хоз. итальянск. и французск. коммун. В остальных странах эта устарелая, не отвечающая ни нуждам муницип. хоз., ни интересам населения система частью уже совершенно исчезла, частью доживает еще (по преимуществу на юге Германии) свои последние дни в виде не играющого большой роли в бюджетах финансового пережитка. При вполне понятном с точки зрения госуд. интересов строгом ограничении того размера (в процентном отношении к основному окладу), в каком добавочные сантимы могут быть взимаемы в пользу коммун, и при слабом росте самих окладов,—это источник, исключающий возможность развития гор. финансов в соответствии с ростом муницип. потребностей. И коммуны, изыскивая средства, потребность в которых чувствуется ими все в большем и большем размере, поневоле усиленно налегают на второй источник—на октруа. По данным 1907 года, доходы французских коммун, исключая Париж, превышали 800 миллион. фр., из кот. около 240 миллион. покрывались добавочными сантимами, а более 280 миллион. давало октруа. В Италии по данным за тот же год доход коммун достиг суммы 600 миллион. лир, из кот. менее 150 миллион. получено было от добавочных сантимов, а более 160 миллионов от октруа (dazio consumo). В этот счет, однако, вошли и сельские коммуны, для кот. оба эти источника не имеют такого крупного значения, как для городских. О последнем можно судить по следующей табличке, касающейся девяти крупнейших городов:

Всего дохода

На каждые сто

Города.

от налогов лие AUAjtA в.мпл. лир Октруа

Милан.. .

24

62

22

Рим

21,1

72

17

Неаполь. .

15,4

66

28

Генуя

15

79

17

Турин.. .

12,5

81

15

Флоренция .

9

60

29

Палермо. .

8,1

83

13

Венеция.. .

5,6

84

10

Болонья.. .

5,1

64

20

Падая огромной тяжестью на потребление, в особенности, широких трудовых масс населения, октруа, как источник дохода в коммунальном финансовом хоз., представляет еще то существенное неудобство, что значительная часть получаемых из него средств теряется для этого хозяйства совершенно бесполезно в виду обширности и сложности необхдимой д ия его взимания организации, расход на которую в Италии, например, поглощает часто более 40°/о всего сбора. Источник

3.Государственные косвенные и прямые реальные налоги, частью или целиком обращенные на нужды муницип. хоз. Пример частичной уступки коммунам госуд. косвенных налогов дает Бельгия, где в возмещение потери, понесенной коммунами от отмены октруа, оне получают ежегодно каждая определенную по разверстке сумму из особого коммун. фонда, на образование которого обращено 41°/о валового дохода, получаемого государством от почты, и 35% дохода, получаемого им от обложения привозимых из-за границы вин, от акциза и таможенной пошлины на спиртные напитки, пиво, сахар, уксус и уксусную кислоту. Пример второго дает прусская реформа местного обложения, произведенная законом 14 июля 1893 г. В основание этой реформы легло воззрение, признающее принцип налогоспособности, долженствующий служить определяющим началом госуд. обложения, непригодным для обложения местного, существу и задачам которого более соответствует принцип услуги—возмездия. Согласно такому воззрению, местное обложение может быть правильно и целесообразно построено только на основе прямого реального обложения, которое должно быть совершенно исключено из системы госу-дарств. финансов: в силу этого упомянутым законом два государственных вещных налога—на недвижимость и промысловый — и переданы коммунам. Источник 4. Собственные коммунальные прямые реальные налоги двоякого рода: промысловые и на недвижимость. Коммунальные промысловые налоги существуют повсеместно в разных видах и формах, между прочим, в виде сборов с развозного и разносного торга, с об-ществ. экипажей, с содержимых для промысла упряжных, вьючных и верховых животных—лошадей, мулов, ослов, с трактиров, гостиниц, меблированных комнат, с фотографий, универсальных магазинов и так далее Повсеместно же существует коммунальное обложение недвижимости (по ея ценности или доходности), но не везде этот налоговой источник играет одинаково значительную роль в гор. бюджете. В отношении этой роли выделяется Англия, где обложение недвижимости является базисоммуницип. финансов, отличаясь вместе с тем следующими характерными особенностями: а) недвижимость облагается не одним общим коммун. налогом, а несколькими параллельными, из кот. каждый имеет особое назначение, так что обложение является целевым; б) все такого рода налоги взимаются на тех же основаниях, как и налог в пользу бедных, так что последний является как бы основным, а все остальные—только дополнительными к нему, и в) взимаются они не с собственника недвижимости, а с ея нанимателя. В Англии же законом 1859 года положено было начало так называется специальному обложению, или налогу на улучшения, получившему затем особенно широкое применение в Германии, а частью также во франции и в Бельгии. Это— налог на ту повышенную ценность, которую недвиж. имущества получают благодаря произведенным муниципалитетом улучшениям—замощению и освещению улиц, канализации и тому подобное. Наряду со специальным обложением получает все большее развитие и обложение незаслуженного прироста ценности, т. е. того ея прироста, который происходит помимо воли собственника и без всяких усилий с его стороны, а само собою, так сказать, автоматически в силу роста города, увеличения и уплотнения его населения. Практикуется это обложение обыкновенно в форме налога на обращение или нороход НОДШИЖНМОСТОЙ, настигая, таким образом, незаслуженный прирост ценности в тот момент, когда он реализуется в получаемой собственником цене за продаваемое им имущество. Заслуживает еще быть особо отмеченным практикуемый многими английскими, германскими и голландскими городами налог на незастроенные городские участки с целью борьбы с земельной спекуляцией. Источник 5. Личное коммунальное обложение в виде разного рода подушных сборов, сохранившихся еще в Вюртемберге, Италии и Саксонии, сборов с прислуги, налогов—поквартирного и чисто подоходного. Коммунальное чисто подоходное обложение пока еще весьма слабо развито. Даже там, где коммунам предоставлено право взимать его, оие часто встречаются с правит. противодействием, как, например, в Бельгии, где общее и сильное стремление коммун к подоходному обложению разбивается о систематические отказы правительства в санкции представляемым, согласно закону, на его утверждение статутам этого обложения. Но зато там, где коммунальное подоходное обложение не только не встречает противодействия со стороны государства, а даже поощряется им,—в Саксонии, в особенности же в Голландии, — оно, насколько по крайней мере дело идет о более или менее значительных городских центрах, является наилучшим источником общинных финансов, которые с введением подоходн. обложения быстро приходят в блестящее состояние. Источник 6. Доход от гор. имуществ и оброчных статей, в виде арендных и оброчных платежей и разного рода сборов, взимаемых общиной за пользование принадлежащими ей землями, водами, сооружениями— домами, магазинами, доками, пристанями, за проход и проезд по гор мостам и тому подобное. Источник 7. Доход от городских предприятий — концессионных и муниципализированных. По мере того, как повсеместно усиливается движение городских управлений в сторону муниципализации не только общественных служб, но и промышленных предприятий, увеличивается все более и значение этого источника коммунальных доходов, уже в настоящее время местами играющого черезвычайно крупную роль в муниципальных бюджетах. Источник 8. Разного рода мелкие сборы и пошлины, например, с мер и весов и тому подобное., штрафы и др. Источник 9. Пособия (субсидии, дотации) из государств. средств с целью усиления рессурсов муницип. касс, вообще, или же на определенные, специальные цели, преимущественно на выполнение возложенных на муниципалитеты задач государственного значения. Система дотаций начинает играть все более значительную роль в западно-европейской муницип. практике, особенно в Пруссии, Бельгии, франции и Англии. Представляя собой очень серьезный и во многих отношениях весьма удобный для коммун финансовый рессурс, дотации сопряжены, однако, с одним весьма существенным неудобством: приходя своими средствами на помощь коммуне, государство везде, даже в Англии, оставляет за собою право ближайшого контроля и надзора не только за законностью, но и за целесообразностью расходования муниципалитетами этих средств, ограничивая, таким образом, самостоятельность гор. самоуправления. Источник 10. Займы. Большинство тех задач Г. х., разрешением которых создаются основные условия гор. благоустройства, требует крупных единовременных затрат, далеко превосходящих нормальные рессурсы коммунальных касс. Такого рода мероприятия, как канализация, трамваи, газовые заводы, электрические станции и так далее, могут быть своевременно, успешно и целесообразно осуществляемы только за счет средств, добытых путем займов. Немыслимо представить себе сколько-нибудь развитое и прогрессирующее Г. х. там, где оно лишено было бы возможности в достаточно широкой мере пользоваться этим финанс. источником. Но, с другой стороны, недостаточно производительный и на невыгодных условиях заключенный заем может лечь непосильной тяжестью не только на живущее, но и на грядущия поколения, расстроив вместе с тем источники госуд. доходов. Понятно, что ревниво стоящее на их страже государство подвергает повсеместно особенно строгой регламентации и особенно значительным ограничениям права гор. самоуправления в отношении заключения займов. Так, итальянский ком-мун. закон не допускает, за исключением нескольких специальных случаев, совершения общиною займа, если присоединение предстоящих к уплате по этому займу процентов к лежащим уже на общинном бюджете ежегодным платежам по прежним долгам дает сумму, превышающую 20°/о обыкновенных доходов.

В тех же случаях, когда совершение займа допускается, он может быть предназначен только на потребности и на работы экстраординарного характера, производство которых одобрено подлежащей властью, а равно и на погашение известного, точно в законе указанного, рода долгов. Для действительности постановления о займе оно должно быть принято большинством коммун. советников данной общины, причем раз состоявшееся постановление должно быть пересмотрено, спустя 20 дней, в другом заседании совета и снова получить такое же большинство. Максимум задолженности установлен законом и в Англии не выше двойного размера общей годовой суммы город. налогов. Точно также ограничивается тут и назначение займов: только на производство капитальных сооружений, причем на заключение займа требуется разрешение бюро местного управления, когда не предвидится превышения максимума задолженности, и парламента, если такое превышение неизбежно. Во франции для займов на срок более 30 лет, а равно и для таких, на погашение которых назначены экстраординарные прибавочные сантимы, требуется разрешение префекта, если только сумма предположенного займа или общая сумма долгов города не превышает миллиона франков; в противном случае заем может быть разрешен не иначе, как декретом президента республики. В Бельгии постановления о займах нуждаются в королевском утверждении, если задолженность превышает 10% обыкновенных доходов или самый заем предположен в сумме более 5.000 фр., в противном случае утверждение зависит от постоянной депутации — полувыборного, полу чиновного органа надзора за местным управлением. Вт. утверждении различными инстанциями, в зависимости от размеров и срока займа и от превышения или непревышения с заключением его максимума задолженности, нуждаются соответствующия постановления коммун. советов также в Австрии, Бадене, Вюртемберге, Гессене, Голландии, Испании, Норвегии, Саксонии и Швеции. Наименее стесненной самостоятельность гор. самоуправлений при заключении займов оказывается в Пруссии и Дании, где утверждение уездного совета (в первой) и министерства внутр. дел (во второй) требуется только для займов долгосрочных, а также в Богемии, где разрешение займов зависит от выборного окружного совета и требуется только для таких, которые не могут быть погашены обыкновенными гор. доходами. Однако, регламентируя и стесняя права гор. самоуправления в отношении займов, государство на Западе проявляет вместе с тем усиленную заботу о снабжении Г. х. необходимым ему кредитом. Этому делу служат там в одних случаях госуд. кредитные учреждения, в других — частные, при содействии государства организованные и снабженные им надлежащими полномочиями. В Англии к услугам Г. х. имеется особая государственная Ссудная комиссия, снабжающая его необходимыми средствами, выпуская для этой цели боны гос. казначейства. В Бельгии коммуны имеют возможность совершать займы в Главной сберегательной и пенсионной кассе, особенно же в пользующемся энергической поддержкой правительства Обществе коммун. кредита. Во франции, кроме крупных займов во французском земельном банке, города еще широко пользуются кредитом из двух госуд. касс—Национальной и Кассы депозитов. В Италии удовлетворение потребности в коммун. кредите возложено государством на Кассу вкладов и ссуд (Cassa dei depositi е prestiti), в кот. с этой целью учрежден специальный отдел коммун. кредита. В Германии широкий кредит коммунам оказывают госуд. сберег. кассы, полтора десятка государственных и около четырех десятков частных земельных банков, которым законом предоставлено право выдавать коммунам ссуды без обеспечения их гипотекой. В Саксонии, кроме того, города получают ссуды из специальн. части, коммун. банка,функционирующого под надзором особого правит. чиновника.

В Германии же зародилась и обещает получить широкое практическое приложение идея взаимного одолжения городов свободными наличными средствами, причем в Дюссельдорфе образовалось уже соответствующее бюро, пока только для городов с населением не менее 80 тыс. душ.

Понятно, сама по себе наличность достаточных финансов. рессурсов не обеспечивает надлежащого решения задач Г. х. Важно еще, кото и на каких основаниях этими рессурсами распоряжается,—иначе, каков личный состав гор. самоуправления, во-первых, и во-вторых, в какой мере этот состав пользуется независимостью и свободой при разрешении вопроса о том, на что именно в данный период времени гор. средства должны быть по преимуществу расходуемы, т. е., в какой мере гор. бюджет обременен расходами, производство которых, в силу закона, для коммуны обязательно. Существующия на данный случай ограничительные правила подчас очень суровы. Итальянский закон, например, ограждая финансовые источники, совсем не допускает производства факультативных расходов коммунами, которые взимают дополнит. земельный налог в размере, превышающем известную норму. Иначе—закон этот допускает форсирование налоговых источников ради расходов обязательных, но отнюдь не ради факультативных. То отрицательное влияние, кот. должно бы оказать на развитие коммун. хоз. ограничение коммун в праве свободного распоряжения своими средствами,—в значительной степени парализуется той эволюцией, которую переживает на западе система обязательных коммун. расходов. В этой системе, имевшей первоначально своей главной задачей — направление местных финансовых средств на общия государств. нужды и потребности (на военные цели, полицию, нужды финансового управления и тому подобное.),—теперь все большее место начинают занимать расходы, обеспечивающие населению в известных минимальных размерах заботу муницип. учреждений о наиболее существенных егоместных санитарных, культурных, экономических и др. интересах. Так, в Италии признаются обязательными расходы: 1) на содержание врачей-те-рапевтов, хирургов, акушерок, оспо-нрививателей и, вообще, санитарных учреждений, предназначенных для бесплатного обслуживания бедной части населения; 2) на принятие мер к защите жилищ от наводнений; 3) на устройство и содержание пристаней, портов, маяков и тому подобное.; 4) на содержание и ремонт обществ. зданий и водопроводов; 5) на элементарное образование детей обоего пола, а в некот. случаях на професс. и средния школы; 6) на устройство и содержание кладбищ; 7) на содержание гор. стражи, город метельщиков, а равно на уборку и содержание в чистоте городских улиц, площадей и др. публичных мест и 8) на призрение неспособных к труду. Такого же рода обязат. расходы лежат на франц. и бельг. коммунах. Кроме того, например, по закону 14 марта 1904 г. каждая французская коммуна с населением не менее 10 тыс. душ обязана содержать бесплатную посредническую контору по приисканию работы. В Англии для городов обязательны расходы по регистрации заразных болезней, по устройству водоснабжения и по удалению нечистот, причем канализация обязательна для поселений известного размера. В Германии на общину падают обязательные расходы, между прочим, по производству разного рода статистич. переписей и анкет, по устройству и содержанию промышленных судов, по содержанию народных школ (не везде), по оспопрививанию, борьбе с эпидемиями и эпизоотиями, по санитарной полиции, наконец, по страхованию гор. служащих и рабочих от болезней, несчастных случаев и на случай инвалидности

Знаменательно, что среди гор. обязат. расходов на Западе мы находим уже в настоящее время и такие, кот. служат в известной мере разрешению некот. социальных задач: таким образом, обнаруживается могу- чая сила характерной для современного западно-европейского Г. х. тенденции, проникнувшей даже туда, кудаей, казалось бы, совсем не могло быть доступа. Это—тенденция Г. х. к возможно большему расширению своей сферы во всех направлениях и на все области местной жизни, включая и недавно еще почти совсем чуждую ему область социальных задач. Источник такой тенденции двоякий: с одной стороны, обусловленное усиленной концентрацией в городе трудовых масс, черезвычайное осложнение и обострение их нужд и потребностей, целесообразное удовлетворение которых фактически оказывается возможным только путем общественного хозяйства; с другой—демократизация гор. самоуправления и умножение средств и способов воздействия на него непосредственно заинтересованных слоев гор. населения (печать, митинги, манифестации, стачки). Отсюда быстрое развитие „муниципального социализма“1, требования которого фактически теперь часто усердно проводятся даже теми, кот. к его теоретической программе относятся совершенно отрицательно. Это невольное следование программе чуждого направления неизбежно, прежде всего, потому, что меры, диктуемия им, большей частью единственно практически целесообразны, единственно способны должным образом удовлетворить большинство населения. А затем, меры эти, удовлетворяя большинство, оказываются одновременно полезными и для меньшинства. „Все то,—справедливо замечает Турати,— что служит специфическим интересам пролетариата, почти целиком обращается также на пользу потребителей других классов. Благодетельное воздействие тех мер, кот. принимаются для защиты труда, в интересах народного здравия и образования, не ограничивается теми, кот. являются их непосредственными объектами: то, что выгодно для большинства и для наиболее нуждающихся, становится, по необходимости, выгодою всехъ“.

Сколько-нибудь правильное конкретное представление о том направлении, в каком развивается на Западе Г. х., теперь можно получить, только приняв в соображение те требования, кот. муницип. социализм к этомухозяйству предъявляет,и те задачи, кот. он этому хоз. ставит. До этих пор, впрочем, достаточно цельной, более или менее систематически и полно разработанной коммун. программой успели запастись только партии французская и немецкая; остальные же таких программ до этих пор еще себе не выработали, и об их стремлениях в области коммун. хоз. приходится судить частью на основании постановлений, принятых партийными съездами по разным частным вопросам, частью по той практической деятельности, которою они заявляют себя в различных муницип. советах. Тем не менее, сведя в одно эти программные требования и фактические данные, мы можем дать следующую общую для Европы программу коммунального социализма.

В области общественного здравоохранения рассматриваемая муниц. программа требует: учреждения особых коммунальных органов санитарногигиенического надзора; земельной политики, выражающейся в разверстании земельных участков, расширении городской площади и собственной строительной деятельности и, наконец, обеспечения жителей здоровыми и дешевыми отоплением, освещением, водой, пищевыми продуктами, путями сообщения и медицинской помощью.

В области социальной политики-борьбы с земельной спекуляцией, жилищной политики, мер по охране труда, политики минимума заработной платы по отношению к рабочим, занятым в городских предприятиях, обеспечения рабочим свободы коалиций, борьбы с домашним трудом, безработицей, учреждения бирж труда, посреднических бюро и, вообще, всех мер по отношению к рабочим, вытекающих из минимальной программы современного социализма; кроме того, ведения всех общественных служб и предприятий хозяйственным способом.

В области общественного призрения—более широкого и планомерного учреждения приютов всякого рода, яслей, столовых и доставления населению бесплатной юридической помощи. По отношению к народному образованию муниц. соц. требует обязательного дарового светского обучения и образования всех видов и на всех ступенях, в общеобразовательной и профессиональной школах; обеспечения учащихся бесплатными учебными пособиями, устройства муниципальных детских садов, народных университетов и тому подобное.

В области город. финансов основн. требованиями рассматриваемой муниц. прогр. служат: отмена городских налогов на потребление, передача коммунам прогрессивно-подоходного и про: грессивно- наследственного налогов, обложение недвижимого имущества не по доходности, а по ценности, и главное— обложение незаработанного приращения ценности; кроме того, освобождение коммун от расходов на религиозные цели, военные празднества, торжественные встречи и тому подобное.

Среди только что перечисленных требований и пожеланий едва ли можно насчитать более двух или трех, которые где-нибудь на Западе не получили бы уже практического осуществления. Наоборот, не мало таких Г. х., весьма важные отрасли которых—особенно в Англии—представляют собою вполне планомерное и систематическое осуществление целых отделов указанной муницип. программы. Но едва ли где-нибудь в Европе мы найдем такое, по крайней мере, достаточно крупное Г. х., кот. явилось бы уже целиком воплощением этой программы, хотя там имеются сотни чисто социалистических муниципалитетов. Ведь и такого рода муниципалитеты могут действовать не иначе, как в кругу установленной для них государством компетенции, не выходя из пределов предоставленной им законом власти и считаясь с многообразными не только юридическими, экономическими и финансовыми, но и бытовыми препонами. Однако, количество таких препон все уменьшается, и едва ли далеко то время, когда полное осуществление в Г. х. требований рассматриваемой муницип. программы станет на Западе фактом обычным.

Нет пока никаких оснований для подобного предсказания в отношении русского Г. х. Городская концентрацияидет в России гораздо более быстрым темпом, чем на Западе. Уже данные первой всеобщей переписи обнаружили, что средний ежегодный прирост городского населения в России достиг. 2,96%, тогда как в Германии не превышал 2,4%, в Англии—1,53%, во франции—0,92%. Следовательно, и городские нужды и потребности должны у нас расти гораздо быстрее и ощущаться гораздо острее, чем в Западной Европе, требуя соответственно и более быстрого развития Г. х. В действительности, между тем, наше Г. х. не только во всех смыслах далеко отстало от западно-европейского, но даже во многих отношениях является его антиподом. О его слабом развитии можно судить уже по мизерности наших городских бюджетов.

По размерам бюджетов русские города распределяются след. образом:

Число городов. Размер их бюджетов в рубл.

108

ыфвеб

10

221

10

25

188

25

50

117

50

100

106

100

300

39

300

500

25

500

1.000

13

1.000

2.000

7

2.000

8.000

Таким образом, 634 города (почти 77% всего числа) располагают бюджетами, не превышающими 100 тыс. рубл., и только 20 городов, что составляет менее 2,5°/о, обладают бюджетами в размере от 1 до 8 мил. руб.

Было бы совершенно излишне приводить соответствующия данные для передовых западно - европейских стран, с которыми мы по степени развития нашего городского хозяйства и в сравнение идти не можем. Мизерность нашего городского хозяйства в достаточной мере ярко обнаруживается даже в том случае, если мы возьмем для сравнения весьма отсталую в данном отношении и тоже, по преимуществу, еще земледельческую страну — Италию. В том же 1909 г. в ней числилось ровно столько же (20), сколько и у нас, городовс бюджетом выше одного миллиона руб., но распределялись они так: 9 гор. с бюджетом от 1 до 2 миллионов руб., 7 с бюдж. в 2—8 миллионов и 5 гор. с бюдж. от 8 до 21 миллионов руб. Еще более резко обнаружится наша отсталость, если мы попробуем вычислить средние размеры городских бюджетов для той и другой страны, пользуясь городскими расходными сметами на 1911 г., напечатанными в Календаре-справочнике, изданном „Гор. Деломъ11, и данными статистического ежегодника итальянских городов на 1909—1910 г. В таком случае окажется:

В городах с

В России.

В Италии

населением (в

Средний размер бюджета t

тыс.).

тысячах рублей.

15— 25

133

324

25— 50

289

487

50—100

729

1.094

100—200

2.097

3.085

200—300

4.723

8.768

Не менее характерны для русского городского хозяйства цифры муницип. задолженности, определяющей собою, как мы знаем уже, меру затрат на капитальные улучшения в городском благоустройстве. В общем, задолженность русских городов не превышает суммы 420 миллионов руб., причем еще % этой суммы приходятся на долю 27 наиболее крупных центров; сумма же, остающаяся, таким образом, на долю остальной почти тысячи городов, кажется просто шуточной в сравнении с теми миллиардами, в которых исчисляется коммунальная задолженность западно-европейских стран: в Германии одни только города с населением более 25 тысяч душ должны были к концу 1909 года более 3 миллиардов марок; долг одного Лондона доходит почти до 600 миллион. руб., а Парижа даже до 2 миллиардов. Понятна и естественна жалкая картина нашего городского благоустройства. 35 лет спустя после введения у нас городского самоуправления (Гор. Пол. 1870 г.) в 7 губерн. и 117 уездн. городах еще совсем не было мощеных улиц. По данным 1905 г. было городов:

Имеющих:

Газовые заводы

Дентр. электр. етанц.. Электрич. освещение.. Электрич. трамваи..

В Рос

В Гер

сии.

мании.

20

552

80

197

68

182

22

72

В России на более чем 1.000 городских поселений имеется едва 230 водопроводов, тогда как, нагир., в Саксонии даже из наиболее мелких

Городов:

„. Имеют

С населением. водопроводы.

5—10 тыс 88%

10-15 „ 73%

15—20 „ Ю0%

Более 150 русских городов не имеют скотобоен, в более чем четырех десятках городов не существует гор. больниц. В Англии нет города, в кот. не было бы канализации, а на всю Россию канализация имеется менее, чем в 40 городах. область муницип. благотворительности в России почти исчерпывается частью содержанием, частью выдачей пособий на устройство и содержание двух сотен ночлежных домов, полуторы сотен домов трудолюбия и около трех десятков „дешевых квартиръ“. Что же касается области „социальной политики“, то она представляет собою полную пустыню. На Западе муниципалитеты затрачивают миллионы на расширение своих земельных владений с целью улучшения санитарно-гигиенич. условий гор. жизни. Миллионы же затрачиваются там гор. управлениями на разрешение в разных формах жилищного вопроса. В Италии, например, в одном 1910 году на сооружение дешевых рабочих жилищ ассигновано муницип. советами: Виченцы—1 миллион лир, Фаэнцы—350 тыс., Мантуи—340 тыс., Вараццы—200 тыс., Форли—100 тыс., Кастельфранко—100 тыс., Терни—75 тыс., Комо—05 тыс., Фериго и Эмпо-ли—по 20 тыс. лир, а всего—2.470.000 лир, причем все это—небольшия и небогатия общины. Муниципалитет же Венеции в том же году решил совершить заем в 1 миллионов фр. на постройку целого квартала дешевыхншлищ, рассчитанного на 11 тыс. .жителей. На Западе, затем, городск. управлениями обращено серьезное внимание на устройство школьных завтраков, причем, например, в Бельгии один Брюссель затратил на них в 1908 году до 450 тыс. фр., Геыт— 300 тыс., Льеж—230 тыс. фр. и так далее Кроме того, там гор. самоуправление заботится не только о начальном образовании детей несостоятельных классов населения, но и об открытии наиболее способным из них доступа к высшему образованию, для каковой цели, например, один Франкфурт на Майне содержит 200 вакансий в высших учебн. заведеы. Обязанностью гор. самоуправления считается на Западе и оказание юридической помощи неимущему населению, с какой целью в Германии, например, действует уже около 50 коммун. юри-дич. бюро. Наконец, в бюджетах западно-еврон. городов обычны ассигновки пособий местным биржам и камерам труда.

Ничего подобного в нашем Г. х., даже столичном, которое и по своим размерам и по своему характеру наиболее близко подходит к западноевропейскому. В чем, однако, наше городское хозяйство, повидимому, черезвычайно преуспевает,—это в заботах о народном образовании, народном здравии. Ассигновки на эти две важнейшия отрасли, еще недавно занимавшия в городских росписях почти последния места, начиная с 1908—1909 гг. сразу передвинулись на первия два места. По сметам на 1910 г. в 485 городах ассигновано на:

народное образование. медицинскую, ветериш.

12.963,3

т. р

и санитарную часть. содерж. городск. управления и сиротского

8.896,9

” ”

суда

8.064,3

»> »

благоустройство гор.. содержание городской

7.884,4

» п

ПОЛИЦИИ

6.658,6

)е »

воинскую квартир. пов. содержан. ножарн. ко-

6.194,0

5> »

манд

3.397,3

обществ. призрение. .

2.553,4

3ио

участие в расходах правительств. учрежд. 1.301,6 т. р.

Однако, выступление на одно из первых мест ассигновки на медицинскую, ветеринарную и санитарную часть обусловлено не нормальным, внутренним развитием городского хозяйства, а необходимостью бороться с экстраординарным бедствием— с чумою и холерою, систематически поражающими страну. Точно также не продукт внутреннего нормального развития городского хозяйства появление на первом месте расходов на народное образование, а следствие экстраординарного притока на это дело казенных средств в виде разного рода кредитов по законам 1908 и последующих годов. Как по существу все - таки остается ничтожной трата городов на дело народного образования, можно судить по сравнению с той же Италией, по объёму муниципальных забот о народи, обра-

зов. стоящей далеко не в европейских рядах.

первых

Города с насе

Россия.

Италия.

лением (в ты

Ассигнуют в среднем па

лах).

народи, образ. (в

тыс. руб).

15— 25

37,5

96,7

25— 50

41,7

89,4

50—100

102,5

187,6

100—300

286,1

774,8

Слабое развитие нашего городского хозяйства, конечно, в значительной мере объясняется молодостью наших городов. Но в не меньшей мере виновата в том и наличная организация его ведающих учреждений.

К предметам ведомства нашего гор. обществ. управления, согласно ст. 2 Гор. ИИол., принадлежат: 1) заведывание установленными в пользу гор. поселений сборами и повинностями, 2) заведывание городск. капиталами и имуществами, 3) попечение об устранении недостатка продовольственных средств, 4) содержание в исправности и устройство состоящих в ведении обществ. управления улиц, площадей, мостовых, набережных, пристаней, бечевников, тротуаров, обществ. садов, бульваров, водопроводов, сточных труб, каналов,

прудов, канав, мостов, гатей и переправ, а также освещение гор. поселения, 5) попечение о призрении бедных и о прекращении нищенства; устройство благотворит. и лечебн. заведений и заведывание ими на одинаковых с земскими учреждениями основаниях, 6) участие в мероприятиях по охранению народного здравия и предупреждению и пресечению падежей скота, развитие средств врачебной помощи населению и изыскание способов к улучшению местных условий в санитарном отношении, 7) попечение о лучшем .устройстве гор. поселения по утвержденным планам, а также о мерах предосторожности против пожаров и других бедствий, 8) участие в заведывании взаимным страхованием гор. имуществ от огня, 9) попечение о развитии средств народного образования и установленное законом участие в заведывании учебными заведениями, 10) попечение об устройстве обществ. библиотек, музеев, театров и других подобного рода общеполезных учреждений, 11) воспособление зависящими от обществ. управления способами развитью местной торговли и промышленности, устройство рынков и базаров, надзор за правильным производством торговли, устройство кредитных учреждений по правилам устава кредитного, а равно содействие устройству биржевых учреждений, 12) удовлетворение возложенных в установленном порядке на обществ. управление потребностей воинского и гражданского управлений.

Повидимому, круг ведомства нашего гор. обществ. управления не менее широк, чем на Западе, но только повидимому,—если игнорировать то существенное различие, которое существует между „заведываниемъ“ в собственном смысле и „попечениемъ“, „участиемъ“, „изысканием способовъ“ и „воспособлениемъ“, т. е. фактически большей частью только ассигновкою городских средств в распоряжение учреждений, от гор. управления не зависящих и действующих вне его контроля и надзора. Число предметов, на самом деле находящихся в заведывании гор. обществ. управления, весьма не велико. Целесообразно организованное городское управление и небольшой круг ведомства могло бы заполнить богатым содержанием. Но мы знаем уже (смотрите городское самоуправление), как дурно организовано наше гор. управление сравнит. с западно-европ., как далеко по своему составу стоит оно от населения, как неудовлетворительны его исполнительные и рас-порядит. органы, как мал объём его власти и как связано оно путами администрат. опеки. Ко всему этому нужно добавить скудость материальных средств, соответствующую скудости тех финансовых истопников, которые гор. управлению предоставлены законом. Ст. 127 Гор. Пол. в пользу городских поселений установлены сборы: 1) оценочный с недвиж. имуществ, 2) с промысловых свидетельств, 3) с заведений трактирного промысла и с пивныхълавок в районе казенной продажи питей. Кроме того, городские Думы могут устанавливать сборы: с извозного промысла, с лошадей и экипажей, содержимых частными лицами, с собак, с перевозного промысла, с велосипедов и автоматических экипажей. Затем, в пользу городов поступают еще разного рода сборы пошлинного характера (ст. 135): 1) сборы, взимаемые в их пользу при совершении, засвидетельствовании, протесте и предъявлении ко взысканию различных актов, 2) сборы за клеймение мер и весов, 3) сбор за употребление общественных мер и весов, 4) сбор с аукционных продаж, 5) с привозных и вывозных товаров, балласта, за стоянку судов и тому подобное., б) за проход и проезд по городским сооружениям. Наконец, в некоторых городах взимаются еще сборы: больничный, с приезжих и так далее Легко заметить, как скудны эти источники в сравнении с теми, которыми пользуются западно-европ. города. К тому же пользование ими обставлено существенными ограничениями. Из главного и основного гор. сбора — оценочного — изъяты самия ценные городские недвижимия имущества, именно, принадлежащия дворцовому ведомству, кабинету, уделам, казне, железным дорогам и духовному ведомству. Кроме того, установлен предельный размер сбора: не более 10% чистого дохода или одного процента стоимости имущества. Точно также фиксированы высшие размеры всех остальных сборов, кроме трактирного. Чрезвычайно стесняя гор. управление в отношении добычи необходимых ему средств, Городов. Пол. в то же время взваливает на него ряд обязат. расходов, каковыми ст. 138 Гор. ГИол. признает: 1) содержание гор. обществ. управления; производство пенсий и пособий служившим по оному лицам, в установленном порядке отнесенных на местные средства, 2) содержание лежащих на отчете гор. поселения обществ. зданий и памятников, 3) уплата причитающихся сумм по займам и выполнение принятых обязательств, 4) производство разным учрелсдениям, установлениям и ведомствам пособий на содержание учебных, благо-творит. и иных общеполезных заведений, на основании особых постановлений, а также производство госу-дарств. казначейству пособий, занесенных в государств. роспись, 5) из-деряски по отправлению воинского постоя и других воинских потребностей, а также по устройству арестантских помещений при полиции и по отоплению и освещению местных тюрем, в законном порядке отнесенные на местные средства, б) установленное законом участие в расходах по содержанию чинов полиции, снабжение их провиантом, аммуни-цией, вооружением и квартирным довольствием, согласно действующим штатам и росписаниям, а также пользование этих чинов в больницах, 7) устройство или наем помещения для местного полицейского управления (где оно учреждено отдельно от уезднаго), с отоплением и освещением, 8) устройство и содерясаниф состоящих при полиции пожарных команд, 9) содержание обществ. пожарных команд и 10) содерлсание лежащих на отчете города улиц, площадей, дорог, бечевников, набережных, пристаней, мостовых, тротуаров, переправ, общественных садов, бульваров, каналов, водопроводов, сточных труб, прудов, канав, протоков, гатей, а также гор. освещение.

Ничего похожого на то, что мы видели выше в системе западно-европ. обязат. расходов; ничего такого, что указывало бы, что законодатель считает обязательной для гор. управления заботу о важнейших интересах местного населения и его трудового большинства, в особенности. Положение ухудшается тем, что к расходам юридически обязательным присоединяется почтенное количество фактически обязательных. Хотя ст. 138 многократно усиленно подчеркивает, что обязательными могут быть только расходы, „в установленном порядке“ или „в законном порядке отнесенные на местные средства“ или „установленные закономъ“ или же согласные „действующим штатам и росписаниямъ“,—тем не менее, в действительности, при бесправности гор. управления и всевластии опекающей ее администрации, обязательны для городской кассы очень часто и такие расходы, кот. не только законом не предусмотрены (единовременные и периодические выдачи разным административным и иным местам и лицам), а даже прямо им воспрещены, но желательны местной администрации, как, например, почты повсеместно практикуемая выдача разъездных полицеймейстерам и тому подобное. Вот почему действительно обязательные расходы поглощают значительно больше тех 19%, которые в общем уделяются из городских бюджетов на долю формально обязательных расходов, так что на долю необязательных расходов, идущих именно на местные городские нужды и потребности, остается значительно менее 81%, а в некоторых, особенно в небольших городах — даже менее 70%.

При скудности источников дохода и обременении бюджетов обязательными расходами, делу удовлетворения потребностей городск. населения мог бы оказать серьезную услугу целесообразно организованный коммун. кредит. Но такого у нас еще не существует. Неотложно необходимия заемные средства в настоящее время городские управления добывают из разных источников, из кот. ни один не является достаточно удовлетворительным. Наиболее крупные средства получают они путем облигационных займов, но это источник, по самому существу своему, доступный только крупным городам. Естественно, что им воспользовались пока (по данным 1909 г.) только 57 городов в сумме 319,3 миллион. рубл.; да и из них массу заемных средств получили 11 крупнейших городов— 290,3 миллиона рубл., на долю же остальных 46 городов досталось всего 28,9 миллион. рубл. Затем города имеют возможность получать ссуды из городских общественных банков в размере, не превышающем одной трети их капитала; за 28 лет (по 1909 г.) из этого ограниченного источника города получили едва 13,7 миллион. рубл. Очень часто, находясь в безвыходном положении гор. управления прибегают к поза-имствованиям из своих же запасных капиталов; но уже скромный размер этих капиталов, не превосходящих в общем суммы в 15 миллион. рубл., свидетельствует о том, что получаемая из этого источника финансовая помощь не может быть серьезной. Еще менее серьезна, конечно, помощь, которую получают гор. кассы путем займов у частных лиц, сравнительно редких и часто весьма убыточных. Очень солидное содействие усилению гор. средств в соответствующих случаях могло бы оказать госуд. казначейство; но в действительности за сто лет города получили из этого источника всего немногим более 9,5 миллион. рубл.,— сумма смехотворная, если сличить ее с теми десятками и сотнями миллионов, в кот. исчисляются на Западе правительственные дотации городам. И особенно характерно для отношения правительства к местным гор. нуждам то, как распределяются правительственные ссуды по целям, ради которых казна находила возможным приходить на помощь городским кассам:

ИНа какие потребности и выданы ссуды казной:

Количествоссуд:

Какая сумиа: ВруТ

1) На военные надобности: постройку казарм, покупку продовольствия вовремя войны, при-зрен. семей нижних чин. и тому подобное.

83

5.315

55,7

2) На городское благоустройство, постройку водо-провод., прист., набережных и тому подобное..

31

2.184

23,1

3) На борьбу с народными бедствиями: пожары, наводнен., эпидемии .

28

1.523

15,9

4) На уплату городских долгов..

4

200

2,6

5) На нужды народи. образования ..

6

202

2,0

б) На поддерж. город ск. общ. банков .

2

50

0,5

7) На усиление средств город. касс.

1

25

0,2

155

9.559

100,0

В недалеком будущем, впрочем, должна начать функционировать государственная „касса городского и земского кредита“, закон о которой только что прошел через нашн законодательные учреждения. На образование основного капитала этой кассы казна вносит 10 мил. руб. 4°/0-ной ренты. Необходимый же ей оборотный капитал касса получает путем выпуска облигаций в сумме, не превышающей более чем в 10 раз сумму основного капитала. Уже это ограничение операций кассы суммой в 100 мил. руб., совершенно ничтожной в сравнении с потребностями нашего местного самоуправления, не позволяет трактовать ее, как серьезный фактор в деле грядущого развития нашего городского хозяйства. Чисто бюрократическая же организация кассы лишает ее и той доли значения, которую она могла бы иметь даже при такой ограниченности своих операций. Несомненно, что и с устройством этой кассы огромное большинство городов по прежнему остается без необходимого им кредита.

Лучшее доказательство несоответствия текущих гор. средств потребностям муницип. хоз.--этосметныйдефи-цит, ставший не только обычным,но даже, можно сказать, номинальным явлением в области нашего Г. финанс. х. Конечно, дефициты в сметах всегда более или менее ловко и удачно замаскировываются, так как заключения гор. росписи с дефицитом закон не допускает; но фактически он существует почти везде. При действующей, системе администрат. опеки и при большой тяжести обязат. расходов общегосударств. значения, замаскированный дефицит — единственный путь, открывающий городскому управлению возможность обратить несколько большую, чем то было бы легально возможно, част сметных средств на наиболее настоятельные местные гор. нужды, удовлетворение кот. закон не признает обязательным. Понятно, что испытывающему острую нужду в средствах и в то же время не имеющему возможности расширить сферу обложения за пределы предметов, точно указанных в законе, город. обществ. управлению остается одно попытаться извлечь как можно больше из имеющихся в его распоряжении источников дохода. Но поскольку дело идет, собственно, о налоговых источниках, то одни из них (пошлины) по самому существу своему почти не поддаются форсированию; более интенсивному же использованию других препятствуют установленные законом предельные нормы. Единственный серьезный налоговой источник, поступления из которого могли бы быть значительно усилены,— это подлежащия оценочному сбору не-движ. имущества: повышение их оценки и взимание сбора в размере, хотя бы только приближающемся к предельной норме, могли бы весьма чувствительио усилить рессурсы городских касс. Но уже состав городских дум, в которых решающая роль данной избират. системой предоставлена домовладеньи. классу, исключает возможность готовности городских управлений выступить на этот путь. За вычетом немногих отдельных случаев оценка имуществ для взимания оценочного сбора повсеместно остается непомерно низкой, между прочим, почти в 2,7 раза ниже оценки Министерства Финансов. Точно также весьма пониженными являются в подавляющем большинстве случаев и ставки оценочного сбора; едва ли даже в одной трети городов оне приближаются к предельному максимуму. Внимание и энергия современного гор. обществ. управления, озабоченного усилением своих финансовых средств, направлены совершенно в другую сторону. Одно из самых характерных для нашего гор. финанс. хоз. явлений—это черезвычайно быстрый рост поступлений от городских имуществ—оброчных статей и предприятий. В настоящее время поступлениями из этого источника, еще недавно игравшего небольшую роль, покрывается уже почти 55°/о бюджета обыкновенных городских доходов, тогда как налогами, бывшими также недавно главной основой бюджета, теперь покрывается только около 43% и пошлинами не более 2%. Быстрое увеличение дохода, извлекаемого городскими кассами из только что указанного источника, объясняется, во-1) упорядочением и умножением оброчных статей: рынков, доходных городских зданий и т. и. и, между прочим, также более рациональной эксплуатацией го-родск. земельн. владений, часто исчисляемых десятками тысяч десятин (Керчь, Нахичевань - на - Дону, Рига, Херсон и др.), во-2) и главным образом—умножением городских предприятий. Число последних благодаря исключительной энергии, направленной городскими управлениями в эту сторону, растет необычайно быстро, причем умножается количество не только концессионных предприятий, но и таких, которые сооружаются иэксплуатируются непосредственно самими гор. управлениями. Но было бы заблуждением полагать, что мы в данном случае имеем дело с тем же муницип. социализмом, кот. играет такую важную роль на Западе. У нас муниципализация, за редкими исключениями, не ставит себе целью разрешение определенных социальных задач,—что составляет основной признак настоящей муниципализации. Наши городские предприятия в большинстве—те же капиталистические предприятия, рассчитанные на извлечение наибольшей прибыли в целях обогащения городской кассы. Если в конечном итоге главное и основное назначение муниципализации — превратить промышленные предприятия в общественные службы, вернее, поставить общественные службы на место промышленных предприятий,—то наше гор. обществ. управление поступает как раз наоборот: несомненные и безспорные общественные службы превращает исключительно в доходные промышленные предприятия, рассчитанные на извлечение наибольшей прибыли из пота обслуживающих эти предприятия рабочих и из карманов массы городских потребителей. Таким образом, и тяжесть городского бюджета перекладывается постепенно все больше г больше на плечи наименее состоятельных трудовых классов населения, не имеющих к тому же в силу своего бесправия никаких средетвт защиты против такой своебразной социальной политики городск. управлений.

При рассмотрении сметы на 1911 год московская городская дума единогласно постановила: „признать, что при условиях, создаваемых действующим Городовым Положением, городские сметы доходов и расходов не могут охватить самых необходимых потребностей городской жизни, что усилия гор. управления исправить и урегулировать составление и исполнение смет будут в значительной мере безрезультатными, пока не будут открыты новые источники доходов, о которых гор. управление неоднократно возбуждало ходатайства,

иока с городского управления не будут сложены обременяющия его об-щегосударств. повинности, пределы требования которых остаются совершенно неопределенными, пока ходатайства о нуждах и потребностях города будут оставаться без удовлетворения и, наконец, пока общия права города не будут расширены путем изменения Городового Положения“. Но все, изложенное выше, не оставляет сомнения в том, что для надлежащей, согласной с интересами населения, постановки нашего Г. х. должны быть „расширены“ не только „права города“, но еще в большей мере права населения, как широким допущением его к участью в городском самоуправлении, так и предоставлением ему свободного пользования всеми теми средствами и способами воздействия на городское управление, которые, как указано, имеются в распоряжении западно-европ. населения. Пока же в России даже такая слабая попытка в этом направлении, как организация „обществ избирателей и обывателей“, встретила энергичное противодействие правительства, и все успевшия было открыться общества этого рода администрацией закрыты.

Библиография: I-) Вебер, А.,

„Рост городов в XIX ст.“, Спб., 1903; Вандервельде, Э., „Бегство из деревни и возвращение к полямъ“, М., 1904; „Большие города, их обще-ственн., политич. и экономич. значение“, сборн. статей Бюхера, Майра, Зиммеля и др., Спб., 1905; Дамашке, А., „Задачи городского хозяйства“, М., 1904; МаЫbие, М., „Municipal function“, New-York, 1908; Fritsch, F., „Die Stadt der Zukunft“, Leipz., 1896; Бурген, M., „Современные социалистические системы и экономическое развитие“, Спб., 1906; Загряцков, М., „Социальная деятельность городск. самоуправлений на Западе“, Киев, 1906; Курчинский, М., „Муниципальный социализм и развитие городской жизни“, Спб., 1907; lhissen-Trimborn, „Soziale Tatigkeit der Stadtgemeinden“, Gladbach, 1910; Lin-demann, H„ „Arbeiterpolitik und Wirt-schaftspflege in d. deutschen Stadte-verwaltung“, 2 B., Stuttgart, 1904 (имеется на русском языке перевод 1-го тома под заглавием: „Городское хозяйство и рабочий вопрос в Германских городахъ“. М., 1910); его же, „Stadtverwaltung und Munizipalsozia-lismus in England“, Stuttgart, 1906 (русский перевод под заглавием: К. Гуго, „Новейшия течения в англ, городск. самоуправлении“, Спб., 1898); Webb Sidney, „Socialism in England“, London, 1901; „I socialisti al comune“, con proemio d. F. Turati, Milano, 1910; Ачадов, „Взгляды социалистических партий на общественное самоуправление“, М., 1906; Lord Averbury (John Lubbock), „Le industrie dello stato e dei municipi“, con note ed aggiunte d. A. Geisser, Roma, 1908; Озеров, И., „Общие принципы организации городских финансовъ“, Спб., 1907; Кауфман, Р., „Финансовое хозяйство органов местного самоуправления в Англии, франции, Пруссии“, перев. с нем., Спб., 1910; Твердохлебов, В., „обложение городских недвижим. имуществ на Западе, ч. II, местное обложение“, Одесса, 1910; Гензель, П., „Новый вид местных налоговъ“, Спб., 1902; его же, „Новейшия течения в коммунальном обложении на Западе“, М., 1909; Цитович,_ Я., проф., „Местные расходы Пруссии“, Киев, 1898; Govone, U., „Sulla finanza locale“, Torino, 1900; Bonomi, Ivanoe, „La finanza locale e i suoi problemi“, Palermo, 1903; Giusti, Ugo, „Le finanze municipal! italiane“, Firenze, 1910; Герцен-штейн, M., „Ипотечные банки и рост больших городов в Германии“, М., 1902; Я. Цадек, „Гигиена городовъ“, Симфер., 1909; Marchetti Livio, „Siste-mi di difesa contro la disocupazione“, Milano, 1908; Anziloti Fug., „La que-stione fondiaria nelle moderne citta“, Milano, 1910; Mersel, E., „Der Ge-meindebeamte“, Leipzig, 1908.

2) Озеров, И., „Большие города, их задачи и средства управления“, М., 1906; Твердохлебов, В., „Городское обложение и оценка недвижимых имуществъ“, Одесса, 1911; Максимов, Е., „Городское общественное управление в деле помощи беднымъ“, Спб., 1904; Хлопип, проф., „Гигиена городовъ“, Юрьев, 1903; Герценштвйн, М., „Кредит для земств и городовъ“,

М., 1892; „Кредит для земств и го-родовъ“, сборы, статей, изд. Тахтами-рова, М., 1910. 3) Справочные издания (Ежегодники): „Statistisches Jahrbuch deutscherStiidte“.—„The municipal YearBook of the United Kingdom“.—„Annua-rio statistico delle citta italiane“.— „Ежегодник России“, изд. Ц. С. К.— „Календарь-справочник городского и земского деятеля“. 4) Периодические издания: „The Municipal Journal“.—„Revue Municipal“.—„Kommunale Praxis“.— „L’autonomia comunale“ (organo della Associazione dei Comuni italiani).—„II Comune moderno“.—„Известия Московской Городской Думы“.—„Городское Дело“. Гр. Шрейдер.

Гороскоп

Гороскоп, фигура, на которой представлено расположение солнца, луны и пяти древних планет по созвездиям зодиака, а также расположение этих созвездий относительно горизонта (в т. наз. „домахъ“) в день и час рождения лица, для которого составляется Г. „Домами“ назывались 12 частей неба, 6—под горизонтом,

6— над ним, на которые оно делится кругами, проходящими через точки севера и юга, и 12 равноотстоящих друг от друга точек экватора, начиная с точки востока; тот „домъ“, в котором находится восходящая точка эклиптики, назывался первым (эта точка эклиптики специально называлась гороскоп), следующие пять располагались под горизонтом, в

7- м находилась заходящая точка эклиптики;впрочем, различные астрологи по-разному проводили границы их „домовъ“. На основании расположения светил по созвездиям, а также тех и других по „домамъ“ астрологи составляли свои предсказания о судьбе родившагося, не упуская из виду и земных условий (сын короля и сын крестьянина, родившиеся одновременно, не могли получать тождественных предсказаний). Для этой цели были составлены сложные кодексы взаимно переплетавшихся правил о том, какое значение имеет пребывание какого-либо светила в том или ином созвездии, определенного светила и созвездия в том или ином „доме“, каково значение взаимного расстояния на неберазличных пар светил и как это значение изменяется, если третье светило находится на определенном расстоянии от двух первых и так далее

С. Блажко.

Гороховая

Гороховая, или бобовая руда, разновидность бурого железняка, шарики, величиною с горошину, с скорлвпко-ватым сложением и часто связанные как.-ниб. цементом. Чаще встречаются в низинах и заполняют трещины в известняках. Образование их вызвано деятельностью железных источников. Главные месторождения в России — в Виленской губернии (около Попилян) и в Келец-кой губернии (около г. Олькуша). М. Н.

Гороховецкий уезд

Гороховецкий уезд, находится в восточн. части Владимирской губернии, занимает пространство в 3.817,7 кв. в Местность ровная, орошаемая двумя большими реками—Окой и Клязьмой и притоком последи.—Духом. Почва на ю. — песчанистая и гипсовая, на с.—глинистая; среди, часть занята болотами, из которых замечательны Варех и Упрех. К началу 1911 г. всего населения считалось 119,5 тыс. (31,3 человек на 1 кв. в.), в т. ч. 3,2 тыс. человек городск., а по переписи 1897 г.— 92,2 тыс. человек Исключительно великороссы. Грамотн. насел. 19,1°/0. Из занятий преобладают земледелие и сельск. хоз. Из побочных промыслов развиты так называемым „мастеровщина“ (преим. „отхожий промыселъ“) и гончарный. В у. сплавляется много лесу; кроме того, крестьяне делают лапти, мочала, рогожи, кули, веревки и тому подобное.

Гороховец

Гороховец, уездн. город Владимирской губернии на р. Клязьме, 3.064 ж. Упоминается впервыф под 1239 г., когда был взят татарами.

Гороховидная кость

Гороховидная кость (os pisiforme), одна из 8 костей запястья. Ср. анатомия, П, 628.

Гороховка

Гороховка, село павловск. у. Во-ронежск. губ., на Дону, 7.562 жит., заним. бахчеводств. и рыболовством.

Горохов

Горохов, мест. владим. у., Волынской губернии, 7. 202 жит.

Гороховый камень

Гороховый камень, см. известняк.

Горох

Горох, Pisum, род из сем. мотыльковых, травы с цепляющимся стеблем до 2 м. длины, листья парноперистые с очень крупными прилистниками; черешки на конце превращаются в усики; цветки крупные белые или красноватофиолетовые, с отвороченным назад флагом, по величине превышают чашечки. Дикий или серый Г., пелюшка, Р. arven.se, однолетний, стебель короче, чем у след. вида, листовые черешки с одной парой листочков, цветки сидят на стебле по одиночке, крылья фиолетовыя, флаг красный, семена серозеленые, сплюснутыя. Высевается для укрепления песков, а также на траву, взамен вики, особенно в Прибалтийском крае. Обыкновенный или посевной Г., Р. sativum, озимое и яровое растение, цветет в мае и июне, листья 2-или 3-парноперистые, часто непарноперистые вследствие недоразвития одного листочка последней пары, цветы б. ч. белые, сидят по 1—2, боб прямой, почти цилиндрический. Семена употребляются в пищу молодыми и зрелыми и очень богаты белковыми веществами (20—26%). Различают сорта полевые и огородные. И тех и других значительное количество. Полевые Г. одни из наиболее распространенных в России бобовых растений, высеваемых на зерно (к 1910 г. до 1 миллионов дес. в Евр. Рос.).

Примерная потребность Г. в питательных веществах определяется след. цифрами: азота 190, окиси калия 80, извести 80, фосфорной кислоты 50—все в фунтах для надземного урожая с десятины. Для других хлебов те же цифры будут: 100, 75, 25 и 40 фунтов; однако, требования гороха к почвам и удобрению не высоки. Горох создает прямое обогащение почвы азотом (смотрите ассимиляция азота, IY, 97/98), а потому совсем не боится бедных азотом почв и отнюдь не нуждается в азотистых удобрениях. Менее заметно, но не менее ценно отношение Г. к фосфорной кислоте: он хорошо использует труднорастворимые ея источники, нормально развивается на кости и фосфорите, которые почти недоступны для злаков, а служат хорошим удобрением для Г. Вероятно, часты случаи, когда Г. и из почвы извлекает трудно-растворимую фосфорную кислоту.

Поэтому пришедшее на смену Г. растение имеет все шансы встретить лучшия условия фосфорнокислого питания, нежели те, которые оно нашло бы без Г. Сам же Г. успешнее хлебов борется с некоторым недостатком усвояемой фосфорной кислоты, в которой более всего нуждаются русские почвы. Удобрение известью дает часто прекрасн. результаты. Азо-то-собирающая способность особенно сильна и ценна на почвах нечерноземных. В соответствии с этим черноземный юг беден Г. Сверх того при сухих веснах Г. почти сплошь поражается здесь зерновиком. Главные массы полей Г. сосредоточены в губерниях Царства Польского и Юго-Западном крае, а с другой стороны, в среднем Поволжье. На востоке Г. резко уходит к северу. Сюда Г. проникает далеко, легко вынося весенние заморозки. В силу этого, а также вследствие большой потребности в воде, при набухании, Г. высевается в первые дни посевов. По данным Полтавской оп. станции рядовой посев, сильно сберегающий семена, повышал урожай на 10 пуд. против разбросного, а парный с мотыже-нием еще на 35 пудов. Для удобства уборки машинами Г. высевается иногда с примесью овса. При чистом посеве уборка легко производится граблями ручными или конными. Молотится Г.часто прямо с рядов. Стручья позволяют зерну Г. переносить в рядах даже длительные дожди. Наиболее обычные в русских хозяйствах типы Г.—крупные белые („Виктории“) и зеленые „рыхлики“. Рыхлики менее урожайны, но ценятся выше, с более мелким зерном и потому могут молотиться на обыкновенных машинах с отставленной декой. Из сортов интересен Г. Рудзинского со сближенными цветами и одновременно поспевающими бобами. При использовании Г. валено иметь в виду, что не только зерно его богато белком, но и солома содержит в три примерно раза больше белков, нежели солома злаковая. Она представляет ценный корм и ценную подстилку и во всяком случае, во избежание потери азота, не должна употребляться натопливо. Урожаи Г. без затруднений достигают 100 п., но неустойчивы. Сам. естеств. местом для Г. в севообороте следует считать предшествующее наиболее ценной в хозяйстве культуре. В свеклосах. хоз. Г. охотно занимают последнее время пар под свеклу. По Полтавским данным высеваемия после Г. яровия дают повышение урожая на 20 пудов. В сырия осени по Г. может удаваться и озимое. Так или иначе Г. с успехом вытесняет чистые пары. В зерновых хозяйствах смены Г.—пшеница или Г.—лен оказываются выгоднее комбинации пар—оз. пшеница даже при устойчивых урожаях последней.

И. Якушкин.

Горошек

Горошек, название нескольк. видов из сем. мотыльковых: 1) Г. душистый, или чина пахучая, Lathyrus odoratus, однолетнее растение с однопарноперистыми волосистыми листьями с прилистниками и пахучими цветками. Любимое садовое растение. 2) Г. мышиный, воробьиный, заборный, кормовой, названия для различи, сортов вики (смотрите). 3) Зеленый Г., незрелия высушенные семена зеленых сортов гороха, получаются в России, гл. обр., в ростов. уезде, Ярославской губернии

Горошин

Горошин, мест. хорольского у., Полтавской губернии, на Суле, 2.726 жит., упомин. в летоп. под 1096 г.

164